Когда снова настала... «Ключи Царства»
lord_Santor23 августа 2021Когда снова настала суббота, у Фрэнсиса не было сил выйти на улицу. Он лежал наверху в своей комнате, с безнадежной апатией глядя в окно. Вдруг он вскочил. Он еще не верил, но сердце его уже громко стучало. Внизу, на улице, медленно приближаясь, словно барка в чужих и опасных водах, плыла шляпа – шляпа, которую нельзя забыть, единственная, которую не спутаешь ни с какой другой. Да-да! И зонтик с золотой ручкой, туго свернутый, и короткий котиковый жакет с плетеными пуговицами. Он слабо вскрикнул бледными губами:
– Тетя Полли!
Внизу скрипнула дверь. Фрэнсиса знобило, но он поднялся на ноги, прокрался вниз и, стараясь удержать равновесие, спрятался позади застекленной до половины двери. Полли стояла посреди комнаты, очень прямая, с поджатыми губами, и обводила глазами лавку с таким видом, будто ее очень забавлял этот осмотр. Миссис Гленни привстала ей навстречу. Мэлком развалился на прилавке, полуоткрыв рот, и изумленно переводил глаза с одной на другую. Наконец взгляд тети Полли остановился где-то над головой булочницы.
– Миссис Гленни, если не ошибаюсь?
Миссис Гленни выглядела весьма неприглядно: в грязном утреннем капоте, ворот блузки расстегнут, на талии повисла развязавшаяся тесемка.
– Что вам угодно?
Тетя Полли подняла брови:
– Я приехала повидать Фрэнсиса Чисхолма.
– Его нет дома.
– В самом деле? Ну что же, я подожду его.
Тетя Полли устроилась на стуле около прилавка, словно приготовилась ждать хоть целый день. Наступило молчание. Лицо миссис Гленни пошло грязно-красными пятнами. Она вполголоса сказала сыну:
– Мэлком! Сходи в пекарню и приведи отца.
Тот отрывисто ответил:
– Он пять минут назад ушел в миссионерское общество и не вернется до чая.
Полли отвела взгляд от потолка и начала с критическим видом рассматривать Мэлкома. Она слегка улыбнулась, когда он покраснел, и, удовлетворенная, стала смотреть в другую сторону. Булочница проявила первые признаки замешательства – она сердито вспыхнула:
– Мы здесь люди занятые, не можем сидеть тут с вами целый день. Я вам сказала, что мальчика нет дома. Очень возможно, что он вернется поздно, – он завел себе такую компанию… Фрэнсис просто замучил меня своими поздними отлучками и дурными привычками. Правда, Мэлком?
Мэлком угрюмо кивнул.
– Вот видите! – стремительно продолжала миссис Гленни. – Если бы я вам все рассказала, вы были бы поражены. Но это не важно – мы христиане, мы заботимся о нем. Даю вам слово, что он совершенно здоров и счастлив.
– Очень рада слышать это, – сказала тетя Полли, чопорно, вежливо прикрывая зевок перчаткой, – потому что я приехала забрать его.
– Что? – Ошеломленная миссис Гленни теребила ворот блузки, то краснея, то бледнея.
– У меня имеется врачебная справка, – провозгласила тетя Полли грозно, с убийственным выражением, – что мальчик изнурен, переутомлен и что ему угрожает плеврит.
– Это ложь!
Полли вытянула из муфты письмо и многозначительно похлопала по нему ручкой зонтика:
– Вы умеете читать по-английски?
– Это ложь, отвратительная ложь! Он такой же откормленный и упитанный, как мой собственный сын.
Но тут произошла заминка: Фрэнсис, прижавшийся к двери и следивший за происходящим в томительном ожидании, оперся слишком тяжело на шаткую щеколду. Дверь открылась – и он вылетел на середину комнаты. Воцарилось молчание. Сверхъестественное спокойствие тети Полли усугубилось.
– Подойди ко мне, мальчик. И перестань дрожать. Ты хочешь остаться здесь?
– Нет, не хочу.
Полли посмотрела на потолок:
– Тогда иди и уложи свои вещи.
– Мне нечего укладывать.
Полли медленно встала, натягивая перчатки:
– Тогда нас ничто не задерживает.
Миссис Гленни, побелев от ярости, шагнула вперед:
– Вы не смеете так поступать со мной! Я подам в суд!
– Валяйте, моя милая. – Полли многозначительно убрала письмо в муфту. – Может быть, тогда мы узнаем, сколько из тех денег, что получили за мебель бедной Элизабет, вы потратили на ее сына и сколько на вашего.
Снова наступило убийственное молчание. Жена булочника стояла бледная, злобная, потерпевшая поражение, прижимая руку к груди.
– Да пусть он уходит, мать, – прохныкал Мэлком, – хорошо, что избавимся от него.
Тетя Полли, покачивая зонтиком, осмотрела его с головы до пят.
– Молодой человек, вы дурак! А вы, моя милая, – сказала она, поглядев поверх головы булочницы, – ничуть не умнее.
Взяв Фрэнсиса за плечо, она с триумфом вывела его, без шапки, из магазина.
60
