«Врешь, чортовъ Гуда!» закричалъ, вышедь изъ
себя, Тарасъ. «Врешь, собака! Ты и Христа распяль, проклятый Богомъ человѣкъ! Я тебя убью, сатана! Утекай Отсюда, не то — тутъ же тебѣ и смерть!» Сказавши это, Тарасъ выхватил свою саблю. Испуганный жидъ
припустился тутъ же во всѣ лопатки, какъ только могли вынести его тонкія, сухія икры. Долго еще бѣжалъ онь без оглядки между казацкимъ таборомъ и потомъ далеко по всему чистому полю, хотя Тарасъ вовсе не гнался за ним,
размысливъ, что неразумно вымещать запальчивость на первомъ подвернувшемся.