В отношениях с членами... «Свидетель колдовства»
Born_to27 июня 2018В отношениях с членами своего племени знахарь использует психологические механизмы, существовавшие за сотни, а может быть, и тысячи лет до Фрейда. Они используют механизмы психологического воздействия, которые не зависят ни от этнических обычаев, ни от языка, ни от географического района. Общие представления о психике человека можно встретить в различных вариантах по всему свету — среди индейских племен Северной Америки, в Бразилии и Андах, в Гренландии и на Аляске, в Австралии, на Hовой Гвинее и островах Южного моря. Очевидно, что в основе таких представлений лежат наблюдения над общими чертами в человеческом характере. Внушение старо, как мир. Примеры внушения встречаются в Ветхом и Hовом завете, в талмуде и коране. В том, что знахарь пользуется внушением, нет ничего странного; странно то, что, пользуясь им, он прибегает к методам, соответствующим теориям современной медицины. Он сочетает мистические элементы внушения с такой практической техникой, как гипноз, фокусничество и бесполезные лекарства, которым верят и которые именно поэтому помогают больному. Знахарь у ложа больного ведет себя скорее как современный врач, чем как старомодный терапевт. Он не войдет к хижину с похоронной физиономией и не будет сообщать, что «состояние больного таково, как и следовало ожидать». Вместо того, чтобы готовить окружающих к смерти больного, он старается подбодрить пациента оптимистическими предсказаниями, делая ставку на его силы и обещая смерть его врагам. И прежде всего он использует средства психиатрии. Стоит только отправить пациента в мир его собственных иллюзий и фантазий, убаюкав его сознание, и психотерапевт — «знахарь» нашего века уже может беспрепятственно играть на его доверии, которое сам же создал. В отдаленных уголках сознания он может откопать зарытые сокровища памяти — надежды, страхи и навязчивые идеи, которые способны освободить или, наоборот, запутать пациента в сетях, которые тот сам себе сплел. Одним из ритуалов в практике колдуна является «вынюхивание» корня зла. Это требует высокого психологического искусства, учета как умственных способностей жертвы, так и обычаев племени для того, чтобы жертва охотно признавала свою вину — даже тогда, когда обвиняемый в действительности невиновен. Вера в колдуна заставляет жертву считать, что какой-то дух завладел ею и принудил к злодеянию. Отыскание первопричины зла обычно проводится в присутствии всего племени. Это еще больше укрепляет веру всех членов племени в силы колдуна.
137
