— О каком правосудии вы... «Уйти, чтобы вернуться»

• 

  LubbertLoir

  3 ноября 2017

  В друзья

  — О каком правосудии вы говорите, сеньор журналист? О том, которое амнистировало этих шакалов? О том, которое дало им время изготовить себе новые документы? После возвращения демократии в 1983 году мы, семьи жертв, решили, что преступники получат по заслугам. Но мы не учли бесхарактерность президента Альфонсина и могущество армии. Военный режим успел замести следы, отстирать замаранные кровью мундиры, спрятать орудия пыток в ожидании лучших времен. Нет никаких гарантий, что все не повернется вспять. Демократия уязвима. Если вы считаете, что с вами, американцами, ничего плохого не произойдет, то ошибаетесь так же, как ошиблись мы. В 1987 году Баррейро и Рико, высокие военные чины, подстрекая армию к мятежу, сумели заткнуть рот нашей юстиции. Было принято два позорных закона: один — об обязательном повиновении, устанавливающий иерархию ответственности в зависимости от воинского звания, и другой, еще более постыдный, — о «последней точке», неподсудности всех преступлений, приговоры по которым еще не были вынесены. Ваш Ортис, как сотни его сообщников, получил охранное свидетельство, освободившее его от всякого преследования. Под действие этих законов подпали и многие жестокие палачи, освободили даже тех, кто уже сидел за решеткой. Отмены этих законов пришлось дожидаться целых пятнадцать лет. Можете представить, как надежно эта нечисть успела спрятаться за полтора десятилетия!

  — Как такое допустил аргентинский народ?

  — Забавно, с каким высокомерием вы задаете этот вопрос! Разве вы, американцы, отдали под суд своего президента Буша, его вице-президента Дика Чейни или министра обороны? А ведь они разрешили пытать пленников в иракских тюрьмах, оправдывая это государственной необходимостью, да к тому же создали концлагерь в Гуантанамо. Закрыли вы этот лагерь, который существует уже более десяти лет в нарушение Женевских соглашений? Сами видите, как хрупка демократия. Так что не надо нас осуждать. Мы делали то, что могли, противостоя могущественной армии, которая подстраивала под свои цели весь государственный механизм. Чаще всего мы довольствовались тем, что обеспечивали учебу наших детей в школе, кормили их, заботились о крыше над головой. Это тоже требовало больших усилий и жертв от неимущих слоев аргентинского общества.

  62