— Знаешь, — неожиданно для... «Июнь»
Rosa_Decidua16 октября 2017— Знаешь, — неожиданно для себя сказал Миша, — а по-моему, вот это и есть пошлость. Колычев уставился на него в изумлении. — Вот это? — Именно. Настоящая пошлость, только другого рода. Знаешь притчу про нищего? Идет франт, ну весь расфранченный. Нищий смотрит и говорит: вот чванство! Франт смотрит на него и говорит: нет, а вот ты — чванство. И это худшее чванство, нищее. Потому что от Паши, от его стихов хоть морем пахнет. А здесь вообще ничего, и у тебя ничего. Потому что самая большая пошлость — это говорить про все: пошлость. Живое все пошлость, ты не находишь? Миша не на шутку раздухарился. — Все живое, все уязвимое. А неуязвимо только мертвое, и вот то, что ты читаешь, — это мертвое. И сам ты мертвый. Подумайте, какая лирика: тишину с душой мешая! Мякина, а не стихи. Выдача гуся за порося. И говорить, что это и есть настоящее… Это, знаешь, как войти в загаженную комнату, долго примериваться и строго по центру бросить еще более грязный носовой платок. И сказать: вот теперь прекрасно!
Отрывок из книги Июнь Дмитрий Львович Быков Этот материал может быть защищен авторским правом.
5 понравилось285