Голая неприглядная Правда... «Игры демиургов»
Itama11 апреля 2010Голая неприглядная Правда лежала на операционном столе, вся опутанная трубками и проводами. Мазукта пошевелил пальцами в хирургических перчатках и приблизился к столу. — Так, что у нас тут..? Шамбамбукли прочитал данные с таблички. — Фамилия и имя больного: Истина Правда. Избита. Зверски. Кроме того, над ней надругались. — Вижу. Мазукта склонился над избитой Истиной, осторожно прощупал её живот и помрачнел. — Живота не пощадили! Придется резать Правде матку. Правда застонала. — Ребенок… мой… — Она что, в сознании? — испугался Шамбамбукли. — Нет. Бредит, — успокоил его Мазукта. — Ишь, ребенка пожалела! Сама, между прочим, виновата! — То есть как? — не понял Шамбамбукли. — Связалась с дурной компанией. Ну и как обычно: сначала там просто вольно обращались с Истиной, потом стали над ней издеваться, дергать и вертеть как попало, а потом… всем скопом познали Истину. А она, между тем, была тяжелая! — Кем тяжелая? — Уже неважно. — Меня никто не любит, — сквозь сон пожаловалась Истина. — На голую… Правду… глаза закрывают. Мазукта без комментариев вколол Правде полный шприц чего-то розового, и она снова обмякла. После этого сама операция не представляла трудностей — тем более, была уже привычна и отработана до мелочей. — Идея, — сказал наконец Мазукта, покачивая на ладони плод. — Мертворожденная. Вот что бывает, когда насилуют Истину. Всегда. Он прицепил на ручку младенцу дохлый номер и отправил в анатомичку. — Посмотрим, вдруг из неё еще удастся что-нибудь полезное извлечь. Сейчас рождается столько нежизнеспособных идей! Возможно, отдельные части из этой смогут их спасти. — А куда нам теперь? — спросил Шамбамбукли. — Ну, на сегодня уже ничего серьезного. Осмотр пятой и седьмой палаты. Слепая Вера и безумная Надежда. — А шестая палата..? — А… — Мазукта обреченно махнул рукой. — В шестой уже никакие средства не помогут. Там лежит совсем безнадежная Любовь.
41 понравилось1,1K