Мой дедушка был не простым... «Dostoevsky-trip»
mothersmilk3 января 2013Мой дедушка был не простым генералом. Он был Национальной Гордостью. Он прославился своим знаменитым Танковым Прорывом. Этот прорыв вошел во все учебники. И когда дедушка ушел на пенсию, к нему на виллу приходили разные люди, чтобы сказать, как они его уважают. Я тоже любила и уважала дедушку. И всегда помогала ему. А он гулял со мной, играл и читал мне детские книжки. Потом дедушку парализовало. Это случилось неожиданно. Он сидел в саду в шезлонге и чистил яблоко. И вдруг захрипел и задергался. Его положили в спальне. И он там пролежал 3 года. До самой смерти. Он не мог двигаться и говорить. Мог только смотреть, есть, пить, писать и какать. И мычать. Он был очень смешной, когда лежал. Когда родителей не было дома, я играла с дедушкой. Сначала я его щекотала. Но он не боялся щекотки. Потом я ему зажимала ноздри. И он дышал ртом, как рыба. Потом я подымала одеяло и трогала его письку. Писька была похожа на жабу. Дедушка вращал глазами, потел и мычал. Потом я придумала другую игру. Я брала палку для выбивания перин и кусочек сахара. Я била дедушку палкой по животу и командовала: «Голос! Голос!» И когда дедушка мычал, я клала ему в рот кусочек сахара. Родителям и сиделке он показывал глазами в мою сторону и мычал. Но они не понимали его. И я продолжала свою игру. Я приходила из школы, обедала, потом говорила сиделке, что хочу почитать дедушке. Сиделка уходила, я входила к дедушке и закрывала дверь. Он сразу начинал мычать и вращать глазами. Я брала сахар, палку и играла с ним. Потом он привык и все делал как надо: мычал вовремя и сосал сахар. Иногда я его кормила вместо сиделки. И он почти всегда плакал. Ел и плакал. Когда он умер, я тоже плакала. Его похоронили рядом с премьер-министром. И солдаты дали три залпа из ружей так громко, что у меня заложило сразу оба уха.
247