Глава 1

Мирослава

– Вы понимаете, что Вас обвиняют в хищении огромной суммы. И, поверьте, против человека, выдвинувшего обвинения, шансов у вас нет.

Следователь – довольно молодой мужчина с глубоким внимательным взглядом, говорил негромко, и от этого мне было ещё страшнее.

– Я не брала эти деньги, – уже в который раз тщетно повторила я. – Поймите, не брала!

Следователь не ответил. Только в глазах его отразилось сожаление.

– Я бы хотел помочь Вам, Мирослава. Но это не в моих силах. Лучше всего будет, если Вы признаетесь. Поймите, вам грозит реальный срок. Причём достаточно большой.

– У меня нет денег! – уже с нотками истерики. – Я понятия не имею, откуда всё это взялось! Почему я должна что-то писать, если ничего не сделала?!

– Потому что факты – вещь упрямая. А факты говорят против Вас, – он взял лежащую на краю стола папку с документами и, вытащив несколько листов, положил передо мной. – Это Ваша подпись.

Я смотрела на бумаги, а в голове так и мутнело. Моя. Подпись действительно была моей, только это ничего не меняло. Я не имела к пропаже денег Якова Серебрякова никакого отношения. И сам Серебряков… Сам Серебряков прекрасно знал об этом.

– Вы работаете у Якова Константиновича всего несколько месяцев, – продолжил следователь. – Вы получили хорошую должность в его компании, не имея при этом опыта работы, что, как я успел понять, сделать невозможно. Но Вам это как-то удалось.

Я подняла взгляд. О том, как я попала к Якову, ему лучше было не знать.

Поняв, что рассказывать я ничего не собираюсь, следователь встал и открыл дверь. Я последовала за ним. В его же сопровождении прошла по коридору, свернула в другой. В замке лязгнул ключ.

– Советую Вам, Мирослава, как следует подумать, – войдя со мной в камеру, выговорил он и обратился к сидящей на шконке девушке: – Афанасьева, пройдёмте.

Нерешительно она встала, глянула на меня, как будто искала помощи или поддержки. Только чем я могла ей помочь, если моя собственная жизнь катилась под откос?

Дверь с металлическим лязгом закрылась, и я, не чувствуя ног, подошла к узкой шконке и тяжело опустилась на неё.

– Боже, – с тихим стоном запустила пальцы в волосы. Закрыла глаза и просидела так с минуту. До тех пор, пока вновь не услышала звук приближающихся шагов, а следом за ним – звук повернувшегося в замке ключа.

Подняла веки и забыла, что нужно дышать. В дверном проёме, заслоняя собой свет из коридора, стоял Яков Серебряков.

Высокий, крепкий, он буквально занял собой всё пространство, но дело было даже не во внешности. Харизма и исходящая от него энергия буквально подавляли, лишали воли.

Закрыв дверь, он прошёл вглубь камеры и остановился напротив меня.

– Я тебя предупреждал, Мирослава, – посмотрел сверху вниз.

Чтобы не выглядеть совсем жалкой, я встала. Только это не помогло – я по-прежнему чувствовала себя загнанной в угол.

– Как ты мог? – бросилась к нему, но, наткнувшись на предупреждающий взгляд, остановилась в шаге. – Это грязно. Слишком грязно даже для тебя, Серебряков!

– С чего ты взяла, девочка? – обхватил за шею и подтянул к себе. Пальцами погладил вдоль позвонков, всё сильнее заставляя меня чувствовать собственную беспомощность. – Ты понятия не имеешь, на что я способен ради достижения цели, – вкрадчиво, опаляя дыханием.

Я упёрлась ему в грудь, забилась, пытаясь оттолкнуть. Он сжал мою шею сильнее. Уголок его рта дёрнулся в пренебрежении.

– Я сказал тебе, что всё равно будет так, как хочу я. По-хорошему или по-плохому, но ты будешь моей. По-хорошему ты не захотела. Что же… Тебе светит срок, девочка. И только я могу решить твою проблему.

– Я ничего не крала, и тебе это известно!

– Факты, Мира, говорят против тебя, – почти те же слова, что сказал следователь. Только Яков, в отличие от него, отлично знал, откуда взялись эти факты и что они – ложь.

– Что тебе от меня нужно? – выплюнула ему в лицо.

– Мне нужна жена, Мира. И ты отлично подходишь на эту роль.

– Иди ты к чёрту! – прорычала в бессилии. – Я не выйду за тебя замуж, – всё-таки оттолкнула его, но только потому, что он сам отпустил.

Тяжело дыша, помотала головой.

– Тем более я не сделаю это после того, как ты подставил меня! Ты… Ты скотина! – зашипела, тяжело дыша. – Просто животное, которое не видит ничего, кроме собственных целей.

– Именно, – он сунул руку в карман пиджака. Взгляд его чёрных глаз был непроницаемым. – Сейчас моя цель – ты.

Он неспешно прошёлся по камере, как будто осматривался. Я следила за ним, чувствуя, как от ярости и ужаса колотится сердце.

Он ни перед чем не остановится. Я понимала это. За те несколько месяцев, что мы были знакомы, я хорошо усвоила – Яков Серебряков сам устанавливает правила и сам же решает, когда их нарушать. Проще говоря, для него не существовало никаких правил. Никаких, от слова совсем.

– У тебя есть выбор, Мирослава, – вновь заговорил он. – Ты можешь выйти отсюда прямо сейчас, но только при одном условии, – сунул руку в карман пиджака и вытащил бархатную коробочку. Раскрыл. В пальцах его блеснуло кольцо. – Это ключ от двери на свободу. Воспользоваться им или нет – решать тебе. Станешь моей женой – выйдешь на волю. Нет – сядешь. И сядешь надолго.

– Ты блефуешь, – выпалила, смотря на него, ища подтверждение того, что это действительно так.

– Я никогда не обещаю того, чего не могу выполнить, – убрал кольцо обратно в футляр. – И никогда не разбрасываюсь словами.

Всё так же медленно он подошёл и, крепко сжав мою кисть, вложил футляр в ладонь. Только я не взяла. Не собиралась брать.

Яков хмыкнул. Не глядя, кинул его на мою шконку и, прижав меня к себе, провёл по спине.

– Но даже если ты сядешь, – грубо собрал волосы на затылке и сжал, – от меня это тебя не избавит. Буду навещать тебя по выходным, – опять по спине, а после, разжав пальцы, резко оттолкнул. Я сглотнула, глядя ему в спину. – Запомни, – он остановился у выхода, – ты выйдешь только с этим кольцом на пальце. Либо так, либо никак. Подумай хорошенько. Я приду завтра. Надеюсь, что твой выбор будет правильным.

– Я найму адвоката! – крикнула ему вслед. – Он докажет, что я не виновата.

– Попробуй, – совершенно спокойно. – Только прежде, чем ты отдашь те жалкие деньги, что у тебя есть, подумай о том, что каждый мой адвокат будет стоить сотни твоих. И решение суд примет то, какое нужно мне. Это если мне захочется понаблюдать за твоей агонией. А если не захочется… – он потянул решетку на себя, – я просто перекуплю твоего адвоката. Его и всех, кого будет нужно.

– Сволочь! – я бросилась следом, но наткнулась на прутья двери. – Я не выйду за тебя, Серебряков, слышишь!? – ударила ладонью по решётке.

Он не обернулся. Чёрной тенью шёл вперёд по длинному коридору, и звук его шагов отдавался в висках.

Я продолжала смотреть на него, не понимая, как могла так вляпаться. Новый город, новая должность в крупной компании, и он – мой босс. Человек, который ни перед чем не остановится ради достижения цели. И теперь его целью стала я.

Сжала решётку, пытаясь удержать всхлип, но не смогла. Бессильно зарычала и, опустив голову, прижалась к прутьям лбом.

Глава 2

Мирослава

– Этот мужчина… – соседка по камере запнулась, как только я, вскинув голову, одарила её тяжёлым взглядом.

Время, прошедшее с момента ухода Якова, я все никак не могла заставить себя успокоиться. Сидела, вертя в руках футляр с кольцом, и проклинала день, когда с ним встретилась. Ни за что. Буду до последнего бороться, но меня он не получит!

– Высокий мужчина в чёрном пиджаке, – продолжила она осторожно. – Он остановил следователя и спросил про тебя. Мне показалось, что он приходил к тебе.

Я невесело усмехнулась. Положила кольцо рядом с собой.

– Лучше бы не приходил, – ответило нехотя. – Если бы не он, всего этого бы не было.

– Так это и есть Яков Серебряков? – она распахнула большие глаза. Глянула на дверь, как будто этот мерзавец всё ещё мог стоять за ней, опять на меня.

– Он самый, – не находя, куда деть руки, открыла коробочку и вынула кольцо. Обручальное, с большим бриллиантом, оно стоило, наверное, больше, чем я получала у себя в городе за год.

Кристина подалась ко мне, присела рядом и, взглядом попросив разрешения, взяла кольцо у меня с ладони.

– Это он принёс? – спросила едва ли не шёпотом. – Чего он хочет?

– Он хочет, чтобы я была его, – хотела сказать с легкостью, но вышло слишком мрачно, даже в некоторой мере обречённо. – А если Яков что-то хочет, он это получает. Любыми способами, Кристина.

Она вернула мне кольцо, и я убрала его в карман домашней кофты. Привезли меня сюда прямо из дома, и единственное, что я успела: сменить спортивные штаны на джинсы. На то, чтобы собраться, не дали и двух минут. Без долгих объяснений затолкали в полицейскую машину и доставили сюда. И только потом следователь рассказал, в чём конкретно меня собираются обвинить. Хотя, чего удивляться… Когда-то почти так же Яков забрал меня из родного города. Без излишних церемоний, решив всё с позиции силы.

– Ты давно его знаешь? – словно поняв, что я погрузилась в воспоминания, спросила Кристина.

Голос у неё был тихий, сама она напоминала напуганного воробушка. Глядя на неё, сложно было представить, что она выкрала своего ребёнка у бывшего мужа и попыталась сбежать с ним. Отчаянная. Так же, как и мне, ей не посчастливилось встретить баснословно богатого и имеющего власть мерзавца, да ещё и выйти за него замуж. Не прошло и нескольких лет, как он выставил её, вдоволь наигравшись. Лишил родительских прав и запретил видеться с дочерью. Только Кристина не сдалась. И я тоже не собиралась.

– Мы познакомились осенью, – поколебавшись, всё-таки ответила я. – Он приехал на переговоры в мой город. С китайцами, – неосознанно погладила футляр кончиками пальцев и запоздало поняла, какой он мягкий. Бархатный, как и голос Якова, когда он того хотел. Когда ему это было нужно. – У него не было переводчика, а мне нужна была работа, – посмотрела Тине в глаза. – За день до этого я решила уйти от мужа. Мне нужна была работа и… – вспоминать было тяжело, и я умолкла.

Кристина нашла мою руку и сжала в знак поддержки. Привезли меня вчера, но чувство было такое, что знаю я её уже очень давно.

– Мы с мужем расстались не очень хорошо, – всё-таки призналась я.

Говорить об оставленных им мне на прощание синяках и опустошении я не стала, как и о том, что он вытолкал меня на лестничную площадку совершенно раздетую. И о том, что сделал перед этим, тоже не стала.

– Серебряков хотел меня, а я хотела почувствовать себя живой. Хотя… – с сожалением усмехнулась. – Достаточно и того, что он меня хотел. Отказы он не принимает. Это не в его правилах.

Помолчав, Кристина опять сжала мою руку. Небольшой дальневосточный городок, откуда я была родом, в сравнении со столицей казался другой реальностью. Теперь уже прошлой.

– Он предложил тебе улететь с ним?

– Не предложил. Он купил меня у моего же мужа и не оставил выбора.

Глаза Кристины стали ещё больше. Сказал бы мне кто-то нечто подобное, я бы, наверное, тоже отнеслась к этому с недоверием. Но всё так и было: в день, когда я пришла забрать из квартиры мужа остатки вещей, Яков явился с пачкой денег и, швырнув их на стол, сказал, что забирает меня. Заставил Стаса подписать документы, по которым все обязанности по нашим кредитам переходили к нему, и увёз меня. Единственное условие, которое я смогла выдвинуть: место в его компании. Именно так я и попала к нему на работу. Тогда всё это казалось почти сказкой. Но сказка быстро стала кошмаром, потому что Якову потребовалось больше. Ему потребовалось моё абсолютное подчинение – я в роли жены.

– Постой… – она нахмурилась. – Так он позвал тебя замуж? И поэтому ты сейчас здесь?

– Я здесь, потому что посмела сказать ему нет, – высвободила руку и поднялась.

Услышала, как кто-то идёт по коридору, рассеянно посмотрела на решётку. У нас сегодня и так было слишком много посетителей, так что вряд ли это к нам.

– Он не звал меня замуж, Кристин. Он приказал мне. А я не хочу… Не хочу, понимаешь, однажды оказаться на твоём месте! Ему мало, что я и без того от него зависима, ему нужно, чтобы моя зависимость стала полной.

– Ты боишься его? – она тоже поднялась.

– Не его, – замешкалась, перед тем как ответить. – Я боюсь стать его собственностью. А именно так и будет.

Шаги становились всё ближе. Кристина шумно вздохнула. Взяла с постели коробочку с кольцом и подала мне. Я молча забрала и, не успела больше ничего сказать, возле двери остановились двое оперов. Один из них отпер её, второй же вошёл внутрь.

– Ефимова, на выход, – приказал он мне.

Я с непониманием приоткрыла рот, собираясь спросить, что случилось.

– На выход, – гаркнул он прежде, чем вопрос слетел с губ. Взял за локоть и вытолкнул в коридор. Второй подтолкнул меня в спину.

– Вперёд, – скомандовал он.

– Куда вы меня ведёте? – я посмотрела на одного, затем на другого. Оба они были мрачные и немногословные. Дурное предчувствие так и сдавливало грудь.

– Я никуда не пойду, пока вы не… – остановилась было, но первый крепко сжал мою руку выше локтя и без разговоров поволок дальше. Мне оставалось только идти вперёд, потому что я была никем. Тем более тут. Стоило нам выйти в комнату при входе, я увидела двоих мужчин в чёрных костюмах.

– Вот она, – бросил один из оперов и, подтолкнув меня к ним, отпустил.

Мужчина в чёрном кивнул. Взял меня так же, как до этого мент. Мы оказались на улице. Апрель был прохладный, и в своей кофте я замерзла моментально. Ветер пробрался под край, тело покрылось мурашками.

– Куда вы меня тащите?! – я попыталась вырваться. Извернулась, выворачивая руку. – Что происходит?! Да ответьте же вы! – меня начинала бить истерика. Снова ударила, вцепилась в рукав пиджака пальцами.

Впереди стояла машина. Огромный чёрный внедорожник. Предчувствие стало ещё сильнее, от паники меня начало подташнивать.

– Отпустите! – толкнула мужчину. – Я не…

Дверца машины открылась, и меня впихнули внутрь. Я упала на сиденье, волосы рассыпались по плечам, лбом я упёрлась… В бедро. Подняла взгляд и встретилась им со взглядом Якова.

– Можем ехать, – обратился он к водителю, а после опять посмотрел на меня: – Я передумал, Мирослава. Ждать до завтра я не хочу.