Страницаиз14
СкороКнижный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
В мире, где магия подвластна не всем, каждый может обрести своё собственное чудо
Дух праздника проникал в дом через дымоходную трубу и заполнял собой пространство, забираясь даже в самые дальние углы. В тот рождественский вечер всё представлялось особенным. Из кухни доносился пряный аромат имбирного печенья: его вкус ощущался на языке, заставляя облизываться и причмокивать от нетерпения. Бумага, в которую были завёрнуты подарки, манила блеском и приятным шуршанием. Украшенная ёлка, казалось, успела за ночь подрасти, и пока Джек рассматривал её макушку, у него затекла шея.
Время было позднее. Небо за окном окрасилось в густой оттенок черничного джема, но с наступлением полной темноты спорили уличные фонари и праздничная иллюминация домов. В лучах огоньков снежные хлопья меняли цвет. Вот внезапный порыв подхватил их, закружил, и тут же захотелось присоединиться к лёгкому танцу, чтобы вслед за ветром унестись в сказочные края.
Сейчас от волшебной страны Джека отделяли двойное стекло, запрет выходить на улицу и много, много лет… А пока, расположившись на пушистом ковре возле ёлки, трое детей терпеливо ждали наступления чуда.
– Мне подарят оптический микроскоп, – уверенно сказал светловолосый мальчик, поправив очки на переносице. – С увеличением в целых десять раз. Кстати, вам известно, что не бывает двух одинаковых снежинок?
– Откуда ты знаешь? – спросила девочка в голубом платьице с пышной юбкой. Девочке не удавалось спокойно посидеть на одном месте и пяти минут: она ёрзала, вертелась, отчего красивый наряд бессовестно помялся, но хозяйке не было до этого никакого дела.
Очкарик обрадовался вопросу и начал пересказывать известные ему факты:
– Снежинки образуются в облаках, когда переохлаждённые капельки воды кристаллизуются…
– Да нет, – перебила девочка, – откуда ты знаешь, что тебе подарят?
– Я проверил в старом комоде, где хранятся шторы и скатерти. Мама всегда там прячет подарки.
Джек тягостно вздохнул. Каждый год, на праздники, у них дома гостили незнакомые люди. Подготовка начиналась ещё с утра. Всякий взрослый член семьи считал своим долгом лишний раз напомнить Джеку правила поведения. Ему не разрешалось бегать, разбрасывать вещи и таскать полусырые, но уже такие ароматные лакомства из кухни. Ближе к вечеру мама заставляла его сменить забавный свитер с оленем на выглаженную рубашку и завязывала на шее бабочку из чёрного бархата. И за что такие страдания? Шумные коллеги и друзья родителей всё равно не обращали на Джека внимания, разве что трепали по макушке и формально отмечали, как он подрос.
В этом году всё было иначе: утром отец сообщил, что приедут двое детей его возраста. Джек ничем не выдал своего восторга, но целый день с нетерпением ждал этих замечательных других детей, с которыми наверняка очень весело. Однако Джек разочаровался: гости ему не понравились. Мальчик в очках много болтал и мнил себя самым умным, а девочка, наверное, вообразила себя принцессой, раз нацепила такое пышное платье. Только вот у неё были некрасивые веснушки и оттопыренные уши, а принцесс таких не бывает.
Теперь Джек сидел в стороне. Он делал вид, что смотрит мультик по телевизору, а сам украдкой прислушивался к разговору гостей. Знакомиться первым Джек не собирался.
– Как тебя зовут? – вдруг спросила его девочка.
Он выпрямил спину и важно ответил:
– Кхм… Джек Сандерс.
– А меня Грэйс.
– А меня Тони зовут, – подхватил третий гость.
Словно Джеку это было хоть чуточку интересно.
– А сколько тебе лет? – не унималась девочка.
– Восемь.
– А мне почти семь, – она улыбнулась, – у тебя такой красивый костюм.
Бабочка на шее Джека внезапно перестала казаться ему неудобной.
– А что тебе подарят? – спросил Тони. Он посмотрел на гору коробок, прикидывая, что может прятаться внутри.
– Воздушного змея, – ответил Джек, – управляемого, с которым можно всякие трюки выполнять. Я давно о таком мечтаю.
– Как здорово, – Грэйс хлопнула в ладоши.
– Здесь нет ничего, похожего на воздушного змея, – категорично возразил Тони, – вон плоская коробка, только, судя по форме, в ней картина какая-нибудь.
Через несколько часов Джек лежал в постели, переваривая мясо, пирог и впечатления от праздника. Внизу ещё играла музыка – взрослые продолжали веселиться.
Джеку не спалось: он думал о воздушном змее, которого не получил. И обо всех других подарках, которые ему не подарили. Отец всегда считал, что желания детей изменчивы, потому тратиться на них нецелесообразно. Разумнее открыть отдельный счёт в банке и откладывать на будущее образование. Так он гостям торжественно и сообщил. Все громко захлопали.
В плоской коробке оказалась репродукция известной картины, на которой были изображены какие-то квадраты и треугольники. Картину можно было вертеть по-всякому: повесить хоть горизонтально, хоть вертикально, хоть вверх тормашками – по мнению Джека каждый раз получалась ерунда.
Умнику подарили его микроскоп и толстую книгу «Нераскрытые загадки человечества», а Грэйс – книжку с рассказами, школьные принадлежности и ещё одно платье. Вот и глупые, детские подарки, думал Джек. Ему повезло гораздо больше: он будет учиться в лучшем университете и станет врачом, как отец.
В комнате послышался шорох. Джек лежал лицом к стене, поэтому мог только предполагать, скрипнула ли дверь на самом деле, или же ему показалось.
Теперь отец будет знать, как приглашать в дом незнакомых людей! Сейчас его наверняка похитят и потребуют выкуп, а когда получат деньги – убьют. Так ведь обычно и происходит.
Джек резко вскочил, обернулся и тут же зажмурился, потому что прямо в лицо ему светил луч фонарика.
– Хочешь тайну? – послышался знакомый шёпот.
– Какую ещё тайну, что ты здесь делаешь? – Джек разозлился.
– Очень секретную тайну! – ещё тише ответил Тони. – Нам далеко ехать, поэтому мы остаёмся до завтра.
Видимо, Тони уже успел лечь и притвориться спящим – на его щеке осталась вмятина от наволочки.
Джек закатил глаза.
– Между прочим, это не комната для гостей, сюда никому нельзя заходить. Ты, что ли, не видел табличку? – он попытался вложить в эти слова как можно больше сарказма.
– Видел, там было твоё имя, – Тони невозмутимо кивнул и уселся рядом на кровать.
– А сразу под именем написано: «Входить без разрешения строго воспрещается»!
Недавно Джек увидел похожую табличку у одноклассника и тут же захотел такую себе. Родителям идея не понравилась. Джеку разрешили оставить намертво приклеенную дощечку, но запрет ни на кого должного эффекта не производил. Даже на гостей.
– Пообещай, что никому не расскажешь, – продолжил Тони заговорщицким шёпотом.
– Что не расскажу?
– Да тайну же!
Джеку было ни капельки не интересно. Он терпеть не мог, когда вторгались на его территорию, и тем более презирал всякие глупые тайны.
– Обещаю, – ответил он, наклонившись к собеседнику. Почему-то тоже шёпотом.
Джек вытащил из-под кровати не первой свежести носки и натянул их на замёрзшие пальцы.
– И пообещай сделать всё, чтобы помочь мне разгадать секрет! – тихо, но церемонно произнёс Тони.
– Чего?
– Пообещай!
– Ладно, обещаю.
Тони достал из-за спины что-то круглое и осторожно передал Джеку.
– Вот, ты только посмотри…
Стеклянный шар размером с небольшой апельсин, гладкий и тёплый на ощупь, сиял в свете фонарика. Внутри Джек разглядел лес – яркий, зелёный, совсем как настоящий! Вот старые могучие клёны упирались макушками в стены маленькой стеклянной тюрьмы. А здесь, среди молодых ёлочек, пестрела цветочная полянка. Если бы Джека спросили, из чего они сделаны – из пластмассы или глины, – он уверенно ответил бы, что эти деревья сделаны из деревьев: из стволов, веток, листьев, которые шевелились на ветру (откуда там взялся ветер?) и малюсеньких травинок.
– Поставь его на тумбочку. – Тони наслаждался произведённым эффектом.
Плохая идея: только вчера с этой самой прикроватной тумбочки на пол полетел стакан и разбился вдребезги.
– А у тебя есть для него подставка? – спросил он у Тони.
Тот покачал головой.
– Просто поставь его.
Джек осторожно опустил идеально круглый шар на такую же ровную поверхность тумбочки. Другую руку он подставил для страховки – приготовился ловить, – но опасения не подтвердились. Шар словно приклеился к месту, на которое его установили, и, несмотря на всю свою круглость, не сдвинулся с него даже на волосок.
Совсем не важно, где началась эта история – главное, где она закончилась. Хотя, почему закончилась? Продолжается до настоящего момента – вот так правильно. События, которые изменили жизнь героев, могли произойти в любом маленьком городе, ведь оказалось, что место, пространство и расстояние являются весьма условными понятиями.
Наверное, и герои могли бы быть другие, даже более достойные, но история почему-то выбрала нас. Ладно, посмотрим, что из этого получится.
Дневник рассказчика
Алакрион, четвёртый лорд Норклифа, лениво наблюдал из окна, как облака меняют форму. Благо его спальня находилась на верхнем этаже одного из самых высоких зданий города – привилегия высокопоставленной должности, – так что до объектов наблюдения было рукой подать.
«Нужно срочно завести женщину», – размышлял Алакрион, разглядев в форме одной тучки нечто соблазнительное. Рядом с тёплым телом не только меньше будут мёрзнуть ноги по вечерам, но и утром исчезнет тошнотворная скука, которая гонит из мягкой постели ещё до рассвета. Повздыхав о судьбе, четвёртый лорд захлопнул окно и отправился разбираться с делами вчерашнего дня.
На столе накопилось множество бумаг, теперь предстояло искать среди глупых записок, просьб преувеличенной важности и бесполезных донесений шпионов зёрна здравого смысла. Каждый раз Алакрион диву давался, зачем их неприступному острову нужна такая серьёзная организация безопасности. Разведчики рыщут по Свободной земле, сотни стражников день и ночь охраняют периметр. Ха! Они годами изучают военное искусство как раз для того, чтобы гонять случайных птиц, которым хватило наглости залететь сюда с большой земли.
Четвёртый лорд пока не подозревал, что уже сегодня его уверенность в неприступности Норклифа сильно пошатнётся.
Норклиф – огромный, окутанный туманом остров, который завис в воздухе посреди неизвестности. Издали может показаться, что это молочно-белое облако, только не воздушное, а тяжёлое и густое. Если бы возможно было схватить субстанцию пальцами, она потянулась бы сладкой ватой.
Парящий остров называли центром мира, естественно, сами его жители. Учёные веками разгадывали причину застывшего полёта Норклифа, но, так и не найдя решения, списали всё на магию и пока ещё неизведанные силы природы.
То ли благодаря географической особенности, то ли из-за дружбы с обитающими только здесь летающими чудовищами, жители Норклифа пафосно называли себя повелителями воздуха. Спасаясь от холода и тумана, новые поколения вплетали крупицы магии в архитектурное искусство, чтобы возводить здания всё выше. Современные дети наверняка никогда не видели земли, не говоря уже о том, чтобы ходить по ней.
На самых высоких крышах, ближе к солнцу, круглый год выращивались съедобные растения, а иногда и такая почти непозволительная роскошь как цветы. Верхние этажи занимали уважаемые жители города. Среди них, конечно, создающие законы и вершащие правосудие шесть лордов Норклифа.
Алакрион взял первый попавшийся свиток и прочитал:
Председатель «Гильдии учёных изобретателей столицы» Весра приветствует и сообщает!
Разработка современнейших и бесспорно действенных разгонятелей тумана даёт первые результаты! Теперь возможно улучшить видимость до двух с половиной мостов и продлить эффект на четверть оборота солнца. При этом температура воздуха повышается с «невыносимо студёной» до «морозно бодрящей». Убедительно просим выделить средства, необходимые для дальнейших экспериментов.
Алакрион выругался и, смяв письмо, бросил его в разгорающееся пламя камина. Когда эти псевдоучёные уяснят, что избавиться от тумана невозможно? Он часть существования, такая же неотъемлемая, как воздух, которым они дышат, и пища, которую едят. Разве без этого природного явления Норклиф мог бы красиво называться страной туманов?
С тоской глядя на внушительную гору бумаг, Алакрион всё-таки решил нанять помощника. Или помощницу, симпатичную. Замечательно было бы проснуться утром, а все дела уже аккуратно рассортированы на просьбы, донесения, дела первой важности и всякую ерунду.
Лорд взял следующее письмо, на котором красовалась печать Службы шпионов. В донесении сообщалось:
На Свободной земле была замечена Дария. Вероятность – один на восемьдесят.
– Один на восемьдесят! – воскликнул Алакрион в негодовании, отправив и это письмо в огонь. Он ведь просил не тревожить его всякими недостоверными сплетнями.
Алакрион ещё помнил шокирующую новость об убийстве короля Марилии – Бриена. Тогда четвёртый лорд надеялся, что указанная вероятность, равная появлению радуги после дождя, окажется ошибочной. К сожалению, в тот раз шпионы добросовестно выполнили свою работу, даже имя убийцы ни у кого не вызывало сомнений. Дария. Так долго о ней не слышали, а теперь какой-то балбес осмелился предположить, что Дария возьмёт и покажется на Свободной земле. Конечно, отделяющая Норклиф от Марилии территория на то и называлась свободной, чтобы каждый злостный преступник и обычный вор могли чувствовать себя там в безопасности. Но Дария не так предсказуема.
Алакрион подошёл к широкому книжному шкафу и достал двенадцатый том современной истории: годы 1100 – 1200. Он открыл посвящённую Марилии главу, и, пролистав три сотни страниц, нашёл портрет двух сыновей Бриена. Один из них теперь был королём. Если обстоятельства сложатся удачно, скоро с ним удастся познакомиться лично.
От размышлений Алакриона оторвал энергичный стук в дверь. В комнату без приглашения влетел долговязый растрёпанный юноша. Он был облачён в тёмно-зелёные доспехи с изображением устремляющейся в облака башни, что выдавало принадлежность к охране периметра. Алакрион сразу догадался, что парень недавно заступил на службу – уж очень волновался.
– Простите, четвёртый лорд, меня впустила ваша служанка…
– Что случилось? – сурово перебил Алакрион. – Что могло произойти в такую рань?
– У нас чужие! Никто не понимает, откуда они взялись! Час назад их обнаружили стражники северной стороны.
