Страницаиз7
СкороКнижный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
© Иван Будник, 2019
ISBN 978-5-4493-2231-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Лик золотой поднялся средь деревьев
И осветил собой весь явный мир.
Проснулось солнце и взошло на небо,
Разрушив очертанья ночной тьмы.
Я пробудился, словно от удара, —
Лучами Солнце резало глаза.
Я одинок, и только бремя власти
Мне не давало позабыть те города.
Прошли лета, но память вновь уносит
И заставляет вспомнить каждый миг:
Минуты счастья, боли и разлуки,
Слова любви и ярости предсмертный крик.
Я расскажу, что было, что случилось,
Как изменился мир вокруг меня,
Как в бой рвались и шли вы на погибель,
Мои заветные и верные друзья.
Друзья – как братья, но не по крови —
Были вдвоём они единым целым,
И, провожая солнце с пламенем зари,
Встречали каждый день его с рассветом.
Один был ярким и проворным. Среди всех
Любил покрасоваться в фехтовании.
Второй, наоборот, был среди тех,
Кто часто размышлял о мироздании.
Огонь Анеса Арев разбавлял,
Уберегая от начала драки,
И Арева Анес бодрил в тот час,
Когда мыслями летел за облаками.
Друзья – как братья, но не по крови —
Для них легко вперёд летело время.
Они учились, и они росли,
Но расставаться подходило время.
Отец Анеса торговал сукном
И летом выехал на торг в ближайший город.
Анес просил забрать его с собой,
Но тот сказал: «Не торопись, ещё ты молод».
Прошла неделя, две, четыре, месяц,
Но нет вестей. Анес переживал,
Мать сорвалась к отцу на торг уехать,
Сына оставив, чтоб за хозяйством наблюдал.
Как в вечность канули родные,
Анес уж начал собираться в путь.
Лишь вышел за порог – Арев окликнул,
Ему сказал: «С тобой поеду, друг».
Лишь слово было сказано, вдали
Повозка на дороге показалась —
Родные возвращались, новости везли,
На лицах их была только усталость.
Арев простился с другом, тот уехал.
Оставшись в городе один, он тосковал.
Отец занять его стремился делом,
Но всё не ладилось, а почему – не знал.
Арев, как в омут, окунулся в книги,
В них он нашёл блаженный свет,
Словно родник или источник силы,
Но грусть его душила много лет.
Однажды, проходя мимо витрины,
Увидел он: с сияющей каймой,
Узором неземным златым извита,
Лежала книга с надписью большой.
Она гласила: «Хроники Империи», —
И, как магнит, манила Арева к себе.
Он в лавку забежал, только исчезла
Та книга, что лежала поверх всех.
Арев пошел назад, на улицу, к витрине,
Но книги этой там он не нашёл.
И было чувство, словно он впервые
По незнакомой улице прошёл.
Он думал: «Что со мной? Что происходит?
Слабеют ноги, голова не та,
В глазах темнеет, в сердце сильно колет…»
На землю пал, а дальше – пустота.
Прошел, наверно, день. Он пробудился.
Арев лежал в кровати, дома у себя,
Родители сидели у камина
И говорили меж собой шепча.
Лишь Арев чуть привстал, как подбежала
К постели мать, желая расспросить.
Родители беззвучно удалились,
Ночь просочилась сквозь стекло окон,
Но только сны наполнили кошмары —
Он видел эту книгу, и она
Сияла, тьму вокруг себя сжигала,
Была подобна пламени костра.
Но вдруг вокруг неё стал мрак сгущаться,
И через миг образовалась тень.
Она тянула руки, но добраться
До книги не смогла – её жёг свет.
Тень испарилась, и явился город,
Летящий над землёй, словно корабль,
И злато на воротах было чёрным,
Прах падал и выписывал спираль.
Чем ближе приближался к книге город,
Тем ближе к Ареву была она.
«Найди меня! Пока еще не поздно!..» —
Был голос, и иллюзия прошла.
Наутро Арев встал с восходом солнца
И тут же начал вещи собирать.
Сквозь слабо приоткрытое оконце
Роса на солнце начала играть.
Рюкзак затянут. Выйдя со крыльца,
Арев окинул взглядом дом родимый.
«Дорога, – думал, – уведёт меня,
И взор мой этих мест вновь не увидит».
Не зная, куда путь ему держать,
Он выбрал путь на север, к Арасету.
Быть может, тот торговый град
Покажет, где хранится книга Света.
Дорога долго шла через поля,
Потом свернула в сторону дубравы,
Вниз тяжело клонились ветви. Небеса
С большим трудом к земле свет пробивали.
Дорога перешла в широкую тропу,
Но та сужалась и все больше зарастала.
Арев шёл, погружаясь в темноту.
Лишь тишина со всех сторон его касалась.
Нет птиц, как будто нет их вовсе,
Зверья не видно, будто умер лес.
Поляна появилась словно на подносе,
И только купол из ветвей вместо небес.
Арев остановился на привал,
Развёл костёр, достал немного хлеба.
На плечи медленно давила пустота,
Безмолвие царило, будто внутри склепа.
Вдруг из теней явился белый старец,
Словно прошёл сквозь потайную дверь.
Направился он к Ареву, хромая,
И молвил тихо:
Он начал растворяться, исчезать.
Вот миг – и вместо человека
Туман ковром ложится по земле,
Костер затух. Поддавшись наваждению,
Арев упал в глубоком мягком сне.
Проснулось солнце. Лишь открыв глаза,
Запели птицы, и природа пробудилась,
Склонённая, подобно куполу, стена
С лучом рассвета плавно распрямилась.
Солнце поляну светом озарило,
И от росы искрилась вся земля,
Свет залил всё, стирая краски в мире,
Мрак леса превращая в яркие поля.
Арев проснулся, потянулся, тихо встал,
Поел немного, вышел на дорогу.
Тропа из леса побежала по холмам,
Открыв ему безбрежные просторы.
Долину разукрасила природа:
Поля граничили с серебряной рекой.
Деревья наклонили свои кроны,
Пытаясь выпить тот поток речной.
Сидели птицы на ветвях, их песня
Переплеталась со спокойствием воды.
Расположились в тени древ олени,
Исполнено всё было красоты.
Арев стоял и любовался видом.
Прошло, наверно, несколько часов,
И он продолжил путь. Словно магнитом,
Его тянуло вдаль, за горизонт.
Закрыло небо облаками, грянул гром.
Солнце укрылось в небе, всё померкло,
Капли дождя, танцуя среди крон,
Смывали пыль с высоких длинных веток.
Дождь Арева застал в открытом поле,
Недалеко был лес – он побежал туда.
Ветер ревел, и в том зверином вое
Над миром стала бушевать гроза.
Лес не спасал, вода везде струилась.
Арев землянку разглядел невдалеке,
Он подошёл к двери и постучался.
Молчанье лишь услышал он в ответ.
Дверь заперта, он взглядом стал искать,
Куда бы ещё спрятаться, чтоб не промокнуть,
И вот увидел свет, что прорезал
Ненастья мрак, спокойный, мягкий, ровный.
Арев пошёл на свет, стал слышать голоса,
Но он не видел никого из говорящих,
Он разглядел вдали пламя костра
И три фигуры в масках, в круг сидящих.
И в тот же миг ему связали руки,
Он даже не успел и рта открыть.
Накинули мешок, поволокли по лужам.
Арев стал думать, что его хотят убить.
Прошли минуты, и земля сменилась камнем,
Звук отражался эхом в тишине.
Дождя не слышно, всё вмиг замолчало,
Они остановились, наконец.
