Те, кто верят в свободу, первыми становятся пленниками.

1

Анна

Мы спускаемся по крутой каменной лестнице в самый низ Горнила Камня, туда, где пролегает подводный туннель. Я иду позади Николая. За мной следует лейтенант Даларас и один из незнакомых мне каштоунов. В середине – сердитый Кострис и хмурый Макс. Замыкает – бледная Алина с Дмитрием.

Всю дорогу я молчу. Нескончаемые каменные стены, без окон и дневного света, давят на грудь. Здесь душно так, что кажется – мы спускаемся в пасть гигантского огнедышащего дракона.

В голову закрадывается предчувствие, что я не скоро сюда вернусь… Если вернусь.

Пришлось на всякий случай оставить Бри на Дану с Вандой. Они справятся. После утренней тренировки, когда у всех каштоунов радостно загорелись глаза при виде маленького щенка – я уверена, что Бри никто не даст в обиду.

Мы почти доходим до самого низа, когда я поскальзываюсь на влажных ступеньках. Железная рука подхватывает меня, а темные глаза врезаются в мое лицо. Николай вряд ли простит мне поединок с Кострисом, и то, что из-за меня он почти лишился звания… А возможно, и лишился. Это мы узнаем во дворце.

Сейчас, его осуждающий взгляд готов разодрать мою душу. Ощущение ущербности накатывает волной. Лучше бы он дал мне упасть, было бы не так больно.

Он знает, что мое появление перед Королевой принесет ему очередные неприятности, поэтому решил уничтожить одним взглядом?

Что я могу сделать?

Сбежать.

Когда придет время, я сделаю это.

Но сначала, придется понять, как это сделать…

Рядом со мной идет Макс, а он в курсе моих планов. Я даже не успела сказать ему спасибо, за то, что он дал мне пыль, блокирующую каменные способности. Все, потому что Николай запретил ему приближаться ко мне.

Мой наставник стал холодным каменным зверем.

Достигнув дна, мы долго бредем по восстановленной части туннеля. Когда я приехала в Горнило камня, здесь была маленькая платформа, к которой прибывали вагонетки… Но теперь платформы нет. На ее месте – груда камней, которая открывает узкий проход вглубь. Мы еле протискиваемся один за другим сквозь глыбы. Догадываюсь, что это было дело рук Королевы.

Она сбежала, увидев разъяренного змея, и замуровала за собой туннель. Как же умно… Если бы Королева отправилась вплавь – полозу не составило бы труда ее догнать. А вот достать Королеву, быстро перемещающуюся по подземному туннелю, буквально проделанному в камне – было бы полозу не под силу.

Но змею было достаточно моей крови. Как он сказал, я понесу наказание за содеянное своими предками… И выпил мою кровь. Пока я все еще понятия не имею, о каких предках говорил змей. О Королеве? Сомневаюсь, что она может быть моей родственницей. От одной мысли о ней мое горло сдавливает ужас, и я вспоминаю собственные кошмары.

Калазиас…

Почему Николай не хотел, чтобы королева узнала мою фамилию?

Вся эта головоломка становится невыносимой.

Мы пробираемся через каменные завалы еще с полчаса, постоянно проверяя, чтобы на голову не свалилось еще чего. Дышать становится все труднее и труднее. Добравшись до расширения туннеля, мы наконец-то видим вагонетки. Рассаживаемся. Я делаю шаг назад, надеясь смешаться в суматохе и сесть рядом с Максом или Алиной, но Николай ловит меня за локоть и тянет в свою вагонетку. Вместе с нами усаживается Даларас.

Она морщит нос, приподнимая верхнюю губу, и отворачивается. Хотя бы в этот раз она не пытается меня убить.

Я вздыхаю и устраиваюсь поудобнее. Путь предстоит долгий. Возможно, к вечеру мы прибудем в Вереташ. Николай запрыгивает в вагонетку последним.

Он садится напротив и не спускает с меня глаз. Если он будет смотреть на меня так всю дорогу, я выпрыгну на ходу.

Вагонетки трогаются с места и начинают набирать скорость.

В моей голове всплывают сцены из кошмаров, где Николай нещадно убивал других каштоунов в жутком лабиринте… А потом, приказывал мне бежать от него, если я хочу жить. У меня дрожат колени, когда я думаю об этом…

Кровь сворачивается в венах. Майор Аркас самое беспощадное чудовище. После королевы, конечно. Как у такого, как Николай, мог быть такой добрый брат Александр, готовый рискнуть своей жизнью ради незнакомки? Меня.

Я дергаюсь в сторону и хватаюсь двумя руками за стенку движущейся вагонетки, когда Николай резко поднимает руку. Она замирает в воздухе.

На мгновение я улавливаю боль в его глазах. А потом, я перевожу взгляд на его ладонь. Там лежит сахарная конфета в форме мышки. В этот момент я понимаю, насколько голодна. Я не завтракала, а пообедать мы не успели. У нас было всего полчаса на сборы после тренировки, чтобы подготовиться к отъезду.

– Открой рот, – глаза Николая становятся убийственно холодными даже в свете мелькающих в туннеле красных светящихся кристаллов.

Он опять кормит меня как своего ручного пса. Я решаюсь это изменить. Пытаюсь взять конфету сама, но он резко сжимает ладонь в кулак и сощуривает на мне свои глаза.

– Я сказал, открой рот, – повторяет он ледяным тоном, придвинувшись ближе.

Он говорит тихо, но даже звук мчащихся вперед колес вагонетки не способен заглушить его слова. Они заставляют меня покраснеть.

Когда он делает это, то становится невыносим.

Я слушаюсь.

Николай кладет мне в рот конфету, и касается подбородка, заставляя закрыть рот, затем, проводит большим пальцем по моей нижней губе.

Зачем он это делает? Знает же, что меня это дико злит. Требует послушания? Или это его какая-то игра?

Меня бросает в жар. Это слишком интимно и откровенно. Будто…

Будто я принадлежу ему.

Конечно, он не раз мне об этом говорил. А этот жест – всего лишь напоминание. Однако, сладкая конфета приятно тает во рту, и я получаю от этого наслаждение.

Вновь бросаю на него взгляд, чтобы заметить, как смягчились черты его лица. Будто конфету съела не я, а он.

Фыркаю и отворачиваюсь в сторону. Нащупываю одной рукой свой мешок с одеждой. За палец что-то цепляется.

Глинка…

Я делаю вид, что не замечаю забирающуюся мне в рукав ящерицу, но глаза все равно косятся в сторону Николая. Вдруг он заметил затесавшееся животное. Вряд ли он обрадуется… Если Бри он просто не замечает, то Глинка… Глинка его раздражает, и это мягко сказано.

Боги, что я делаю?

Везу ящерицу с собой во дворец Королевы. Глупенькая, увязавшись за мной она рискует найти много неприятностей на свою голову. Я вот уже нашла достаточно.

Руки потеют от напряжения, но я вздыхаю с облегчением, убедившись, что глаза Николая закрыты. Значит, он ничего не заметил. Пока.

2

Дальше дорога проходит спокойно. Сон не идет. Оно и понятно, за последние дни я выспалась на целую неделю вперед. А вот Николай погружается в дрему.

Через три или четыре часа мы добираемся до Вереташа.

Знакомые массивные колонны подтверждают, что мы прибыли к месту назначения. Вереташ.

Николай выбирается первым из нашей вагонетки, а затем, протягивает мне руку. Я замираю, словно передо мной стоит огромный паук, готовящийся схватить и затянуть в свою липкую сеть.

Не лучше ли притвориться мертвым в такие моменты?

Лейтенант Даларас недовольно и громко выпускает ртом воздух, грубо теснит меня вбок и берется за руку Николая, которая предназначалась мне. Я остаюсь стоять с открытым ртом.

Что-то… Что-то переворачивается в груди, когда я вижу ухмыляющегося Николая и слышу ехидный смешок лейтенанта. Их это забавляет? Вводить меня в состояние дикого напряжения, а потом… Заставлять меня жалеть о том, что я слишком долго соображаю.

Даларас опирается на руку Николая и спрыгивает с вагонетки. Майор Аркас вновь поворачивается ко мне, протягивая свою руку, но в этот раз я не намереваюсь долго думать. Я выбираюсь из вагонетки сама, игнорируя его фальшивую заботу.

Я стою на платформе, прижимая к себе мешок с вещами и наблюдая за каменным легендарным городом. Солнце освещает четкие линии домов, высеченные в скалах. Они кажутся одинаковыми, но те дома, что расположены выше – на самом деле больше и шире по сравнению с нижними. Поверх крыш домов и между ними растут деревья и вьющиеся растения. Думаю, что, пролетая высоко над городом, можно было бы засомневаться, что там он есть, потому что зелень скрывает большую часть зданий. Вереташ тоже похож на муравейник, но отличается от Горнила Камня атмосферой. Более жизнерадостной, что ли? Не такой суровой?

Я была бы не против прогуляться по улицам этого города и понаблюдать за тем, как здесь живут люди. Кто они? Все каштоуны? Все подданные королевы?

Маленькие фигурки, снующие туда-сюда, вызывают зависть: они могут спокойно передвигаться, кажутся такими свободными. А я прикована к своему наставнику и Королеве, которая требует моего присутствия.

Я еле сдерживаю свой порыв сорваться в бег, чтобы скрыться в этих пещерных домиках.

К нам подходит посыльный. И что-то говорит Николаю.

Я не слышу, что именно, но по тому, как быстро мрачнеет лицо майора, понимаю, что ничего хорошего.

Вслед за посыльным приближается Люциус в сопровождении нескольких каштоунов. Его лицо пропитано надменностью и высокомерием.

Николай встречает его грозным взглядом. У обоих напрягаются скулы, сжимаются кулаки. Они похожи на двух волков, готовых прыгнуть друг на друга, чтобы порвать глотку.

– Добро пожаловать в Вереташ, – Люциус первый отводит глаза, задрав подбородок и бросив взгляд поверх наших голов.

Затем, он осматривает меня своими мелкими, но режущими глазами. Медленно переводит глаза на Алину с Дмитрием. И только в конце обращается к Кострису.

– Сержант Кострис, мастер Тарметиус, прошу вас пройти со мной. Нам надо многое обсудить перед встречей с Королевой.

Он назвал его сержантом. Я пропустила тот момент, когда королева дала ефрейтору это звание. Но видимо, я многое не знаю. Но меня волнует больше всего то, что Люциус уводит с собой и Макса. Зачем? Это заставляет меня насторожиться.

Когда Кострис и Макс удаляются с Люциусом и другими, мы остаемся с Николаем, Алиной, Дмитрием, лейтенантом Даларас и еще одним, незнакомым мне каштоуном, стоять на платформе.

– Королева не примет нас сегодня, – сообщает майор всем присутствующим, и после недолгой паузы продолжает, – но она предоставила нам несколько комнат во дворце. Она встретится с нами завтра в Скарлатной башне.

Я вижу тень раздражения, со смесью страха, на лицах Дмитрия и Даларас, но они никак это не комментируют.

– Вы, отправляйтесь немедленно во дворец. А мне нужно заехать в одно место, – распоряжается Николай.

Дмитрий понимающе кивает.

Я остаюсь с многочисленными вопросами, как например, что мы будем делать до завтрашнего вечера, и насколько все плохо, если Королева нас пригласила, а потом отказалась принимать, или решила принять, но в своей загадочной Скарлатной башне…

Она – словно кот, который играет с полудохлой мышью. И хочу, и не хочу, но далеко отползти не позволю.

Я бросаю вопросительный взгляд на Николая, который он тут же ловит, сообщая:

– Ты поедешь со мной, – он забирает из моих рук мешок и передает его Даларас.

Это приказ, который подтверждает мои опасения: Николай не собирается упускать меня из виду, боясь, что я натворю что-то еще.

– Если мы не успеем до ужина, Даларас, постарайся прикрыть меня, чтобы никто не заметил нашего опоздания.

Николай переплетает свою ладонь с моей, словно мы влюбленная пара, и ведет в сторону одного из многочисленных туннелей.

Мы спешим, я еле успеваю за ним. Молчу. Пользуюсь моментом, чтобы осмотреться вокруг и изучить местность. Это может мне пригодиться при планировании побега.

Мы спускаемся по туннелю ниже на несколько уровней, пока не выходим на дорогу. Здесь, под деревянным навесом, в ряд стоят лошади. Большинство из них темные, с великолепной шелковой гривой, их шерсть блестит на солнце. Они прекрасны. Их хочется погладить и чем-нибудь подкормить. И пока я, зачарованная, подхожу к животным, Николай договаривается о чем-то с владельцем лошадей.

Вскоре, на одну из них вешают двойное седло, а Николай оказывается слишком близко. Мое дыхание замирает. Не спрашивая, хочу я того или нет, он подхватывает меня словно куклу, чтобы подсадить на высоченного вороного коня.

Раздумывать некогда, и чтобы не полететь вниз, я хватаюсь за седло, устраиваясь как можно удобнее. Еще секунда, и я чувствую, как за спиной пристраивается Николай. Если бы не двойное седло – мы были бы прижаты друг к другу. Однако, Николай решает это исправить, решительно притянув меня к себе так близко, насколько это только возможно, и опуская свободную руку на мое бедро – в правой руке он зажимает кожаные поводья.

Я выпрямляюсь, словно тростинка.

Волнение пожирает меня изнутри, не позволяя думать ни о чем, кроме его тела, соприкасающегося со мной.

– Только не надо делиться со мной своими чувствами сейчас, малахитница, – шепчет мне на ухо Николай.

Я пытаюсь унять свое бешено бьющееся сердце. Похоже, что даже конь это ощущает, он встревоженно фыркает и прядает ушами.

Лошадь делает несколько шагов, и я вцепляюсь в седло со всей силой. Чувствую себя жутко неловко, а еще – неудобно.

– Нам… обязательно ночевать в королевском дворце? – срывается с моих губ хоть что-то, лишь бы разбавить это интенсивное молчание.

Я поздно понимаю, что это могло прозвучать как просьба увести меня на ночевку, куда ему угодно.

– А где бы ты хотела переночевать? – спрашивает он низким, пробивающим до дрожи голосом, и мои щеки воспламеняются.

Читать фрагменты других книг

Формула любви: цветок дракона

Мия Флор

(0)

1

2

1

2

1

2

1

2

Каменная кровь 2

Каменная кровь 2