Страницаиз6
Книжный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
«…тьма скапливается везде, где собираются люди»
Блейк Крауч «Город в нигде»
«В каждом человеке идет борьба, очень похожая на борьбу двух волков. Один волк представляет зло: зависть, ревность, сожаление, эгоизм, амбиции, ложь. Другой волк представляет добро: мир, любовь, надежду, истину, доброту. И всегда побеждает тот волк, которого лучше кормишь».
Притча
Пролог
Тьма кипела. Тени скользили, переплетаясь в ней, как клубок ядовитых змей. В самой глубине просыпалось нечто огромное и темное, протягивая свои черные нити. Оно поглощало еще больше тьмы из внешнего мира, разрасталось и пульсировало, ощущая, что приходит время вырваться. Оно ждало этого слишком долго, с тех пор как был нарушен Баланс. Не сейчас, но скоро. Ведь настал переломный момент – сегодня родился Он. Тот, кто станет погибелью для них или погибелью для человечества.
Кейтлин Лэнгли уже и не помнила, какую по счету сменила школу. Она легко запоминала имена одноклассников и учителей, но также легко их и забывала. Перестала пытаться заводить друзей, исчезая из жизни окружающих так же легко, как их имена стирались из памяти. Однако череда новых лиц должна была подойти к концу – последний год в школе и поступление в университет, чтобы, наконец, осесть в одном месте. Кейт не жаловалась, ведь другим порой за всю жизнь не удавалось вырваться из маленьких удушливых городков, в которых они родились, а она за свои восемнадцать лет исколесила добрую четверть страны.
Джон Ричтард проводил для нее экскурсию, водя по корпусам и школьному двору. Запомнить расположение огромного количества кабинетов и лабиринты коридоров за один день Кейт даже не пыталась, поэтому просто глазела по сторонам и слушала рассказы Джона о его первых днях. Школа Бэл-Рока была огромной. Строгие здания отличались лишь оттенком каменных стен, и только яркие плакаты, зазывающие на различные внешкольные занятия, вносили разнообразие.
Кейт с интересом разглядывала учеников, с большинством из которых, скорее всего, даже не успеет познакомиться – оставалось каких-то шесть месяцев до окончания. Они спустились по широким ступеням, ведущим от главных ворот к широкому двору, покрытому такой ровной травой, что походила на искусственное покрытие. В хаотичном порядке по двору были расставлены длинные деревянные столы, за которыми ученики могли заниматься, общаться или поглощать свой ланч. Сейчас учеников было не много, некоторые прогуливались по территории, уставившись в учебники, некоторые примостились за столами.
– А это кто? – Кейт привлекли внимание три парня, сидящие за одним из столов.
Точнее двое сидели, а третий лежал на одной из лавок. Его правая рука покоилась на груди, а левая, свесившись лениво, то открывала, то закрывала крышку зажигалки. Свет, попадавший на металлическую поверхность, вспыхивал в такт движениям руки. Эти короткие отрывистые вспышки и тихие щелчки заворожили Кейт.
Джон бросил взгляд на парней, но ответил только когда они отошли на некоторое расстояние.
– Это Тройка Бэл-Рока, – Джон перекинул лямку рюкзака на другое плечо. – Они… в центре всего и отдельно ото всех.
Кейт недоуменно посмотрела на Джона.
– Блондин – Ган Таур. Если на завтрак он решит купить школу, то к обеду она уже будет Школа Таура. Парень с деньгами. Рыжий – Адам Моррисон. Первый во всем, что касается учебы. Парень с мозгами. Змей… – Джон бросил взгляд в сторону троицы, будто боялся, что они могут услышать и сказал чуть тише. – Мейсон Рикс. Он первый в двух вещах – бейсбол и количество приводов в полицию. Парень с кулаками. Кажется, что они всегда вместе, даже если по отдельности.
– Что-то они не похожи на людей, которые крутятся в одной компании, – Кейт невзначай оглянулась через плечо, но одернула себя – ей-то какое до этого дело.
– А почему ты назвал одного из них «змей»?
– Все его так зовут, кажется, ему подходит, – пожал плечами Джон.
Они сошли с сочной травы на бетонное покрытие и направились к корпусу администрации, где Кейт должны были вручить расписание уроков. На сегодня это было последним пунктом в делах, а с завтрашнего дня начинался полноценный учебный процесс.
«Последний год в школе, – довольно подумала Кейт, заходя домой, – первый шаг к новой жизни». Она даже не представляла, насколько была права.
Когда твой отец – специалист высшего разряда и его фамилия известна далеко за пределами родного города, ты сталкиваешься с двумя вещами: гордость за своего родителя и одиночество подростка.
Лэнгли-старший мог днями, а то и неделями, отсутствовать дома. Погрузившись в очередной проект, он жил на стройке, боясь оставить свое «детище» без присмотра. Поэтому Кейт довольно рано научилась заботиться о себе. Общение с отцом сводилось к телефонным звонкам и редким сообщениям. Но девушку это вполне устраивало.
Стандартный вечер – разогреть нехитрый ужин, вторая порция которого, приготовленная для отца, скорее всего, отправится обратно в холодильник. Он всегда планировал вернуться вечером домой, но зачастую так и не возвращался. Немного времени перед телевизором или за книгой, уроки и сон. Сегодня она планировала отправиться в постель пораньше, желая хорошенько выспаться перед новым днем.
Однако Кейт спала тревожно. Первый день оказался насыщенным, и слишком много новой информации пыталось уложиться в голове. Во сне она то плутала по коридорам школы, то проваливалась в темноту, то оказывалась в школьном дворе и, как завороженная, следила за ленивыми размеренными движениями руки Рикса. Потом Кейт перевела взгляд на его лицо и, встретившись с черными как уголь глазами, резко проснулась.
Кейт не нашла Джона на школьном дворе и с грустью осознала, что придется самой искать класс географии. Хорошо, что до урока было ещё добрых сорок минут.
Идя по центральному коридору первого этажа, она рассматривала витрины с школьными наградами. Как и говорил Джон, главной звездой здесь был Адам Моррисон. Его имя можно было увидеть на каждой второй награде. Везде, кроме спортивной секции. Рыжеволосый, невысокий, в очках с тонкой оправой и правильными чертами лица, он вовсе не выглядел книжным червем. Только взгляд немного отсутствующий – видимо решал в уме какую-то сложную теорему, даже когда его фотографировали для доски почета.
Она перешла к следующему стеллажу. В Бэл-Роке уважали два вида спорта: плаванье и бейсбол. Тут было множество фотографий команд школы. Некоторые были постановочными, где ребята стояли как по струнке, подтянутые, улыбаясь точно в камеру. Некоторые сняты во время соревнований и тренировок. На них можно было увидеть всю палитру эмоций: ликование победителя, напряжение на финише и боль отстающего. Эти фотографии были живыми, яркими, хоть порой и не такими четкими.
Взгляд Кейт как магнитом притянуло фото одного из бейсболистов. Короткая стрижка, ухмылка и острый взгляд. Мейсон Рикс. Фотография была черно-белой, но Кейт могла поклясться, что у него были угольно-черные глаза, а в руках поблескивала зажигалка.
На урок она пришла вовремя. Процедура знакомства с новенькими никогда не была приятной, но в этот раз было ещё хуже. Учитель, молодая громкоголосая мисс Джонос, превратила ее в очень длинное мероприятие, во время которого на нее пялилось двадцать пар глаз. Она задавала кучу вопросов о семье, прошлой школе и увлечениях Кейт, а та пыталась отвечать как можно быстрее и короче.
Наконец заняв свое место, она бросила рюкзак к ножке стола и с облегчением вздохнула.
В кармане завибрировал телефон:
«Проспал. Ты нашла класс?»
«Да. Когда придешь?»
«На химию».
Это был Джон. Кейт была очень рада, узнав, что друг тоже учится в школе Бэл-Рока. Он перевелся за год до Кейт и уже успел хорошенько освоиться. Они много общались в старой школе до того, как отец Джона получил повышение, и их семья переехала в Мэн. У них даже совпадало шесть предметов из десяти, а значит, Кейт не придется часто оставаться одной на новом месте. Быть новенькой всегда тяжело, даже если бывала ею не раз.
Отложив телефон, она сосредоточила свой взгляд на карте Штатов, мысленно отмечая крестиком те, в которых уже побывала.
«Это будет последний», – пообещала она себе.
На химию Кейт опоздала. Кабинет оказался в конце узкого коридора за очередным огромным шкафом-стендом, в котором организовали выставку старинного лабораторного оборудования, и девушка увлеклась его изучением. Опоздать в первый день было еще хуже, чем пройти через официальное знакомство. Кейт сделала самое виноватое лицо, на которое была способна, и заглянула в класс.
Кабинет был разделен на две части пластиковой перегородкой. В одной части находились учебные парты, а другая была отведена для лабораторных работ и обставлена самым лучшим оборудованием, блестевшим стерильным пластиком и отполированным металлом. Кейт чуть не присвистнула от увиденного. В прошлой школе ученикам приходилась смотреть в один микроскоп по очереди, а пробирки были мутные от сотен прошедших в них химических реакций. Школа Бэл-Рока же не скупилась – ее ученики не раз побеждали на крупных выставках и ездили со своими научными работами на международные конференции.
– Простите за опоздание. Я ещё плохо ориентируюсь. Я – Кейт Лэнгли.
Учитель был седой, низенький и щуплый. Ловким движением он поправил очки и, заглянув в список учеников, легким кивком головы пригласил ее зайти. Выбрав свободное место как раз рядом с Джоном, Кейт легко толкнула его в плечо, давая понять, как на него зла. Джон сделал виноватое лицо, и выглядело это весьма забавно: друг напоминал бассет-хаунда.
Девушка вполуха слушала речь учителя о новых достижениях школы и рассматривала одноклассников. Многих из них она уже видела на предыдущем уроке, хоть и не запомнила имен. А вот во втором ряду сидели Адам Моррисон и Ган Таур. Парень с мозгами читал книгу, то и дело, смахивая падающую на глаза непослушную челку, а Парень с деньгами строчил смс и периодически показывал экран соседу. Несмотря на то, что ребята были одеты одинаково – свитера и брюки – впечатление производили разное. Если у Адама свитер сидел мешковато, рукава были подняты на разный уровень, а туфли в пыли, то у Гана, казалось, даже складки на одежде были именно там, где должны были, а туфли блестели, как будто парень ходил, не касаясь земли.
«Что объединяет таких непохожих ребят? Общие интересы? Общие тайны? Может наркотики? Отсюда и успехи Моррисона в учебе, а Рикса – в спорте. Ну а богатые мальчики еще и не таким любят баловаться», – размышляла Кейт, уже успев перерисовать в тетрадь все формулы с доски и опять поглядывая на ребят.
– Кейт. Эй, Лэнгли! – Джон видимо не в первый раз окликала его, – звонок уже. Пошли есть. Умираю с голоду.
