Страницаиз7
СкороКнижный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
CHASERS by The Chicken House, 2 Palmer Street, Frome, Somerset, BA11 1 DS.
Text © Emma Carroll, 2018
From an original idea by Stephen Neal Jackson
© The Big idea Competition Limited The Author has asserted her moral rights. All rights reserved
© Денисова П. В., перевод на русский язык, 2018
© Издание на русском языке, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2019
Представьте себе мир мечтателей до того, как человек научился летать… Как они догадались, что для этого нужно? Книга, вдохновленная идеей Нила Джексона и самой историей! Эмма Кэрролл творчески пересказывает хронологию появления первого воздушного шара. Скучать вам не придется, неожиданностей здесь предостаточно: приключения, шелковые сорочки, белоснежная овечка, Мария-Антуанетта, шпионы… ах да, и находчивая, умная девочка, которой есть что скрывать. «Небесные преследователи» поведают вам свою историю с таким искренним энтузиазмом, что полеты вам покажутся настоящим волшебством! Держитесь покрепче, ребята, и приготовьтесь к взлету!
Посвящается всем, чьи имена не вошли в книги по истории
Я дожидаюсь полуночи. С последним ударом церковных часов я пускаюсь бежать по мостовой, едва касаясь булыжника загрубевшими пятками. Анноне уже затих, засыпая: жители задвинули ставни, потушили свечи. Городок сопит, погружаясь в дремоту. А мне только того и нужно: я наконец осталась наедине со звездами, и впереди маячит обещание награды за мои труды. Эта часть города с темными и извилистыми, как звериные лазы, улочками зовется Гнездом. Приличные, законопослушные граждане сюда не заглядывают. Да и вам бы не захотелось. Я-то темноты не боюсь: когда промышляешь воровством, дневной свет куда опаснее.
Однако сегодня, должна признаться, нервишки у меня пошаливают: я вся вспотела, хотя стоит холодная мартовская ночь. А все потому, что меня почти против воли впутали в одно дельце. Так называемый клиент подсторожил меня в сумерках у кафе «Крылышки».
– Это ты Сорока? – с места в карьер спросила женщина. Она оглядела меня с ног до головы своими странными бледными глазами, словно у пастушьей собаки.
Подбоченившись, я уставилась на нее в ответ.
Интересно, что она подумала обо мне… о девчонке, слишком смуглой для этих краев?
– А что? Вы-то сами кто будете?
Нельзя доверять незнакомцам, которые называют вас по имени.
– Меня зовут миссис Делакруа. Мне сказали, что я найду тебя здесь. Тебя и эту твою… птицу.
Она имела в виду Коко, моего ручного петуха. Сейчас он – как и всегда, впрочем, – сидел в сумке, которую я специально смастерила для него и носила через плечо.
– А еще мне сказали, что ты лучшая воровка на многие мили вокруг. Если это правда, то я с радостью предложу тебе небольшой заказ.
Не поймите меня неправильно: я не закоренелая преступница. Я никого не убивала, лошадей не крала. Я – карманница, пальцевых дел мастерица. То горбуху хлеба стяну, то пару монет, просто чтобы нам с Коко не умереть от голода. Я забираю у богатеев то, что они по глупости оставляют на виду, так что в каком-то смысле это даже урок, а не преступление. Я работаю в одиночестве и заказов не беру. Так проще.
Однако ей, этой миссис Делакруа, страшно хотелось, чтобы я принесла ей ларчик из дома на Рю-де-Сантим. В своем простом черном платье она выглядела вполне прилично, почти как гувернантка или монахиня. Интересно, подумала я, почему она сама не может пойти и забрать этот ларчик?
– Простите, миссис, но я на заказ не работаю.
Судя по всему, ответ ее не обрадовал. От ее пронзительного взгляда у меня по телу побежали мурашки. Я решила, что доверять миссис Делакруа не стоит, и уже развернулась уходить.
– У меня хитростью отобрали то, что принадлежит мне по праву. И мне нужно вернуть содержимое этого ларца, – чуть ли не с мольбой в голосе объяснила она. – Прошу, не отказывай сразу. Подумай над моим предложением.
И что бы вы думали? Она раскрыла ладонь (кстати, на ней были перчатки – дорогие, ладные, из хорошей кожи), и я увидела у нее в руке пять золотых. ПЯТЬ!
Естественно, я тут же передумала.
– Ладно, – ответила я быстро. – По рукам.
Она бросила взгляд на Коко:
– Но птицу с собой не бери. Еще поднимет шум.
– Нет, миссис, он будет сидеть тихо.
И я не врала: с тех пор как я спасла его с арены петушиных боев несколько месяцев тому назад, Коко по большей части спал, ел червей и отращивал новые блестящие перышки взамен выщипанных. Я ни разу не слышала, чтобы он кукарекал.
– Птицу не бери, – повторила миссис Делакруа.
Мне не хотелось его оставлять. Но и лишаться пяти золотых тоже было неохота.
И вот теперь я направляюсь к реке, как и приказала мне миссис Делакруа. Я оставила Коко под забором недалеко от места, куда я должна буду принести ларец. В глубине души я даже рада: завтра утром, представьте себе, я смогу заплатить за свой завтрак. Может, даже куплю себе пирог с каштанами в дорогущей пекарне «У Ланселота», что на Рю-Антуан!
Однако я все еще нервничаю. Ладони совсем взмокли. Теперь меня охватывают сомнения насчет пяти золотых. Видимо, работа предстоит серьезнее, чем я думала: иначе почему миссис Делакруа стала бы платить мне такую заоблачную сумму?
Перемахнув через мост, я до глаз натягиваю на лицо шарф. Делаю глубокий вдох. Сегодня ночью так холодно… льдистым светом поблескивают звезды, а небо темное, точно бархат. Чистое небо – хорошая примета. Пора отбросить ненужные мысли и сосредоточиться.
Как увидишь лестницу – поднимайся, сказала миссис Делакруа.
Я насчитываю шестьдесят ступеней и оказываюсь на дороге. Она резко сворачивает налево и выравнивается. Я останавливаюсь перевести дух. И прислушаться. Надо убедиться, что за мной не следят.
Снова пустившись в путь, я начинаю различать во тьме дома. Здесь они больше, величественнее, чем на привычных мне улицах. Подъездные дорожки для повозок, розовые кусты, ворота… И вот я у цели. Дом не больше и не меньше остальных на этой улице. Честно говоря, даже удивительно, каким обычным он выглядит. Судя по всему, тут живет семья. Хотя мне-то какое до этого дело. Лучше не знать, кого грабишь: так совесть не мучит.
Притаившись за воротами, я осторожно осматриваюсь. Как зайти внутрь? Как выйти? Есть ли собаки? Стража? Все ли в доме спят?
Оценив обстановку, я шмыгаю внутрь. Длинная дорожка засыпана гравием, так что приходится передвигаться медленно и на цыпочках. Но вот наконец я у дома. Стоит тишина. Там, где не задвинули ставни, окна поблескивают чернотой. Света нет. Пара шагов – и я оказываюсь у боковой двери. Видимо, сюда-то мне и надо. А вот и куст розмарина, о котором упоминала миссис Делакруа. Что ни говори, а инструкции она дает что надо. Под этим кустом очень удобно притаиться и наблюдать за дверью.
Но не успеваю я сделать к нему шаг, как боковая дверь приоткрывается. Я замираю. Mais non, о таком меня не предупреждали!
– Давай быстрей, Вольтер, – говорит мальчик, выталкивая какое-то животное наружу. – Делай свои дела, а я пока закрою ставни. Хорошо? Не копайся там!
Собака. Сейчас на улицу выпустят собаку. Не теряя ни секунды, я бросаюсь на землю.
В дверном проеме стоит мальчик.
– Что такое, приятель? Что ты там увидел? В саду кто-то есть?
Я лежу, не шевелясь. Халтуришь, Сорока, говорю я себе, снова ощущая нервную дрожь. Не успела забраться внутрь, а тебя уже заметили.
Однако собака не лает и не рычит. Она… квакает. Правда-правда. От изумления мне хочется расхохотаться. Сдержаться сложно: даже ущипнув себя за нос, я все равно едва не фыркаю.
– Что ты там нашел, Вольтер? – снова спрашивает мальчик.
Этот Вольтер — утка. Настоящая, живая утка. Да еще какая красивая! Знаете, такие с белоснежным оперением… на вертеле получаются просто объедение. Сам мальчишка тоже не промах: крепкий, на вид здоровый, лицо честное, темные волосы собраны в хвост. И я снова удивляюсь странному заказу: чем же эта семья так насолила миссис Делакруа? Видимо, сильно ее обидели, раз она наняла воришку.
Я лежу, уткнувшись лицом в грязь, и жду. Мальчик с уткой ушли обратно в дом. Я считаю до пятидесяти, делаю глубокий вдох и ползу к двери. Она заперта, и ключа нет. Но это меня не останавливает: старой шпильки и немного внимания достаточно, чтобы дверь со щелчком распахнулась.
За дверью в глубь дома ведет коридор. Я прохожу внутрь. Гладкие каменные плиты греют мне ноги. Я прохожу сквозь кухню. Тут пахнет едой – мясом, чесноком… У меня текут слюни, но я стараюсь не отвлекаться. Если получится, захвачу еды на обратном пути.
Вверх по лестнице, сказала миссис Делакруа. На верхнем этаже. Иди в кабинет на чердаке.
Поднявшись по лестничному пролету, я выхожу в застланный ковром и освещенный свечами коридор. Похоже, он тянется по всей длине дома. Вот ведь незадача: хотя все двери заперты, из-под некоторых льется свет. Я слышу покашливание и тихие голоса. Значит, в доме еще не спят. Так себе ситуация. Сердце начинает колотиться у меня в груди. Медлить нельзя.
В конце коридора я вижу еще одну лестницу: она-то мне и нужна. Узкие крутые ступени ведут вверх, на чердак. Как хорошо, что я нашла дорогу. Свет свечей сюда не доходит, да и голоса тоже. Тут тихо. В густой, как масло, темноте я на ощупь пробираюсь вверх.
За лестницей лишь одна дверь. Одна комната. Даже во тьме тишина здесь кажется иной: плотной, приглушенной, словно за стеной из книг. Я чувствую запах кожи, сальных свечей и чернил. Под ногами похрустывает бумага. Должно быть, это и есть кабинет.
Ларчик, сказала миссис Делакруа. Обтянутый красной кожей с золотым узором. Замок спереди. А на крышке инициалы: Ж. М.
Сейчас эти сведения совершенно бесполезны: здесь так темно, что я не вижу и собственного носа. А читать я и вовсе не умею, так что инициалы придется угадывать.
Выставив вперед руки, я медленно пробираюсь в глубь комнаты. Где же этот ларчик? Меня уже охватывает отчаяние, как внезапно я натыкаюсь пальцем ноги на что-то твердое. От боли у меня вырывается крик – долгое беззвучное Аааааа!! Я прыгаю на одной ноге, потирая другую рукой.
И тут до меня доходит: это ведь и есть ларчик! Это на него я налетела в темноте. Опустившись на четвереньки, я как следует его ощупываю. Так и есть, обтянутый кожей, спереди замок. Прямо как и говорила миссис Делакруа. Я расплываюсь в улыбке. Нашла!
Однако времени ликовать у меня нет. Нужно унести этот ящик наружу. Не сказать, чтобы он был тяжелым, но очень уж неудобно его держать. Повсюду острые углы, да еще и такой громоздкий, что в бедро не упрешь. Однако удача была на моей стороне, и путь вниз оказался быстрым и тихим.
Оказавшись на первом этаже, я пустилась бежать, на одном дыхании промчалась через кухню. Как только получу свои пять монет, куплю целую коробку пирогов с каштанами у Ланселота, вот увидите!
Осталось совсем чуть-чуть. Я уже у самой двери и даже чувствую ледяной сквозняк, задувающий снаружи. Осталось только спуститься с крыльца, завернуть за угол и…
Я останавливаюсь как вкопанная.
Стоя ко мне спиной, мальчик с уткой рассматривают дверь.
– Но я ведь ее запирал, как сейчас помню, – говорит мальчик. – Как хорошо, что тебе опять нужно облегчиться, Вольтер. А то бы дверь так и осталась незапертой всю ночь!
Он что-то подозревает. А я нервничаю. Он не должен меня увидеть. Замахнувшись кулаком, я сбиваю фонарик над головой. Он с громким звоном ударяется об пол. Забрызганный осколками коридор погружается во тьму.
– Стой на месте! Не двигайся!
Судя по голосу, мальчик напуган не меньше меня.
Я лечу в сторону двери и врезаюсь в него, сбивая с ног.
– Не уйдешь! – вскрикивает мальчик.
И вот он хватается за противоположный край ларца. Я обхватываю ящик руками и тяну на себя.
– Пусти! – громким шепотом приказываю я.
– Это ты пусти!
Он дергает ларчик, и я дергаю в два раза сильнее.
Раздается хруст, потом треньканье, и замок на крышке распахивается. Ларчик кренится, и на пол льется целый водопад бумаг. Я бормочу проклятия. Принеси мне все и не открывай замок, приказала миссис Делакруа.
Ну что ж, ей придется довольствоваться тем, что есть. Выпуская из рук ларчик, я хватаю охапки бумаг и пихаю их под одежду.
– Нет, тебе нельзя! – кричит мальчик, по звукам догадавшись, чем я занята. – Они нам нужны! Это важно!
Но ведь не уходить ж с пустыми руками: мне нужны доказательства, что я побывала в доме. Особенно если я хочу, чтобы мне заплатили.
– Тебе нельзя их забирать, – умоляет мальчик. – Пожалуйста, не надо.
Навстречу нам по коридору движется фигура со свечой в руке.
– Что тут за шум?
Я кидаюсь к двери. Не хочу засиживаться в гостях, особенно у людей, которых я только что обворовала. В моей голове бьется единственная мысль: бежать, бежать, бежать.
