Читать фрагменты других книг
Александр Родригес-Фернандес, А. С. Шахов, К. А. Белоусова, В. Н. Горшков
4
(4)
Страницаиз8
СкороКнижный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Александр Родригес-Фернандес, А. С. Шахов, К. А. Белоусова, В. Н. Горшков
4
(4)В оформлении использованы фотографии Вадима Конрадта, а также фото из личного архива автора
Защиту интеллектуальной собственности и прав издательской группы «Амфора» осуществляет юридическая компания «Усков и Партнеры»
© Троицкий А., 2007
© Оформление. ЗАО ТИД «Амфора», 2009
Почти вся эта книга (за исключением последней главы и сентиментальных довесков) была написана ровно двадцать лет тому назад. Тогда же и вышла впервые, в городе Лондоне. Я всегда презирал помпу вокруг юбилеев и считал (да и сейчас считаю), что нули начинают праздновать тогда, когда больше заняться уже нечем… И с этим переизданием круглая дата подвернулась нечаянно – просто так вышло.
Более серьезный вопрос: стоило ли мне «апдейтить» книгу? То есть дотянуть летопись рок-н-ролла на здешней части суши до нулевых годов текущего века? С одной стороны, это было бы логично; к тому же многие меня об этом просили. С другой – это нарушило бы единство книги и покорежило бы ее атмосферу. И дело тут не только в «единстве места» – хотя я действительно очень смутно представляю себе, что сейчас происходит в рок-музыке балтийских стран или в Закавказье. Главное – это позиция и отношение (то, что называется английским словом attitude) самого автора, то есть меня. Перечитав сейчас книгу – впервые, кстати, с 1990 года, – я поймал себя на шокирующем ощущении: множество событий, названий, имен того времени я напрочь ЗАБЫЛ! Поверьте, это не амнезия и не алкоголь с наркотиками. Просто большая часть книги написана по горячим следам и под воздействием сиюминутных впечатлений, многие из которых на фиг выветрились по причине их ненужности или «неглубокости». Строго говоря, эта книга, кроме первых двух «доисторических» глав, – суть показания свидетеля-очевидца, который БЫЛ ТАМ, а кое-что и собственноручно делал. Именно это, а не попытки анализа и осмысления, – самое ценное и интересное в тексте. И – заметьте! – как раз этого текст был бы начисто лишен, возьмись я за бытописание «русского рока» девяностых-нулевых. Когда меня уже там практически не было и посматривал я на происходящее со стороны и с непроизвольной тоской…
Короче, нравится вам это или нет, но я решил соблюсти стиль и не приращивать холодное к горячему и «типа помер» к «типа жив». Примерно по этой же причине (а не от лени, мать ее…) я не стал вносить никаких поправок и дополнений в оригинальный текст – хотя многие тамошние рассуждения видятся мне сейчас довольно наивными, если не сказать глуповатыми. Наверное, аналитическая ценность сочинения от этого снизилась. Зато достоверность возросла, и новое русское издание «Back in the USSR» (я рад, что вернулось это название, хотя изначально труд именовался и вовсе по-третьему: «Tell Tchaikovsky the News…») можно будет рассматривать не только и не столько как исторический справочник, сколько как ДОКУМЕНТ определенной эпохи. За искренность и неподдельность которого я ручаюсь.
Ну все, поехали – назад в СССР…
Некоторые называют музыку интернациональным языком, а Уильям Барроуз считал её вирусом из космоса. Возможно, оба утверждения верны. Дьявольский вирус под названием рок-музыка, не знающий границ, заразил миллионы людей, заставляя их дрожать, потеть и вопить. На последнем пленуме Союза советских писателей некоторые из наших литературных корифеев сравнили рок-музыку со СПИДом: по их словам, она оказывает столь же деморализующий и деструктивный эффект на умы нашей молодежи. Да… но противоядие до сих пор не найдено, так что местные эксперты погрузились в продолжительные эксперименты с различными решительными контрмерами. Перед вами хроника удивительной эпидемии, которая сотрясала СССР в последние тридцать лет и по-прежнему требует новых жертв.
В некотором смысле эта книга занимает особое положение среди литературы о рок-музыке: слишком маленькое, ничтожное количество западных читателей когда-либо видели героев этой книги или слышали музыку, о которой здесь говорится. Так что все это может оказаться чистым вымыслом. (Однажды мне попался рок-журнал из Горького с информацией о дюжине местных групп с интересными названиями и интригующими идеями, но когда я позже приехал в этот город, оказалось, что данная публикация была всего лишь фантазией скучающих диск-жокеев, выдававших желаемое за действительное.) В свой труд я попытался привнести вкус реальности, не ограничиваясь простым перечислением групп, событий, персонажей и названий песен. Практически все, что описано здесь, базируется на личном опыте тех, кто делал историю советского рока. Это книга личных суждений, моих и моих друзей, и я предоставил место каждому мнению. Из-за такого личностного подхода, возможно, последние главы читаются как автобиография, но в моих жизненных приключениях я пытался не упустить ни одно важное событие или интересный характер, и поскольку наша рок-жизнь течет сравнительно небыстро и концентрированно, это не такая уж невыполнимая задача. Разумеется, все мои высказывания крайне субъективны, и я уверен, что некоторые персонажи этой книги будут обижены, что я уделил им и их группам меньше места, чем другим, возможно, менее известным музыкантам. Все, что я могу сказать в свою защиту, – я избегал стандартных суждений и не придерживался линии, рекомендованной Министерством культуры или кем-либо еще.
Эта книга не энциклопедическая и даже не аналитическая. Возможно, вскоре будут написаны более фундаментальные работы (возможно, даже мной), но это самая первая книга о советском роке – я имею в виду, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО первая, потому что таких книг до сих пор в России не было. Я надеюсь, что здесь нет ни преувеличений, ни приукрашиваний, нет упора на сенсационность или скандальность. Мне эта работа представляется критическим реализмом, одновременно странным, противоречивым и травматичным. А больше всего я надеюсь, что книга разбудит в ком-то из вас интерес к этому необычному, тайному феномену – советской рок-музыке… и вы захотите послушать ее, захотите понять ее и, возможно, полюбите наш рок, как мы любим ваш.
«Если у широкого и хаотичного явления, каким была советская рок-культура, был центр, то им являлся Арт Троицкий… Он исключительно подходил для рассказа об истории советского рока, потому что многие события русской рок-музыки произошли именно благодаря ему», – так написал известный журналист и писатель Мартин Уокер, московский корреспондент «The Guardian», в своем предисловии к «Back in the USSR», первому подробному рассказу об истории и развитии рок-музыки в Советском Союзе на протяжении последних двадцати пяти лет. Но эта книга – не просто яркий и живой отчет о тяготах и испытаниях русских музыкантов за эти годы; она также включает глубокий анализ доселе не описанной социальной революции, которая понемногу зрела среди советской молодежи со времени окончания Второй мировой войны.
Как и Запад, Россия стала свидетелем множества молодежных движений, которые постоянно ставили в тупик советскую бюрократию. Эволюция живой молодежной культуры и ответные перемены сурового режима впервые отражены здесь сквозь призму рок-музыки.
Эта книга показывает, что у истории есть не единственный путь… отличное чтение.
Идея этой книги впервые посетила меня, когда я прочел статью Арта Троицкого в «Гардиан» весной 1986‑го. Когда позже я узнал, что Арт был одним из организаторов московского благотворительного рок-концерта в помощь жертвам чернобыльской трагедии, я понял, что нашел правильного человека для этого уникального проекта. Последовал активный обмен письмами, кульминацией которого стала встреча с участием ВААП, советского агентства по авторским правам, на Франкфуртской книжной ярмарке осенью того же года. Я выражаю благодарность Александру П. Рункову за любезность в процессе этой встречи, а также Мартину Уокеру, Эндрю Кингу, Питеру Нэсмиту и Крису Алену за их помощь и поддержку.
Одной из самых замечательных вещей, которые случились со мной, когда я прибыл в Москву в 1984‑м на открытие корпункта «The Guardian», была встреча с Артом Троицким. Думаю, она была предопределена. Я как раз искал того, кто смог бы рассказать мне о советской рок-музыке и познакомить с культурным андеграундом, и Арт оказался самым подходящим человеком. Если у широкого и хаотичного явления, каким была советская рок-культура, существовал центр, то им являлся Арт Троицкий. Частично это произошло благодаря его статьям о рок-культуре, выделяющимся в советской прессе остроумием и осведомленностью. Частично потому, что он на самом деле знал все группы и всех музыкантов, и они доверяли ему до такой степени, что, когда наконец открылась Московская рок-лаборатория, Арт был избран в ее правление в качестве представителя музыкантов.
Связи Арта простираются по всей стране. В маленькой республике Грузия, притулившейся между Черным морем и горами Кавказа, Арт посоветовал мне разыскать его друзей из группы под названием «Блиц». Это было похоже на машину времени, вернувшую меня во времена «Битлз». В первом отделении музыканты вышли в пиджаках и с прическами как у «Битлз» и сыграли их ранние вещи. Во втором отделении они появились в нарядах, какие были у битлов на обложке «Сержанта Пеппера», и исполнили их психоделические вещи.
На побережье Балтики именно Арт провел меня по причудливому богемному миру субкультуры художников и андеграундных музыкантов Риги, с панковской свадьбой и показом альтернативной моды, с причудливыми экспериментами в электронном звучании, которые напомнили мне культовый клуб «UFO» Лондона шестидесятых. В Таллине знакомство с Артом послужило мне пропуском в подпольные видеодискотеки. В Ленинграде благодаря Арту я познакомился с эксцентричным талантом Сергея Курехина из «Популярной механики», который устраивал представления с живыми призраками и полумертвыми музыкантами.
В Москве, в какой альтернативный театр ни зайди, Арт отвечал там за музыку. Когда провозглашенная Горбачевым glasnost позволила абстракционистам и концептуалистам организовывать выставки, именно Арт сообщал мне об этих мероприятиях и объяснял, кто есть кто, а также переводил мне своеобразные шутки, благодаря которым только и можно почувствовать себя местным. Он исключительно подходил на роль летописца советского рока, потому что многие события русской рок-музыки произошли благодаря ему.
Но это не просто отдельная история маленькой части советской поп-культуры. Эта книга – первая попытка советского автора проанализировать социальную революцию, которая медленно зрела в СССР с момента окончания Второй мировой войны. Это описание и интерпретация ряда пересекающихся пластов молодежной культуры, каждый из которых по-своему вторгался в суровый и подчас жестокий монолит советского коммунистического государства.
Эта книга могла быть написана только сейчас, и только сейчас она может быть легально опубликована на Западе, потому что успешная социальная революция теперь идет под руководством Кремля. Он освободился от старых демонов сталинизма, хорошо образован, мыслит реформистски и уже не боится будущего, которое представляет его все более напористая молодежь. И с благословения главы Кремля огромная государственная машина потихоньку начинает шевелиться и учится быть терпимой.
Это заключено в самой человеческой природе, и ничего удивительного, что Советский Союз двигается к собственной версии того социального устройства, которое в свое время рок-музыка помогла катализировать на Западе, – разрыв поколений, взрывной характер молодежной культуры и молодежного рынка, рок как энергия сопротивления, рок как символ и глашатай перемен. Но эта книга также является первым шансом для Запада осмыслить механизм этих процессов извне и с советской точки зрения.
То, что советский взгляд может быть таким близким и понятным на Западе, происходит благодаря глобализации. Десятилетиями советское правительство пыталось удержать своих граждан за культурным железным занавесом. Западные радиостанции глушились. Западная музыка была запрещена, а пластинки конфисковывались. Но музыка и информация все равно просачивались сквозь преграды. Границы всегда были слишком хрупкими барьерами для идей, а в наши дни они не могут сдержать распространение глобальной культуры по электронным каналам. В Советской Эстонии можно смотреть финское телевидение, передатчик которого находится через шестьдесят миль по морю, которое разделяет эти страны. В Восточной Германии и Чехословакии можно принимать западногерманское телевидение и записывать передачи или музыку на видео и посылать в самое сердце СССР.
Процесс начался с радио и магнитофонных кассет. Возможность перезаписи превратила их в целую подпольную индустрию. Творчески настроенное поколение советской молодежи выросло вместе с западным роком, а новое поколение растет на видеоклипах. Советская рок-музыка, которую теперь мы имеем возможность слушать, и эта книга Арта Троицкого служат доказательством, что работают оба пути через границу, что русские могут дать нам так же много, как мы когда-то дали им.
