Александра Глазкина, Виктория Данген, Евгения Бугаро-Карпентер, Ольга Слауцкая, Рената Роз, Виктор Зорин, Арина Остромина, Александра Искварина, Ольга Лисенкова, Анна Платунова, Ольга Макарова
4,2
(13)
Страницаиз4
Книжный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Александра Глазкина, Виктория Данген, Евгения Бугаро-Карпентер, Ольга Слауцкая, Рената Роз, Виктор Зорин, Арина Остромина, Александра Искварина, Ольга Лисенкова, Анна Платунова, Ольга Макарова
4,2
(13)© Анна Сергеевна Платунова, 2016
© Тинн Сулиен, иллюстрации, 2016
ISBN 978-5-4474-2208-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Мир был черно-белым. Белый снег, черные деревья и ограды. Ася шла в школу. Тяжелая сумка с учебниками привычно оттягивала плечо. В прошлом году, когда Ася была в девятом классе, было проще: тогда был рюкзак, но десятикласснице не пристало ходить с рюкзаком, даже если на нем изображены черепа в сердечках. Поэтому сумка.
Сегодня Ася пошла короткой дорогой, через лесок. Зимой, в темноте, здесь было ходить жутко, но сейчас, в марте, светлело рано, и Ася решила срезать. Другая дорога, обходная, была слишком длинной. За ночь снова навалило снега, и так как девушка вышла сегодня из дома рано, редкие прохожие еще не успели протоптать тропинку: по белому полотну тянулась лишь одна цепочка следов: прошел кто-то высокий и длинноногий, чтобы попадать в его следы, Асе приходилось прыгать, как воробышку. Она и напоминала чем-то воробушка: маленькая, тоненькая, из-под шапки выбиваются пушистые светлые волосы.
В школе все как обычно. На последних страницах тетрадей Ася, почти не вслушиваясь в голоса учителей, выводила узоры. На алгебре узоры получались остренькие, как формулы, на литературе – плавные, как стихи.
Дома она, бросив сумку в прихожей, попыталась улизнуть за компьютер, но почти сразу в комнату вошла мама.
– Ася, надо выбросить мусор.
В руке мама держала деревянную лопаточку: готовила что-то на ужин. Из кухни приятно пахло мясным и жареным.
– Не могу.
– Почему? – удивилась мама.
Ася задумалась. Как объяснить, что сапоги мокрые, что на душе скверно, а мир черно-белый? Она не знала.
– Не хочу, – скорректировала она ответ.
– Думаешь, я хочу? – мама посмотрела задумчиво и печально. Уж что-что, а смотреть печально она умела.
Ася, вздохнув, отправилась натягивать мокрые сапоги. Не глядя, цапнула ключи с гвоздика около двери: вернувшись из школы, она повесила их туда, как обычно. Но, к ее удивлению, в руке оказался незнакомый ключ, как будто старинный, с широкими зубчиками, головку ключа украшал выпуклый узор. Ключ был глубокого медного цвета.
– Мам, что за ключ? – спросила Ася вслух.
Мама была слишком занята на кухне, вопрос не услышала. Ася тоже пожала плечами, вернула ключ на гвоздь. Ее ключи висели там же. Девушка мимолетно удивилась, что ключ появился, значит, в последние десять минут, после ее прихода со школы. Но она объяснила это тем, что мама рассеянно повесила его, и тут же выбросила это из головы.
Мусорные контейнеры, как назло, располагались очень далеко от дома. Она шла по весенней каше из песка, соли и снега, размышляя о том, есть ли вообще счастье на свете, или хотя бы лето. Ни в то, ни в другое сейчас не верилось.
Когда она вернулась, дома уже ждал накрытый стол. Мама поцеловала ее примирительно, догадавшись, что Ася, видимо, совершила подвиг, отправившись в это путешествие к мусорным контейнерам, но Ася и не злилась. Съела ужин. Вкусный, наверное.
– Уроки? – с вопросительной интонацией произнесла мама.
Это надо было понимать как «когда ты сядешь за уроки»? Но, прочитав много умных педагогических книг, мама никогда не задавала таких вопросов, считая их давлением на ребенка. Ася мысленно усмехнулась.
– Пятнадцать минут, – в тон ей ответила девушка, и это, естественно, надо было понимать как «пятнадцать минут посижу в интернете и сразу за уроки».
Ася уже было направилась в свою комнату, но тут в уголке сознания всплыло воспоминание о странном ключе. Ключ, в общем-то, Асю не волновал, но он был красивым. И с таким необычным узором. Ася любила узоры. Поэтому она сняла его с гвоздя, где он спокойно висел это время, и унесла в комнату, решив хорошенько рассмотреть под настольной лампой.
Повертев ключ в руках и так и этак, рассмотрев узор и взвесив на ладони, Ася решила, что ключ достоин служить украшением ее сумки. По крайней мере, ближайшую неделю. Сумка стояла в коридоре, идти за ней сейчас было лень, поэтому Ася временно повесила ключ на цепочку, рядом с кулоном, изображающем Angry birds в стразиках, и почти сразу про него забыла, потому что ключ, хотя и выглядел так, словно сделан из меди, был удивительно легким, вес его почти не ощущался.
Вечер, как это всегда бывает в будние дни, наступил так быстро, как будто и не уходил со вчерашнего дня, как будто весь сегодняшний день был мимолетным сном. Ася не переставала этому удивляться: почему о том, что день прошел, понимаешь только вечером, причем непосредственно перед тем, как пора ложиться спать.
Мама зашла в комнату пожелать спокойной ночи, поцеловала. Жаль, прошли те времена, когда мама пела ей песенки на ночь. Ася понимала, что она уже слишком большая, и даже если бы мама предложила сейчас спеть ей любимую некогда песенку про солнышко лесное, она бы с негодованием отвергла это предложение. Но все же, в глубине души, она хотела бы ненадолго вернуть то время. Когда она маленькая. Мама веселая. И папа…
Она оборвала мысль, резко повернувшись на другой бок. Нельзя, нельзя думать про это. Иначе не уснуть всю ночь. «Кто едет, кто мчится под хладную мглой…» – скороговоркой забормотала Ася про себя, применяя излюбленный способ освободиться от ненужных мыслей: пока мысли заняты чем-то другим, например, чтением стихов, ничто постороннее и неприятное в голову не проникнет.
Ася шептала стихи до тех пор, пока глаза не стали закрываться, мысли заплелись в затейливый узор, и девушка заснула.
Проснулась она от того, что сквозь закрытые веки жарко припекало солнце. Удивленная Ася открыла глаза и резким движение села: девушка лежала на траве под деревьями, чьи короткие тени не укрывали ее от стоящего в зените солнца. По небу плыли легкие облачка, душисто пахло травой.
– Где я? – спросила Ася громко. Никто не ответил. Облачка бесстрастно продолжали плыть по небу, деревья шелестеть, солнце светить. Никому не было дела до Аси.
– Как я сюда попала? – спросила она вновь. Ответа не было.
Девушка еще посидела на земле, видимо, считая, что прояви она больше упрямства, неведомая сила, забросившая ее сюда, изволит, наконец, объявиться и дать объяснения. Сила никак себя не проявляла. «Это сон! – решила Ася. – Конечно, сон! Вот я глупая!»
Но сон был чересчур реальным. Ася тронула траву, ее остренькие верхушки приятно кольнули руку. Ущипнула себя за предплечье и даже подскочила: перестаралась. По меньшей мере, одно было ясно: сидеть здесь в ожидании было бесполезно, понятно, что ничего не произойдет. Ася решительно поднялась на ноги.
– Ну, привет, – в ту же секунду произнес голос за ее правым плечом.
Подскочив от неожиданности, Ася робко обернулась, но тут же расслабленно опустила плечи. Сзади стоял мальчишка, ее ровесник, может, чуть старше. Он был почти на голову ее выше, белобрысый, густые волосы падали на глаза, и, очевидно, давно уже не встречались с расческой. Одет мальчишка был в футболку, некогда зеленого цвета, а теперь грязно-бурую, брюки обтрепались внизу и свисали бахромой. Пока Ася пристально рассматривала незнакомца с головы до ног, тот терпеливо ждал.
– Не нравится мой вид? – осведомился он, сдержанно улыбаясь.
Ася пожала плечами, мол, кто ты такой, чтобы нравиться мне или не нравиться.
– Где я? – спросила она снова, на этот раз надеясь все же получить ответ.
Парнишка подвигал бровями, очевидно, думая, что изображает гипнотический взгляд.
– В стране Оз! – сказал он протяжно.
– Чего?! – Ася даже ногой топнула от возмущения. – Ты за кого меня принимаешь? Говори немедленно, где я!
Он вместо ответа легонько коснулся указательным пальцем ее ключицы.
– Откуда это у тебя? – спросил он. – Если это у тебя, ты должна знать.
Ася опустила взгляд, проследив за пальцем, и увидела, что он дотронулся до цепочки, по-прежнему висевшей у нее на шее. На цепочке был ключ, тот самый, она забыла его снять и легла спать вместе с ним.
– Ключ, – непонимающе сказала она. – Но я все равно не понимаю…
Парнишка вздохнул и терпеливо, как ребенку, повторил вопрос:
– Откуда это у тебя?
– Не знаю! Нашла! Объяснишь ты мне, наконец, где я? – Ася начинала терять терпение.
– Ладно, ладно… – он успокаивающе поднял ладонь. – Ты в Межмирье.
– Где?
– Не перебивай. Межмирье – это… – он вздохнул, посмотрел на небо, словно ожидая от него поддержки или просто подыскивая подходящие слова. – Так называют все миры между основными двумя… Сложно объяснить. Прими как факт.
– Ладно… – протянула Ася. – И что я здесь делаю?
– Ты пришла кого-то спасти.
– Ладно… – Ася отступила на шаг, панически пытаясь припомнить, как надо вести себя с сумасшедшими. Она помнила только, что нельзя им возражать.
– Кого спасти? – почти ласково поинтересовалась она.
– Не знаю, – спокойно сказал парнишка, – ключ-то у тебя.
Таким образом, круг замкнулся. Ася тяжко вздохнула, взяла ключ на ладонь и еще раз внимательно на него посмотрела. Ключ как ключ.
– Куда надо идти?
– Куда бы ты ни пошла, ты придешь туда, куда нужно, – он говорил таким тоном, словно объяснял очевидные вещи.
– А ты?
– С тобой, естественно.
В голове у Аси случился маленький торнадо. Все мысли кружились в бешеном хороводе, то одна всплывала на поверхность, то другая. Девушка даже почувствовала головокружение и, чтобы не упасть на землю, решительно двинулась вперед, куда глаза глядят. Глаза глядели на горизонт, больше тут смотреть было не на что.
Парнишка так же решительно двинулся следом.
Внезапно Ася поняла, что линия горизонта уже не такая ровная, как минуту назад. Она вдруг стала различать тени, похожие на строения, как будто там, словно мираж, проявляется город.
– Город, – сказала она своему спутнику, даже не очень удивившись метаморфозе.
– Это даже хорошо, что город, – сказал он задумчиво. – Могло быть что угодно.
– Только далеко, – сказала Ася, решив не обращать внимания на последнюю реплику.
– Ближе, чем ты думаешь.
Ася резко обернулась.
– Слушай! Как тебя хотя бы звать?
Он пожал плечами.
– Я имени своего не помню. Называй, как хочешь.
– Но… Ты… Я… Как вообще это?!
Ася махнула рукой, фыркнула, отворачиваясь, и вздрогнула от неожиданности. Город высился прямо перед ними. Под ногами была теперь не трава, а пыльная дорога, через несколько метров она втекала в мощеный тротуар, тот в свою очередь, изгибаясь, нырял за низенькое здание, с запыленными окнами, нечто среднее между деревенской избой и сараем. Домишко этот стоял обособленно, но не так далеко за ним начинался настоящий город.
– Ух! – только и смогла сказать она.
Оглянулась на безымянного спутника. Тот улыбнулся иронично и сделал приглашающий жест.
Не желая показывать, что ей очень не по себе, Ася решительно зашагала вперед.
