Читать фрагменты других книг
Страницаиз3
СкороКнижный режим
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
– Куда, чертова ведьма?!
– А ты поймай, инквизитор поганый!
– Сдавайся, дитя тьмы и порока! – немного патетики никогда не помешает. – Тебе не устоять против моего света, света великой инквизиции!
Мы с Винсом, моим другом и напарником, старательно разыгрывали заранее подготовленный спектакль, который всегда производил фурор среди наивных деревенских жителей.
Суть задумки по безболезненному изъятию денежек у прижимистых крестьян была до смешного проста. Впрочем, как и все гениальное.
Я прибывала в деревню первая и просилась на постой к какой-нибудь одинокой вдовушке. Там проводила подготовительную работу: уходила в лес на самом рассвете, возвращаясь лишь под вечер, нагруженная охапкой душистых трав; лапкой кроличьей изредка помахивала; слова выдуманные себе под нос нашептывала; мышей от дома отваживала. А уж все крестьяне знают, что мыши нечисти всякой ой как боятся! В общем, старалась быть подозрительной, но не слишком. Так, на грани, чтобы не побили раньше времени. Деревенские люди на расправы скоры, это все знают!
Через три-четыре дня в поселение приезжал Винс – ужасный и могущественный инквизитор, который мигом «чуял» присутствие злой темной ведьмы.
Конечно, у деревенских жителей тут же находилась целая сотня подтверждений этому заявлению: и молоко-то у них в последнее время подозрительно быстро кисло, и кузнец на днях руку повредил. Никого не смущало, что на улице стояла аномальная жара, и молоко кисло даже под охлаждающими чарами, а кузнец напивался каждый вечер до совершенно невменяемого состояния и получал по сей причине уже не первую травму.
Изгнание ведьмы – это целое событие, о котором жители маленькой деревушки смогут рассказывать не только своим детям, но и внукам! Вот и заглатывали они с удовольствием нашу нехитрую наживку, еще и сами себя подсекали да вытаскивали. Точнее, сами умоляли «инквизитора» забрать их денежки и изгнать гнусную ведьму. Винс, немного поломавшись, соглашался. Но цену назначал такую, что деревенские старосты вынуждены были изрядно опустошить общественную кубышку.
Все, что оставалось сделать – это разыграть спектакль с поимкой и обезвреживанием ведьмы. Приезжая подозрительная девица сразу же становилась кандидаткой номер один, да и специальный «инквизиторский» амулет самым волшебным образом загорался именно в тот момент, когда Винс указывал перстом на меня.
Тут и правда не обходилось без магии, вот только мой напарник ею не обладал. Зато обладала я. То есть формально – чисто формально – я и правда была ведьмой. Пусть и маленькой была моя сила, но на подобные спецэффекты ее хватало вполне. Еще парочка трюков с огненными шарами и едким дымом – и Винс наконец настигал гнусную ведьму, сковывал ее «антимагическими» браслетами и, получив от жителей деревни обещанный гонорар, увозил ведьму «на пытки в штаб инквизиции».
Обычно все происходило именно так – простенько и со вкусом. Но не в этот раз.
Кто же мог предположить, что в захолустной деревушке под названием «Крещепутье» мы встретим самого настоящего инквизитора?
– Ведьма, говоришь? – высокий статный шатен, шагнувший из густой тени вдовьей мазанки, окинул меня таким взглядом, что мои внутренности свернулись в тугой комок и тут же ухнули куда-то вниз.
– Д-да, – Винс слегка побледнел, но из роли выходить не спешил. Вряд ли все инквизиторы знают друг друга в лицо, правда? Авось, пронесет!
– Я как раз направляюсь в штаб… ведьм пытать, – казалось, инквизитор еле сдерживал ухмылку, – так что давай мне свою ведьму, заодно и ее отвезу. А ты, брат мой, поедешь дальше и продолжишь святое дело. Зачем тебе время на дорогу туда и обратно тратить?
Винс пытался что-то возразить, но настоящий инквизитор его даже слушать не стал. Он молниеносно защелкнул на мне самый настоящий антимагический браслет, схватил за руку, подтащил к лошади, перекинул через седло – и уже через пять минут злополучная деревня, а вместе с ней и Винс, остались позади. Трясясь на лошади, я лихорадочно соображала. Есть ли шанс, что напарник поедет за нами следом и по горячим следам попытается отбить меня в прямом столкновении? Есть, но небольшой. Мой друг все-таки не идиот, и в открытый конфликт с настоящим инквизитором не полезет.
Но вот попытаться выкрасть меня хитростью он может. Да не просто может, а наверняка так и сделает! Наша дружба была проверена годами, и в Винсе я не сомневалась ни капли. Значит, надо просто выжидать и делать вид, что я ужасно боюсь грозного инквизитора. К тому, же, особо изображать и не придется – я и правда до ужаса боялась этого мужчину. Еще в деревне приметила на лацкане его куртки неприметный маленький значок с серебряной цифрой семь. Орден семи братьев. Об этом инквизиторском ордене ходили разные слухи – но ни одного хорошего. Самый закрытый из всех орденов, в который принимали только лучших из лучших. Непримиримые борцы с ведьмами. Прекрасные воины. Неприступные, холодные, бесчувственные.
– Что такое, ведьма? Что-то хочешь сказать? Может, решила сделать чистосердечное признание? – голос инквизитора все так же сочился насмешкой. Но опасности я почему-то не почувствовала.Повезло так повезло! Я тихонько фыркнула от злости и досады.
– Седло на живот давит, – буркнула, не найдя лучшего объяснения, – больно.
– Если пообещаешь, что не сбежишь – посажу нормально.
Предложение было заманчивым, но именно это и напрягало. Чего он добивается? Я молчала, не зная, что ответить.
– Ладно, ведьма, – голос мужчины прозвучал неожиданно устало, – все равно я хотел сделать привал. Посидишь под деревом, подумаешь о своей жизни.
Через пару минут мы заехали на небольшую лесную опушку, где инквизитор ссадил меня с коня, великодушно позволил размять затекшее тело, а затем без всякой жалости привязал к огромной ели.
– Слушай, да мы же просто шутили! И дураку ясно, что не было там никакой ведьмы, в этом чертовом Крещепутье! – я не могла и не хотела сдерживать рвущееся изнутри раздражение, глядя, как инквизитор, не обращая внимания на мои слова, с аппетитом поглощает огромный бутерброд: сочный шмат домашней ветчины, положенный на ломоть ароматного круглого хлеба. Наверняка разжился свежей снедью все в той же злополучной деревушке! Теперь вот сидит, ест прямо передо мной. А я, между прочим, тоже голодна!
– Сейчас доем и покормлю тебя, – невозмутимо проинформировал меня мужчина, и тут же плюхнул в бочку меда целую лопату дегтя, – до расположения ордена ты должна доехать живой и здоровой.
– Поймал целую ведьму, надо же! И ничего, что я вовсе и не ведьма, а… сельская актриса! Вот посмеются над тобой твои братья по ордену. Скажут: «Опростоволосился наш брат…». Кстати, как тебя зовут? Имя-то скажешь? – почему-то очень хотелось достать этого хладнокровного негодяя, зацепить, вывести на разговор. Нервишки пошаливали, и я готова была сыграть по-крупному. – Меня вот Рушаной кличут, мне скрывать нечего.
Конечно, звали меня совершенно по-другому, только вот с чего бы мне, ведьме, быть честной с инквизитором?
– Врешь, – коротко констатировал мужчина, даже не удостоив меня взглядом, – во всем врешь. Дар-то у тебя хоть и есть, но такой маленький, что, по-хорошему, мне бы надо такую недоведьму сдать страже в ближайшем городе, да и забыть о тебе. Мы мошенниками и прочей мелкой шушерой не занимаемся. Но вот чую, есть в тебе что-то… большее. Ты не та, за кого себя выдаешь, и я не об имени говорю.
Я скрипнула зубами: то есть, если бы не мое вранье, он бы меня не повез в этот свой ужасный орден? Или все равно бы повез? И о чем таком он говорит, что это он чует?
Моя биография проста, как три копейки: родилась у нерадивой гулящей матери, которая сдала меня в приют, где я и приобрела все свои нынешние замашки. Дар проснулся в двенадцать, и тогда же я сбежала из приюта, начав кочевую жизнь. В четырнадцать спелась с Винсом, который был старше меня всего на пару лет, но уже хорошо понимал жизнь и ее жестокие правила. Не ты – так тебя. Это были его любимые слова, девиз по жизни. Бей первым, иначе прилетит.
Что ж, попробуем по-другому. Хочет человек правды – он ее получит.
– Передать меня в руки правосудия будет верным шагом, – я старалась говорить ровно, не выказывая волнения, – там разберутся, кто есть кто. Мошенница? Ха! Может, у тебя и хорошая чуйка, инквизитор, но в отношении меня она тебя подводит. Ты же сам видел, с каким удовольствием селяне наблюдают за нашим спектаклем! А любое представление, знаешь ли, стоит денег. Так что, если хорошенько подумать, тут и мошенничеством-то не пахнет. Так, мелкий обман во всеобщих интересах.
– Складно поешь, Птичка, – я вздрогнула, услышав свое приютское прозвище. Случайность? Или он меня откуда-то знает? Да нет, глупости!
Инквизитор наконец покончил с едой и удостоил меня долгим взглядом.
– Чем больше ты меня уговариваешь, ведьма, тем сильнее становится желание понаблюдать за тобой. Ты едешь со мной, и это не обсуждается. Твоя очередь подкрепиться, сядь поудобнее.
Я сверлила мужчину злым взглядом все время, пока он кормил меня. Надо отдать должное – и ветчины мне не пожалел, и яйцо одно оставил. Я-то думала, одним хлебом накормит. Только вот даже подобная щедрость не могла унять растущую внутри тревогу.
– Дамиан.
– Что? – я даже жевать перестала.
– Мое имя – Дамиан, – будто глупому ребенку пояснил инквизитор, убирая остатки хлеба в чистую тряпицу, – я темных делишек не проворачиваю, поэтому, в отличие от тебя, мне скрывать действительно нечего.
И так меня возмутил этот его откровенный подкол, что я, сама не знаю почему, выпалила:
– Алексия!
Сказала – и тут же пожалела, язык прикусила, да поздно. Слово – не воробей.
– Красивое имя. Для ведьмы – даже слишком.
Вот же гад! Я насупилась, отвернулась, глаза прикрыла, всем своим видом показывая, что разговор окончен.
Инквизитор молча отошел и начал возиться с конем, готовя его к предстоящей дороге. Я с удивлением поняла, что он разговаривал со своим рысаком, а тот, казалось, все понимал и отвечал хозяину тихим ржанием. Мелькнула мысль: лошади плохих людей чуют и не привечают. А эти двое… чувствовалось, что они по-настоящему привязаны друг к другу.
Ну уж нет, инквизитор, да еще и из ордена семи братьев! Нет ему никакого доверия. А что животное его не сторонится – так то может иметь и другое объяснение.
Подслушала я как-то в таверне разговор двух торговых людей – один из них, выпив и осмелев, утверждал, что некоторые инквизиторы сами ничуть не хуже ведьм и ведьмаков с магией управляются. А может, и лучше. Иначе как бы они их, ведьм этих, ловили?
Посмотрела я снова на коня и фыркнула тихонько. Конь как конь. До чего я дошла? Всерьез вспоминаю пьяный бред торговца? Но вот осторожность я и правда потеряла зря. Кому рассказать – имя свое сообщила! И ладно бы просто первому встречному, так нет – инквизитору!
А имя-то у меня не простое, редкое – ни разу в наших краях тезку не встречала. Вот дурища! Досада на саму себя копилась внутри, обжигая внутренности злостью.
Где же Винс, черт его побери! Хоть бы знак подал, что тащится за нами, мне бы спокойнее стало.
В этот момент где-то за моей спиной хрустнула ветка. Инквизитор резко обернулся и неуловимо быстрым движением выхватил из ножен меч.
