Мистер Вискерс и сэр Джеймс Барклауд

«Запомнился гостям на свадьбе и прадедушка Корнелиус (он был прадедушкой Фреда). Этот почтенный старичокдевяностодевятилетнего возраста имел привычку терять повсюду свою вставную челюсть. И вот, подойдя к графину с оранжадом и наклонившись к нему, чтобы удостовериться, что это именно оранжад, а не обычный лимонад, прадедушка Корнелиус внезапно зевнул – такое с ним часто случалось, старость, знаете ли, - и выронил свою челюсть во всеми любимый напиток, даже не заметив этого.Обнаружилась челюсть только тогда, когда мистер Уильям Билбэрри, глава семейства Билбэрри и отец невесты, произнеся поздравление в адрес новобрачных, решил налить прохладного оранжаду в свой стакан, дабы устранить сухость в горле после длинной речи, и, под взглядами всех гостей, уже успевших оценить этот напиток и сейчас смакующих его остатки, вместе с ним вылил в свой стакан и пропажу прадедушки Корнелиуса, которая до сего момента таилась никем не замеченная среди апельсиновый мякоти на дне графина. Челюсть была незамедлительно возвращена ее владельцу, который еще долго после этого уверял всех, с кем ему доводилось разговаривать, что всегда чувствует вкус апельсинов во рту, только не понимает отчего это – он почти сразу напрочь успел позабыть о происшествии на свадьбе.»

«- Мистер Как-Вас-Там-Неважно, если вы сейчас же перестанете прикидываться идиотом, который настаивает на том, что кот – кот! – продумал и совершил целое преступление, и согласитесь с тем, что это просто чушь собачья, то избежите осмеяния толпы и сохраните моё - Огастеса Тилни - уважение! Горничная – вот по кому решетка плачет! И разрази меня гром, если это не так!

Мистер Тилни от возмущения почти кипел: его глаза норовили вылезти из своих орбит, усы встали дыбом, а из ушей тонкими струйками пошел пар. По крайней мере«глазастый» мальчишка заявил, что из ушей действительно пошел пар. Но мистер Раффлз от него не отставал, он даже пошел на опережение: глаза его уже порядком вылезли из орбит, а пар, скрывая всегда торчащие в разные стороны пышные усы мистера Раффлза, полным ходом повалил из ноздрей, о чем тут же возвестил всем все тот же«глазастый» мальчишка, хотя все и так это заметили.Паровоз же и все его вагоны позавидовали мистеру Раффлзу угольно-черной завистью - такой густой и интенсивный пар у паровоза никогда не получалось произвести, как он ни пыхтел.»

«Также некоторыми из присутствующих ставился серьезный вопрос о том, а могут ли вообще пёс и кот действовать сообща, ведь природа создала их заклятыми врагами. Что-то тут явно не так, и кто-то из них определенно притворялся и только изображал дружбу. Но в свете вышеизложенной истории о таинственном ограблении в другом отеле, сомнения росли именно против кота. А тут еще и некий джентльмен в желтом галстуке и с котелком набекрень внезапно взволновал толпу намеком, что «кто-кто, а уж мистер Вискерс, будучи заведующим хозяйства коттеджа Ленивый соловей, несомненно был еще задолго осведомлен о богатеньком содержании шкатулки. Скорее всего, коварный кот только притворялся другом спаниелю и верным питомцем дамочкам Твинкл, а на самом деле долгие годы жадно ждал момента, когда сможет использовать Руди Смита, ограбить своих так называемых хозяек, одурачить сэра Джеймса, а потом отправиться куда-нибудь на Фиджи или на Багамы, чтобы замести следы и зажить как следует, проматывая состояние из шкатулки.»