Бумажная
884 ₽749 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Прочитала новый роман Кати Качур и немного разочарована. Тем, что первую его часть "Виньетка тутового шелкопряда" я уже читала год назад и даже писала рецензию (её текст на моем канале в дзен)
На этом с разочарованиями - всё. Остальное - сплошной восторг!
Я рада, что Катя Качур развернула эту повесть "в большой и интересный роман", как я и пожелала в своей рецензии.
Каждый раз восхищаюсь, как автору удаётся нанизывать слова как бусины на ниточку таким образом, чтобы каждое предложение выглядело чудесным ожерельем, неповторимым, в которое хочется бесконечно вглядываться, как в обложку книги с загадочным названием "Энтомология для слабонервных" .
Получилась полноценная семейная сага, абсолютно реалистичная, без ангелов, ясновидящих и чудесных совпадений (ну разве что совсем чуть-чуть).
Две первые части - это обращение к послевоенному периоду советской истории, конец 40х - 50е годы прошлого века (почему к этому периоду, интересно?). Про "Виньетку тутового шелкопряда" уже был отзыв. Вторая - "Парабола стрекозы" - про деревенских девчонок Ульку и Зойку, влюбившихся в одного интеллигентного мальчика; о том, что в СССР все были равны, но некоторые - равнее, про любовь и ревность в многодетной семье, да много она о чем, эта часть.
В третьей части герои выросли, у них крепкие семьи, а в четвёртой выросли их дети и должны принимать непростые решения, задающие вектор их судеб.
Очень светлая книга, с мягким юмором, яркими диалогами и приятными героями, которых через некоторое время начинаешь воспринимать как членов своей семьи. Да, автор умеет подбираться очень близко к сердцу читателя.
Любовь в описании автора - яркая, на разрыв, на всю жизнь, и никаких разводов, назло статистике. Сказочно, но окей. Это роман о счастливых людях, у которых стакан всегда наполовину полон.

Вот что умеет Качур, так это мгновенно захватить внимание. Так у меня было с "Желчным ангелом", так случилось и с "Энтомологией для слабонервных", романом в рассказах, который вырос из повести "Виньетка тутового шелкопряда".
Есть такое понятие, как "американская мечта", и много мотивирующих книг о ней, когда речь идёт о преодолениях, вере в себя, в то, что любой вне зависимости от положения может подняться сразу на несколько ступеней вверх по социальной лестнице. Да даже не ступеней, а целых пролетов. Здесь же о другой мечте - о простом человеческом счастье, самом обыденном, самом простом, которое не заменят роскошь и блеск. Когда есть крепкая семья и верные друзья, остающиеся рядом всю твою жизнь. Когда есть сплоченность, дружба и любовь. Любовь разная: женщины к мужчине и мужчины к женщине, к детям, к сумасбродным родственникам своим, к соседям, что становятся практически частью семьи.
В центре внимания романа женщины. Женщины большой семьи Гинзбургов и тех, с кем связала их судьба, хотя и начинается произведение с рассказа, посвященного одному эпизоду из детства еврейского мальчишки по имени Аркашка. Он сам, его друг, его родные и соседи по коммуналке, среди которых была несуразная сумасшедшая Лидка, "мишигине", будто определившая вектор судьбы Аркадия - его всю жизнь сопровождали яркие, немного сумасбродные, но преданные семье фантазерки.
Переплетение судеб здесь очень плотное, вязкое. Кто попал в круг знакомых Аркадия и его семьи, тот оставался с ними на всю жизнь. Неважно, куда заносила бы судьба героев - из Ташкента в Кишинев, оттуда в село Прудищи и растущий Саратов, а дальше Архангельск, Москва и дача на Волге. Во всей этой географии одни и те же лица. И их прибавления. И их мечты, сбывшиеся и нет. Их любовь.
В первой истории детство и первые мечты. Во второй подростки и первая любовь, что останется единственной. В третьей тоже любовь, но иная, к неслучившемуся, с примесью чувства глубокой вины. А четвертая - вновь любовь, но ещё и выбор, где мечта многих девиц выйти замуж за кумира проиграла настоящей мечте и призванию, а блестящая жизнь в достатке и роскоши оказалась лишь зазеркальем. Здесь наконец выиграло то, в чем вынуждены были отказать себе представители прошлых поколений - Сашка и Улька Иванкины, первого звала опереточная сцена, а второй прочили успешную карьеру легкоатлетки. Но не случилось, ибо не гоже здоровому детине на потеху публики кривляться и арии орать, а девка о другом думать должна - о замужестве удачном. Но есть здесь что-то от той жертвенности родителей, которая помогла создать то, что помогло их детям раскрыть свои таланты и найти призвание. Но только в случае Ульяны, брат её уступил стереотипам и сложившимся устоям, потеряв мечту и любовь, живя в вечной тоске по теперь уже не сбыточному. На этом моменте остановилась отдельно, так как сильно задел он.
Четыре рассказа - четыре истории с экскурсами в прошлое, где фигурирую одни и те же имена. Гинзбурги, Иванкины,Перельманы, Фегины и эпизоды из их жизни, которая у первых поколений была совсем не простой. Вспоминается Маруся Иванкина, жена дальнобойщика, подарившая ему десять детей, а там хозяйство деревенское и тяжелые послевоенные годы плюс вечно недовольная очень набожная свекровь, но тащила ведь всё на себе, не жалуясь, создавая то самое семейное счастье. Любимая дочка Ульяна в чем-то повторила её судьбу, так же став ядром уже своей семьи, так же обладав добрым отзывчивым сердцем и бесконечным терпением.
Фоном действию - обычная наша жизнь и её далеко не всегда радужные реалии у каждого из времен свои. Но они там, сзади светлого фасада огромного "дома", что построили представители всех фамилий, что стали единым целым - одной большой семьей.
Очень светлая книга. Не об американской мечте, а о самом обычном счастье, которое, казалось бы, так обыденно и просто, только вот достичь его не легко. Для этого нужны терпение и понимание, готовность прийти на помощь и защитить. А любовь должна властвовать над другими чувствами: над обидами, над завистью, над раздражительностью. И нужно уметь прощать, а то, что дано, принимать как дар и при этом самому ковать это своё самое обыденное счастье. Для многих, увы, это настоящее человеческое счастье остается недостижимым.
"Энтомология для слабонервных" - коллекция судеб, большая история из нескольких человеческих жизней для тех, кто умеет чувствовать, как писала Оленька Гинзбург, ученый-энтомолог с мировым именем, чьим принципом жизни стало "изучать, не убивая". Которая ценила каждую жизнь, даже самой ничтожной мошки. Это её рассказ о самых "редких экземплярах" из истории своей семьи. И пусть здесь очень много имен, но солировать будут Аркадий, Ульяна, Лея и сама Ольга.
И в конце маленькая ложечка дегтя. Даже не чайная, а кофейная. На большую бочку мёда. Я не плакала, но во многих моментах приходила ко мне светлая грусть. Светлая, потому что написано так, что даже трагедии и потери воспринимались как данность, как воля судьбы, которая редко что-то дарит просто так, но здесь подарков было больше, а на ошибках в подавляющем большинстве случаев учились. Посмеяться тоже не вышло, но некоторые моменты вызвали улыбку. Поверить... С этим вышло плохо. Очень уж всё идиллистически, очень уж много счастливых совпадений, очень уж красивы метафоры, даже там, где хотелось бы описания чувств героев. Как сказка. Но это субъективность. И только субъективность. А книга хороша. И она добрая, что так редко встречается в современной российской прозе.

Хочется сказать, конечно, что книга идеальна для зимы: здесь столько света, лета, жужжания пчёл... Но как раз без разницы, в какое время года её читать, если ваша душа открыта странным, очаровательным, счастливым в своей нелёгкой жизни людям. Именно такими персонажами всегда наполнены книги Кати Качур, именно через то, как её герои не ломаются, проходя испытания, приходит к читателю главная идея:
Не думать надо, а жить. Не рассуждать, что из этого получится, а любить, приютить чужого ребёнка, помочь подруге. Каждое действие учитывается где-то в небесной канцелярии, и скорее всего человек получит сторицей за каждое свой доброе дело, и даже если окружающие этого не заметят, то только потому, что они не поймут, что уходит человек с лёгкой душой...
Не знаю, как вам, а мне название романа показалось ... странным? слишком заумным? Словом, как-то не очень, хотя бабочка на обложке и настраивала на то, что рассказ будет не об энтомологических изысканиях. И да - жучки-паучки сыграют свою роль в истории семей, чьи
Мой любимый персонаж книги - Улька, девочка из многодетной семьи (даже слишком многодетной, если учесть, что отец и в именах своих детей путается), у которой вроде бы не было никакого будущего. Так вот сердце своё, душу свою она чувствует, будто та - стрекоза на цветке шалфея.
Как мучается девчонка, которую накрыла первая, неудержимая, почти детская любовь от того, что мальчик, вызвавший это чувство, совсем из другой семьи, где обедают за сервированным фарфором столом, где, начиная от прабабки, женщины пишут стихи... А мальчик Аркашка (тот самый, из "Виньетки тутового шелкопряда") мучается не меньше, понимая, что он - ботаник, что он - трус, что многое из того, что доступно любому деревенскому мальчишке - для него непосильная задача. Особенно когда Улька, злая на него за предполагаемую "измену", бросает:
Эта детская любовь выдержит всё, и дальше читателю суждено встретиться со следующими поколениями семьи Гинзбург, где, кстати, заведётся и энтомолог...
И как бы я ни старалась обходить ещё одного персонажа - Зойку Макарову (в замужестве Перельман), всё равно надо её упомянуть, хотя она меня половину книги раздражала))). Потому что на ней - приблудыше, пытающемся прыгнуть выше головы, подражая во всём Ульке, держатся многие объяснения поступков героев, которые без её осмысления могли бы не стать понятными читателю:
Коллекция профессий характеров, мест - впечатляет. Язык - выше всяких похвал. Главная мысль такая, за какую я двумя руками:
Очень горячо рекомендую к прочтению!

Старые бабки – это мечтательные девочки, завершающие свой жизненный цикл на земле. Не тебе их трогать и не тебе судить!

Аркашка почувствовал себя шелухой, прилипшей к циферблату курантов на Красной площади. Над тобой носятся махины-стрелки, а ты мелок, прозрачен, бздлив, а главное, не представляешь никакого интереса для мироздания.




















Другие издания

