Бумажная
979 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
1. Видимо, у меня судьба такая – читать зацензуренные книги. «Империя Дягилева» подверглась правке более-менее адекватно, не целыми страницами. Но при каждом скрытии текста даётся подробная поясняющая сноска, от этого смешно, а заретушированые места становятся ещё заметнее. Если Сергей Павлович и его балет что и пропагандировали – то русские искусство и культуру.
2. В книге вульгарная вступительная статья.
3. Сразу видно, что автор – иностранец. И не потому, что про англичан он пишет больше, чем про всех остальных. Вот что это за пассаж: «После слёзной истерики, обязательной для русского»? Ещё Кристиансен не понял, что Дягилев не любил передвижников не потому, что они «сентиментальные посредственные художники», а потому что реализм. А балет в России для английского писателя начался с Тальони, биографию Петипа он переврал, а про Истомину не слышал.
4. В принципе, Кристиансен говорит об элементарном: с явлением Сергея Павловича (совершенно не балетомана), балет пошёл в ногу со временем, периодически даже обгоняя, Дягилев своим художественным чутьём, энтузиазмом вдохнул жизнь в архаичную форму. Заставил полюбить искусство «Русского балета», нахрапом, куражом, и занимался этим ради творчества, а не ради денег.
5. Написано живо, бодро, слегка поверхностно и на грани развязности, без глубокого анализа, но со скандалами, интригами и расследованиями. Кристиансен не стесняется, но и не тыкает в то, что было частью жизни и что издательство скрыло в соответствии с законом. Чёрт, как красив Лифарь в «Матросах» и «Стальном скоке», поверишь, что зрители от эмоций едва из лож не выпадали.
6. Я не согласна с авторским заключением, что проверку временем из дягилевских балетов прошли только «Аполлон Мусагет», «Блудный сын» и «Свадебка». Часто в репертуаре наших театров встречаются эти постановки? По моим любительским наблюдениям, «Свадебка» – да, а ещё «Петрушка» и «Весна священная». А сравнение Русского балета с панк-культурой – интересно и… что-то в этом есть.
7. Книгу можно читать, а можно не читать.

В издательстве АНФ вышла книга известного критика и балетомана Руперта Кристиансена о Сергее Дягилеве и его вкладе в русский балет. На страницах книги перед нами оживают образы известных балерин, деятелей искусства, музыкантов, хореографов.
Дягилев был первым, кто привез в Европу русский балет и назвал это "Русские сезоны". Он был прекрасным организатором, менеджером, творческим вдохновителем всего балета. Благодаря Дягилеву на балетный олимп взошло много имен и почти все звезды были связаны с именем Дягилева.
Эта книга расскажет не мало о личности самого Дягилева, но больше она посвящена именно русскому балету, его влиянию на Европу и мир в целом, действительно на то, как мир был покорен русским балетом. Но чего это стоило? Отсутствие финансирования, существование практически на грани выживания, однако никто из балетоманов не решался покинуть трупу Дягилева и оставался в ней и дальше.
Замечательная книга именно о русском балете за рубежом и его покровителе Сергее Дягилеве.

«Империя Дягилева» — книга человека, явно чуждого русской культуре. Автор — англичанин, и это чувствуется сразу: русский балет он рассматривает холодно и свысока, с откровенно русофобским отношением.
В балете Кристиансен разбирается слабо, зато с большим усердием и подробностями изучает физиологию Дягилева. В итоге на первом месте оказываются скандал и грязь.
Вопрос к научному редактору: с какой целью была переведена и опубликована эта книга? Учитывая, что большую часть текста пришлось замазать, как противоречащую российскому законодательству.

«Мавра» (Маѵга) представляла собой одноактную шутливую оперу Игоря Стравинского на либретто Бориса Кохно, написанное им по сюжету поэмы Пушкина. Эта постановка провалилась, а её подготовка привела к окончательному разрыву Дягилева с одним из самых близких друзей. Бакст взял на себя геркулесов труд оформления «Спящей принцессы» с условием, что ему отдадут работу над гораздо более эффектной «Маврой», изначально задуманной как дополнение к этому большому балету. Дягилев согласился, но, поняв, что вместе с «Маврой» представление «Спящей принцессы» растянется на четыре с лишним часа, отложил постановку оперы. Когда же он вернулся к ней восемнадцать месяцев спустя, снова подло обошёлся с Бакстом, отдав её другому художнику. Последовала очередная ожесточённая ссора, её усугубила неспособность Дягилева полностью расплатиться с Бакстом за работу над «Спящей принцессой», и в 1924 году несчастный художник умер, так и не примирившись с другом.

Однако Павлова отказалась от участия. После первого же контракта с Дягилевым к ней пришло циничное осознание, что она сможет лучше держать ситуацию под контролем и меньшими усилиями заработать больше денег, если откажется от сценических амбиций и навсегда забудет о порядочности. Затем она организовала собственную маленькую группу и гастролировала с ней, выступая с балетным подобием дешёвых кондитерских изделий на любой сцене и даже на краю пирса, лишь бы ей платили обозначенный гонорар. Следующие двадцать лет зрители по всему миру радостно стекались на её блёклые представления...

Необыкновенно амбициозный и не по годам образованный, Кохно с его возвышенными устремлениями был готов ко всему... Он знал, как произвести приятное впечатление и продемонстрировать свою доступность. Когда Кохно появился на подстроенной Судейкиным встрече, Дягилев был настолько очарован и восхищён им, что тут же предложил должность своего личного секретаря...
Дягилев не назначил ему жалования, но оплачивал все расходы, покупал ему шикарную одежду и ограничивал в курении, выдавая по шесть сигарет в день. Если физические отношения между ними когда-нибудь и выходили за пределы платонических, то эта связь очень быстро угасла. Ходили слухи, что при первой встрече Дягилев попросил Кохно раздеться. "Слишком волосатый!" - пренебрежительно заявил он, взглянув на обнажённого юношу, и больше не проявлял интереса к его телу...

















