Опасные мужья для бракованной землянки

В медицинском кабинете глухо гудели дезинфицирующее нео-лампы. От количества белого болели глаза. Врач — надменная, высокая блондинка в медицинском халате — сидела за столом и неторопливо листала отчёт на вирт-экране. Сидя напротив, я с тревогой теребила пальцы, ожидая вердикт.

— Что ж, виана Лира… — протянула блондинка, вздёрнув аккуратную бровь, — порадовать вас нечем. Диагноз подтвердился. Вам осталось жить примерно месяц,

—…месяц, — еле слышно повторила я.

— К сожалению, в вашем случае медицина бессильна, — врач чеканила ровно, точно читает инструкцию. Сожалением здесь и не пахло.

Преодолев внутренний мандраж, я заставила себя заговорить:

— А может… есть какой-то экспериментальный способ лечения?

— Нет. Сочувствую вам, виана, — женщина холодно растянула красные губы в безразличной вежливой улыбке.

Но я не была готова отступить.

— Я столько лет отработала пси-лекарем. Я всё понимаю, — мой голос звучал уже твёрже, — я подпишу согласие со всеми рисками экспериментальной терапии. Нельзя же просто…

— Мне нечего вам предложить, — грубо перебила меня блондинка. — Вместо напрасных метаний, рекомендую провести оставшееся время в комфорте. Вы слышали о курортной планете Псиа-марино? Если выпишу направление от лечебницы, то будет приятная скидка. Расслабитесь, отдохнёте напоследок.

— …вы издеваетесь?

...

Я отточенным коротким движением стукнула возле уха пальцем, активируя имплант, чтобы усилить слух. Тут не было ничего такого, на моей, теперь уже бывшей, должности было положено такой иметь. Иначе как контактировать с пациентами в толстостенной криокамере?.. Ну хоть что-то от роковой работы пригодилось! А уж активировать имплант бесшумно и незаметно я, как мне казалось, научилась за столько лет!..

— Прошу вас, вианы, не откажите красавице в помощи, — ворковала девушка, покусывая пухлые губы. — У меня редкий диагноз — ничего заразного, просто я всё время горю. Горю как в огне. М-м… только вы, благородные мужчины, можете мне помочь. Я отплачу вам сполна. Я многое умею. Если пожелаете, мы даже можем объединить приятное с полезным.

Усмехнувшись, светловолосый шиариец заложил руки за голову, отчего его ра́звитые мышцы натянули ткань чёрной, жутко дорого́й на вид космийки.

— Ну, если маршал разрешит… — протянул он. Голос у блондина был обманчиво мягкий.

— Нет, — отрезал брюнет.

— Увы, — развёл руками блондин, ничуть не расстроившись.

— Вы, наверное, не поняли, я… — отчаянно кокетничала девушка, удерживая на лице приторную улыбку видавшей виды обольстительницы.

— Может, на твоей родной планете “нет” произносится как-то иначе? — в голосе брюнета наметились рычащие нотки, от которых у меня по спине пробежали колючие мурашки.

— Видишь, красавица, — грубо подражая человеческой пластике и кинетике, вздохнул блондин. — Не получится. У моего брата лимит предупреждений ровно три, и на третий он начинает стрелять.

— Н-но…

— Иди отсюда, дорогуша, — улыбка блондина балансировала на грани перехода в оскал, а глаза его полыхнули золотом.

Девушка испуганно отшатнулась, будто её толкнули в плечо. От входа к ней уже спешила охрана бара. Ну вот и славно. Между прочим, самая частая причина смерти у решившихся на инъекцию “жидкой храбрости” – эм... " неумение вовремя остановиться". Повезло. Красотка, похожая на куклу для утех из спец-магазина, будет жить. Из моей груди вырвался невольный тихий выдох облегчения.

—... поэтому я ненавижу человеческие станции, — процедил брюнет, и я вновь сконцентрировала внимание на беседе шиарийцев, — Какой это раз за сегодня? Десятый?

— Двенадцатый. Но будь к ним снисходительнее, они всего лишь пытаются выжить.

— Когда наша планета чуть не погибла, это никого не заботило. Так почему нас должны касаться их проблемы?..Или ты хотел ей помочь?

— Я бы не стал. И дело даже не в уставе, — ответил блондин. — Хотя девушку немного жаль… Если она не соврала, конечно.

— Конечно, соврала, — дёрнул уголком

красивого жёсткого рта брюнет. — Умирающие так себя не ведут. В любом случае это естественный отбор, и мы в него не вмешиваемся. Слабые умирают. А идея землян использовать нас для решения своих проблем — попахивает безумием. Ладно, не важно… Лучше скажи, что там с поисками гасителя, есть тут хоть кто-то?

— Все, кого я отсмотрел — бездари. Совместимость ниже десяти процентов. Но даже они не согласились на дальнюю поездку. Боятся.

— Предложи им больше коинов, пару недель перетерпим. Если мы проведём на этой станции ещё хотя бы день, я точно кого-нибудь растерзаю. Впрочем… возможно, это случится уже сегодня. Есть одна кандидатка на… моё особое внимание.

— А, ты про рыженькую шпионку?.. — усмехнулся блондин.

— Именно так, брат, — брюнет вскинул взгляд и наши глаза встретились.

Сердце пропустило удар.

Я замерла. Я не дышала. И глаза не отвести! Кровь отлила от моего лица.

Шиарийцы смотрели прямо на меня.

“Проклятье! Проклятье! Проклятье! — панически стучало голове. — Если я немедленно что-то не придумаю, они решат, что я шпионка! Ни о каком шансе на выздоровление тогда и речи не будет! Хорошо, если до ночи доживу!”

Любая на моём месте сейчас вскочила бы и бежала прочь без оглядки. Но я не любая… Я не могла уйти! Эти опасные мужчины были моим единственным шансом на спасение. Надо было идти к ним… Идти, даже если страшно до обморока.

...

в разговоре, который я случайно услышала…

— Случайно, — хмыкнул брюнет.

— Да, случайно, — повторила я, чувствуя, как горят щёки.

— Ты тоже чем-нибудь болеешь, — насмешливо вскинул брови блондин, — и надеешься уговорить нас оказать тебе, хм…персональное лечение? Этого не произойдёт, малышка.

— Ну что вы, виан! Я полностью здорова! — заявила я слишком поспешно, и тут же добавила, чтобы скрыть неловкость: — Я о той части разговора, где вы упоминали о пси-лекаре. Дело в том, что я как раз пси-лекарь со специализацией гасителя. И так уж вышло, что я ищу работу.

Братья коротко переглянулись.

— И почему же ты уволилась с прошлого места работы? — спросил брюнет, снова посмотрев на меня. Голос его низко вибрировал, отзываясь в моём животе жарким покалыванием.

— Надоело сидеть на одном месте.

— Значит, ты из тех, кто ищет приключений?

— Только если безопасных для жизни. Я ведь очень люблю её… хм, жизнь, то есть, — от волнения у меня пересохли губы. Я облизнула их, и тут же поймала какой-то уж слишком пристальный взгляд брюнета.

— Похвально, — ухмыльнулся он, явно намекая, что тот факт, что я к ним подошла, противоречит моим словам. — Какой у тебя стаж?

— Пять лет.

— Крохотный… А ранг гасителя?

— Главное ведь не ранг, а совместимость, — как можно увереннее заявила я.

— Значит, ранг низкий, иначе бы ответила напрямую, — раскусил меня блондин, а сам подался ко мне, облокотившись на столик. Мне даже померещилось, будто он повёл носом, как принюхивающийся зверь. — Так какой ранг?

— Ближе к среднему, — у меня дрогнули уголки губ. Нервы были на пределе.

— Неужели? — недобро прищурился брюнет.

— Д-да…

Моя паника била тревогу, голова шла кру́гом. Святой космос, что я несу! Да меня сейчас прямо здесь прибьют, и даже тридцати дней не оставят!

— А семья есть? — спросил блондин, — мужья? Любовники?..

— Какое отношение это имеет к вакансии?! — чувствую, что лицо уже нещадно горит!

— Просто хочется понимать всю картину, — соблазнительно улыбнулся светловолосый маршал, но от его пристального взгляда меня кидало, как в штормовом море. Хотя шиарийцы и не вставали со своих мест, накатило чувство, будто меня загоняют в угол.

И тут что-то горячее коснулось моей лодыжки.

— Ой! — я испуганно отпрыгнула в сторону. Оказалось, это хвост брюнета, он теперь спускался с дивана на пол, и его хищный стальной кончик сейчас застыл ровно на том месте, где я только что стояла.

Всё, нервы сдали! Что-то в сознании словно треснуло по шву.

Видно, моя судьба — умереть. Но я выбираю спокойную смерть под присмотром лекарей, а не от того, что меня пригвоздят к барной стойке из элитного дерева смертоносным хвостом шиарийца! Глупо было надеяться…

— Ладно, вианы, я поняла… Извините, что побеспокоила!

Я развернулась, чтобы поскорее сбежать. Но блондин молниеносно поднялся и поймал мою руку — мягко, но крепко обхватил запястье — не вырвешься. Миг, и я уже смотрела в затягивающие омуты глаз светловолосого шиарийца. Сердце снова дико колотилось. Но на этот раз мой страх был тягучим, плавким, он стянул низ живота жаром.

— Виана, куда же вы? — чуть не мурлыкнул светловолсый шиариец с улыбкой, неожиданно перейдя на вежливое обращение.

— Но я вам явно не подхожу, — пролепетала я, не в силах разорвать зрительный контакт.

— Но главное ведь совместимость, вы сами сказали. Давайте прямо сейчас её и проверим.

— Вы хотите прямо здесь…

— Да. Я хочу прямо здесь, виана… — ухмыльнулся светловолосый шиариец.

Я дёрнулась всем телом

— Если согласна, проведём тестовый сеанс

...

— Но 10 лет это слишком, — упрямо добавила я, хотя инстинкт уговаривал подчиниться. Просто поставить подпись. Согласиться на всё что угодно. Я уже почти захлёбывалась терпкими шиарийскими феромонами.

— Можно сделать год, и продлим, когда вам всё понравится, — мурлыкнул Демиан так соблазнительно, будто варианта “не понравится” не существовало.

— Месяц! — мой голос звучал всё жалобнее: — Давайте урежем оклад, повысим частоту лечения, но оставим месяц…

Если маршалы не подавали вида, то хвостам мои слова явно не нравились. Их кончики недовольно щёлкнули по моему комбинезону. Но я ни в коем случае не собиралась принимать условия даже на год. Ведь могу столько и не прожить. Да и если шиарийцы узна́ют, что я хотела их использовать, заставят сильно пожалеть. А ещё меня пугала их настойчивость!

— Годовой контракт — это норма. Почему вы отказываетесь, Лира? — недовольно рыкнул Рейгар. — Если дело не в деньгах, то в чём?

В висках застучало: “А если признаться?!” Дикая мысль на мгновенье выбила дыхание. Ладони вспотели.

Но Шиарийские маршалы суровы, они не прощают обман. А я уже зашла так далеко... Проникла на корабль! Почти получила должность! Глупо рисковать прямо сейчас.

И всё-таки… Может, я могла бы довериться?

С робкой надеждой я посмотрела на черноволосого Рейгара. И зря… Может, взгляни я на Демиана, пришла бы совсем к другим выводам?

Взгляд холодных глубоких золотых глаз Рейгара обжёг космическим холодом. Душу наполнил едкий страх, смешанный с чем-то одуряюще терпким. Инстинкт дёрнулся, будто пойманная в руку птичка, забился, пытаясь спастись. Ноги ослабли, колени дрогнули, если бы я не сидела на диване, то рухнула бы на колени.

Но мне вдруг вспомнилось, как грубо маршалы осадили девушку на станции. А следом в уме всплыла дословная цитата из третьего постановления Союза:

“Шиарийцы – гуманоидная раса, уполномоченная Союзом уничтожать по решению шиарийского командования по мере необходимости и на их усмотрение, прочих гуманоидов на своей материнской территории, а также на территории стационарных военных станций и крейсеров категории альфа-пси без отчёта уполномоченным Союза…”

А я как раз на военном крейсере!

Спокойно, Лира. Вдох-выдох. Не обязательно решать сейчас!

Ты здесь всего лишь первый день. Ничего плохого не сделала.

Впереди целый месяц, лекарства достаточно. Если не будет выбора — всегда успею признаться. Может, произойдёт чудо и за это время мы с шиарийцами… ну не знаю… подружимся? И они отнесутся ко мне благосклоннее? Но прямо сейчас рисковать — верх глупости. Они могут как убить, так и просто высадить на ближайшей станции. Тогда плакали мои шансы на спасение! В конце концов, может, им вообще нельзя делиться иммунным фактором!

Нет, сейчас правильнее будет настаивать, что я скромный пси-лекарь. Просто ищу работу на короткий срок!

Прежде чем забросить свой комбинезон в очиститель, я вытащила из его потайных карманов ампулы с лекарством. Разложила их на столе. Пересчитала. ...нескольких не хватало.

“Точно… Пара ампул же разбились при нападении на бар, — пронеслось в мыслях. — Впрочем, оставшихся хватит на 28 дней”.

Соображала я туго, мысли путались из-за тяжёлого болезненного фона. За глазами пульсировало и давило. Лоб ныл, будто его стискивал стальной обруч.

Я снова покосилась на часы. Пора!

Взяв один из стеклянных кругляшков, в котором перекатывались капли лекарства, я потрясала его, как было сказано в инструкции. Села на кровать и вставила ампулу в медицинский пистолет, взятый в аптечке. Приложила прохладный ободок дула к сгибу локтя.

Нажала на спусковую кнопку.

И ойкнула, когда кожу пронзила крохотная игла, а лекарство впрыснуло в кровь.

Закрыв глаза, я досчитала до ста…

… а когда открыла веки — боли не было и в помине.

Я с облегчением вздохнула.

Улыбнулась и неверяще пощупала виски.

Ох! Новое лекарство оказалось шикарным! Слава науке!

Чувство было такое, будто я могу покорить чёрную дыру.

Ни ломоты, ни мигрени!

“Пилик!” — неожиданно моргнул мой наручный коммуникатор. Я с любопытством вывела перед глазами проекцию экрана. На нём высветилось сообщение от маршала Рейгара.

...

Ааххах! — мучительно простонала я, разлепляя слезящиеся глаза.

Вокруг было темно, но я различила очертания каюты. На стене горело время… 2 часа ночи по времени крейсера.

Преодолевая боль, я села, откинув одеяло. Голова раскалывалась так, будто по ней стучали отбойным молотком — притом изнутри. Лоб покрывала испарина, капли пота стекали по вискам, тело знобило, как при высокой температуре. Из носа капало что-то горячее.

Я провела рукой… кровь. И на языке металлический вкус.

“Что происходит?” — испуганно подумала я.

Одышка. Пот. Судороги.

Это всё симптомы бушующего вируса! Но никогда ещё они не были столь сильными!

Что случилось? Почему так?!

Потому что вчера я пропустила приём?

Или дело в другом?

Но ясно было одно…

“Лекарство не подействовало!” — металась в уме жалящая мысль.

Сосредоточившись, я нырнула в своё пси-поле. И меня едва не снесло бушующей в нём бурей. С энерго реками творилось нечто безумное, нити энергий хлестали будто кнуты на ветру. Они ринулись ко мне, собираясь исполосовать сознание жёсткими ударами энергии.

Я успела вынырнуть в реальность в последний момент!

Втянула я со свистом воздух. В груди с надрывом стучало сердце — да так сильно, что казалось — сейчас разорвётся на куски.

Как лекарь я знала — дела у меня плохи. Если так продолжится, тело не выдержит нагрузки. Температура шкалила, и первым делом нужно было сбить её каким-нибудь самым простым жаропонижающим… А потом принять ещё дозу моего лекарства. Потому что одной явно не хватило!

Я повернулась к краю кровати. Опустила голые пятки на прохладный пол. Но едва попыталась встать, колени подогнулись. Я успела выставить руки, чтобы упасть на них, а не на лицо.

Проклятье!

Так я и замерла на полу, уперевшись в него ладонями.

Каюта будто шаталась, хотя я не двигалась, а лишь дышала-дышала-дышала, пытаясь найти силы подняться.

Слёзы подступили к глазам, тело умоляло не мучиться и просто лечи на прохладный пол. И ждать конца.

Но я отчаянно не хотела умирать!

“А что, если позвать маршалов?” — мелькнула в уме мысль.

Но ухватиться я за неё не успела, потому что сознание вдруг погасло и я провалилась в темноту…

Однако почти сразу темнота рассеялась… и я обнаружила, что уже не сижу возле кровати. А стою на своих двоих, и меня даже почти не шатает. А потом моё тело сделало заторможенный шаг в сторону двери, а потом ещё один… и это без моего участия. Я попыталась направить собственное тело к аптечке, но оно меня не слушалось. Будто вовсе мне не принадлежало!

Это сон?

Предсмертный бред?

Непонятно…

Каждое движение моего тела медленное, будто я робот докосмической сборки, и сигналы к конечностям доходят с трудом.

Шлёпая босиком по прохладному полу, я подхожу к дверям.

Лепестки плавно распахиваются, пропуская меня наружу — в тёмный, пустынный коридор крейсера.

“Но я не хочу туда идти!” — думаю я.

Однако телу плевать на мои желания.

Я ничего не контролирую.

Будто наблюдаю жуткий сон.

...

Эхо моих босых шагов разносится по широкому коридору. Стены здесь хаотично оплетены энерго-каналами, которые иногда сплетаются в узлы и снова расходясь в стороны. Они пульсируют, будто кровеносные сосуды. Их свет мягко освещает мне путь. В воздухе разлилась тёплая пси-энергия — она накатывает на меня тёплыми волнами, согревая озябшие ступни, успокаивающе касаясь дрожащего тела.

На потолке мигают алые точки лазеров, хромированные пси-камеры чёрными линзами осматривают помещение… Но вся эта куча сложной техники не реагирует на меня.

Будто я призрак…

Или так, словно корабль… считает меня своей.

Коридор расширяется и выводит к просторному круглому помещению, в центре которого за стеклянным куполом сверкает нечто напоминающее солнце. Оно большое и круглое, выше меня в три раза, мерцает мягким жёлтым, будто приветствуя. Жар касается лица, но не причиняет боли.

Пси-ядро…

Сердце корабля!

Но моё тело не идёт к нему, а останавливается на входе.

Повернувшись, находит взглядом на стене крупный узел — в нём сходятся сразу три разноцветных энергососуда — синий, красный и жёлтый. Подобными покрыты все стены, но чем ближе к сердцу, тем крупнее сосуды и тем выпуклее подобные сплетения.

Моё тело поднимет руку… И кладёт ладонь на этот пульсирующий живой тёплый узел… А затем вдруг резко сжимает пальцы. Впивается ими — сильнее! Сильнее! И разрывает тонкую мембрану энергососудов.

Моё лицо леденеет.

О-нет-нет-нет! Что я творю?! Как это остановить?!

“Не надо! Хватит!” — воплю я, пытаясь вернуть контроль. Но всё бесполезно

Мне делается так страшно, так горько, что я кричу внутри собственной головы.

Пси-ядро наливается агрессивно алым, оно мигает будто от боли.

По моим пальцам стекает что-то тёплое, голубоватое… Это кровь корабля. А моё взбесившееся тело продолжает сжимать пальцы — крепче и крепче! … и… о боги! О святой космос! Я явственно чувствую как вирус, будто скользкий ядовитый червь — начинает раскручивать кольца внутри моего пси, а потом ползёт по рекам энергий… к моей руке, погружённой в разорванный корабельный узел.

Через мою руку вирус собирается перебраться на яркое, тёплое, светлое пси поле живого корабля!

Внутренности скручивает от панического страха!

НЕТ-НЕТ-НЕТ! — как бешеная я дёргаюсь в оковах разума.

Я НЕ ПОЗВОЛЮ! НЕТ!

Призвав все свои силы, ныряю в собственное пси поле.

Реальность меркнет, и я оказываюсь в центре энергетической бури, которую вызвал вирус. Хлысты гамма-волн пытаются зашибить меня, будто я враг. Это смертельно опасно, но сейчас я готова рискнуть!

Я уворачиваюсь от одного свистящего удара, от второго, а третий едва не перешибает мне энерго-тело, однако я всё же успеваю добраться до проекции вируса.

Сейчас он принял форму червя, так что я формирую огненные петли и, накинув на извивающийся хвост, затаскиваю обратно в своё поле!

Руки жжёт, перегрузка разрядами прокатывается по нервам, выжигая нейроны.

После такого я, возможно, никогда не оправлюсь!

И я всё равно не отпускаю вирус!

Рывком отрываю его от пси-поля корабля, возвращая туда, где он должен быть! Запираю тремя мотками энергии — это может, но совсем ненадолго. Как только червь освободится — то попытается убить меня.

Но это будет потом! Главное, я спасу ядро корабля. Завязав узел на теле вируса, распахиваю глаза…