Небо над Берлином
Книга была скорее еще одним поводом посмотреть фильмы Конрада Вольфа, чем каким-то подспорьем в их понимании. Автор парит в высоких эмпиреях, затаптывая читателя дружной поступью цитат из Лакана и Дерриды, и до тривиального контекста истории возникновения фильмов опускается редко. Но были в тексте две мысли (авторских, не французских философов), которые показались мне любопытными. Первое – что кино это щит Персея, с помощью которого можно смотреть на страшные вещи (как Холокост, например). И второе – что кино ГДР не стоит воспринимать как окно в исчезнувший мир, так как надо постоянно учитывать контекст. А я, наивный, так и пытался делать. Но тут с автором хочется поспорить – ведь кроме интенций в каждом культурном продукте есть и то, что авторам неподвластно, дух времени, так сказать, а этого в лентах ДЕФА хоть отбавляй.
Автор разбирает каждый фильм Конрада. Меня когда-то так впечатлил «Мне было девятнадцать», что автор запал мне в душу. Судя по комментариям, я не был одинок – это вроде бы главный опус Вольфа (хотя для некоторых это "Соло Санни"). Автор лихо ищет фрейдистские мотивы в альтер эго Вольфа, в немце-лейтенанте Красной Армии, возвращающемся в Германию весной 1945-го, но мне мотивы эти не показались какими-то важными для Вольфа. И все попытки в профессоре Мамлоке из одноименного фильма видеть отца Конрада Вольфа Фридриха.
До этого я прочитал две советские книги о кино ГДР, и любопытно сравнить ту критику с критикой относительно современной и с Запада. Любопытно, что ругают и хвалят почти одинаково, только примеры разные, советские у нас, голливудские у них. Автор книги вроде бы и в нашем кино немного разбирается, но в моей любимой рубрике «неверно переложенные на латиницу русские названия» тоже отметился. Кстати, интересно, что для «Искателей солнца» (о добыче урановых руд в Висмуте) автор видит прообразом «Цемент» Гладкова, который произвел на меня, гхм, неизгладимое впечатление. А еще Вольф «Чапаева» любил, любопытный фриц.
Но рассказать хочется скорее о тех двух фильмах, которые я посмотрел во время чтения этой книги. «Голый на стадионе» (1974) и «Разделенное небо» (1964), оба они относятся к условному жанру «фильм о современности ГДР», которая, как любая современность, стремительно уходит в историю. Если первый фильм – это трагикомедия о скульпторе, который переживает кризис из-за того, что его работы не находят горячего отклика, то второй – это большой политический фильм о разделенной Германии. Но с точки зрения историка именно «Голый на стадионе» полон замечательных деталей повседневной жизни в ГДР, рисуя ее упорядоченной и спокойной. Мне очень понравился авторский юмор и то, что я уже могу увидеть гиперссылки – рабочий, чью голову лепит главный герой, работал на том самом предприятии в Висмуте. И одержимость Вольфа Великой Отечественной видна, в печальных нотах разговора о Бабьем Яре.
«Расколотое небо» тоже крайне интересный фильм. Сюжет говорит о том, что несмотря на стену, немцы по эту ее сторону пытались понять – как им жить с теми немцами. Действие происходит до возведения стены, и главная героиня, когда ее возлюбленный не возвращается из командировки в Западный Берлин, просто едет проведать его, но потом принимает решение вернуться на Восток. Любопытно тут то, что об этом, о побегах на Запад, о западном вещании на ГДР, о том, что западные концерны легко воруют ноу-хау и перекупают специалистов, говорят открыто и недвусмысленно. Трудно не сделать вывод, что это правильный подход, проблемы, как Воландеморта, стоит называть по имени. Кстати, автора книги, легшей основу фильма, если верить Пауэллу, сильно прессовали после объединения Германий.
Прелесть «Расколотого неба» именно в жестко ограниченном времени и месте действия. Герои во время ходовых испытаний едут в купейном вагоне (с русскими надписями, готовят к экспорту в СССР) и на остановке узнают о полете Гагарина (Вольф прерывает фильм эпизодом старта ракеты). Позже герои на заводе обсуждают, что нужно пережить август и сентябрь (1961-го, строительство «Антифашистского оборонительного вала»). Эта неореалистическая привязка пытается сделать фильм хроникой или документом, чему противится Пауэлл со своими комментариями.
Беру обязательство раскопать на просторах сети оставшиеся фильмы, ранние, которые Пауэлл сравнивает с советскими комедиями 30-х. Хороший Конрад Вольф был человек, судя по всему, стоит отдать ему должное.
P.S. На обложке красивый кадр как раз из "Расколотого неба".
47 понравилось
