Сценаристка

Светлана Павлова

Жанры

Купить эту книгу

Электронная

399 ₽320 ₽

Купить-20%

Аудио

339 ₽272 ₽

Купить-20%

Рейтинг LiveLib

4,2

946 оценок

5
46%
4
40%
3
11%
2
3%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 1066Хотят прочитать 524

Рецензии

julia1efr
17 декабря 2025
"Я талантливая, я женщина, я жива", или Трое мужчин сценаристки Зои

После того, как я стала читать все подряд, особая моя благодарность - авторам, пишущим легко. То есть таким, которых читать легко. Которые пишут для читателя. Нет, в серьёзность я тоже могу. Но когда легко - сразу на душе так светло, радостно и свободно. Спасибо вам, Светлана Павлова, за мой душевный подъем!))
Книга была проглочена за день. Рабочий, заметьте, день! И это вовсе не про то, что мне на работе делать нечего) Просто было очень интересно читать.
Предыдущую, "Голод", прочитала тоже легко и с удовольствием (хотя темы там подняты очень непростые, один пронзительный момент помню до сих пор, он навсегда со мной) .

Итак, мужчинами сценаристки Зои были: рафинированный сноб-музыкант из очень интеллигентной московской семьи Ян, простой работяга-гопник Андрей и коллега по сценарному цеху Виталик.
Однако книга все же не о построении отношений. В моем представлении, в романе дан социальный срез современного московского общества с интересными типажами. С которыми невозможно построить полноценные отношения. И закрадывается мысль: а может, ну их, эти отношения?
В этот момент важно не потерять веру в чудо. Ибо что это, если не чудо - найти своего человека, с которым уютно, тепло и не нужно ничего из себя изображать. Я сознательно избегаю слово "любовь", потому что это больше, чем чудо.
"...а как часто на вечеринках она слышит разговоры о любви? Именно о безумном чувстве, страсти, нежности. Нет, в основном говорят об отношениях – о том, как их улучшить, сделать здоровыми или правильно прекратить".
Увлекательно описана сценарная кухня. Я представляла этот процесс как написание книги, но, оказывается, все по-другому: жёстче, брутальнее, похоже на мясорубку. И я не понимаю, как сценаристы могут вычеркивать написанные куски, ведь когда сама что-то пишешь, кажется, что это гениально, это же как резать по живому)
Однако отношения, тема ВИЧ и сценарное дело - это лишь фон для основной линии романа: как понять, что ты реально хочешь (не окружение, а ты), почему ты выбираешь общение и отношения с теми или иными людьми, какие дыры они закрывают (и закрывают ли), верным ли путем ты идёшь, куда он ведёт, зачем и почему. Впрочем, последняя фраза про путь - перебор. Достаточно знать хотя бы направление.

Читать далее
95 понравилось
2,3K
Bookovski
19 ноября 2025
Настало время признать: мне сильно не хватает нормального чиклита. Что я подразумеваю под «нормальным»? Как минимум реалистичный чуть больше, чем история о том, как колумнистка могла себе позволить коллекцию туфель Manolo Blahnik, да ещё и не с ресейла, и совсем не обязательно с хэппи-эндом в виде свадьбы в платье от Vivienne Westwood. Героиню хотелось бы не совсем тупую, чтоб при чтении не задаваться вопросом о том, как она к тридцати ещё не пала жертвой собственного идиотизма, юмор действительно смешной, реальность узнаваемую и, если уж совсем размечтаться – описание мужских персонажей не только как потенциальных принцев-спасителей, без которых для женщины жизнь не жизнь, а унылое существование. В общем, хочется, больше таких романов, как «Сценаристка» Светланы Павловой.
История Зои началась с игры с друзьями в «я никогда не…», во время которой она призналась, что никогда не сдавала анализ на ВИЧ. Натерпевшись чужих укоризненных взглядов и собственных ипохондрических мыслей, уже на следующий день женщина пошла в ближайшую лабораторию, прокручивая в голове события последних лет, среди которых были отношения с:
мечтающем о славе Теодора Куртензиса студентом консерватории Яном, бабушкиной радостью и человеком, благодаря которому Зоя узнала, что в среде московской интеллигенции, оттопыривающей мизинец, никто не знает Монеточку,
гоповатым Андреем, способным починить, кажется, всё и вполне годящимся для покатушек под Любовь Успенскую или просмотра «Слова пацана», но совершенно не подходящим для любых разговоров, в которых не принято называть собеседницу «мать» или «краля»,
воплощением избегающего типа привязанности Виталиком, готовым положить жизнь на алтарь отрицания любого мейнстрима и не шеймящим за любовь к «Кровостоку», но зато очень даже шеймящим за любое проявление романтических чувств и сентиментальности.
С самого начала читателю известно, что все трое мужчин для Зои в прошлом, но это отнюдь не делает знакомство с деталями закончившихся ничем романов скучнее. Наоборот: мужские типажи, живые и узнаваемые, как раз и есть самое интересное в тексте. После главной героини, конечно.
Зоя – пример идеальной героини современной прозы, совершенно не готовой быть голосом поколения, но вполне годящейся для демонстрации его типичного российского представителя. Мамблкор и интервью с Дудём, Агутин и «Пыяла», неприятие политической аморфности и неготовность причислить себя к отказавшимся от эмиграции «сервильным жертвам компромисса». У неё в шкафу – счастливые трусы, на полках – книги «Издательства Ивана Лимбаха» и Ad Marginem в виде декора. Она боится маловероятного вируса, но совершенно не переживает, находясь в токсичных отношениях. Светлана Павлова в очередной раз сделала так, что читательница, может, и не больно-то хочет идентифицировать себя с героиней, но совсем избежать этого просто не может.
В вышедшем два года назад «Голоде» Павлова познакомила нас со считающей калории и ненавидящей своё отражение Леной. Теперь в «Сценаристке» Зоя считает бывших и ненавидит себя за бесхребетность в вопросах использования контрацепции. Обе они как умеют, с помощью весов и Google-таблиц, пытаются контролировать царящий в их личной и рабочей жизни хаос, провоцирующий всё новые и новые волны тревожности. Естественно, как корень проблем Лены был вовсе не в лишнем весе, так и в случае Зои он совсем не в мужчинах, и, конечно, героинь этих романов объединяет вовсе не реальная или мнимая болезнь, а хроническая неуверенность в себе. Всё вокруг заставляет их быть «в потоке», «в курсе», «на терапии» и «с самоиронией», но никто никогда не объяснял, что делать, когда «поток» вдруг сносит так, что теряшь трусы и забываешь дышать. Если «Голод» под всеми слоями его иронии был романом о том, как не «сожрать» себя, то «Сценаристка» посвящена тому, как перестать наконец себя выдумывать под запросы каждого оказавшегося рядом. Тот самый современный нормальный чиклит про нашу ненормально тревожную реальность.
Читать далее
58 понравилось
1,8K
Santa_Elena_Joy
3 марта 2026
֍ ПРИХОТИ ОСНОВНОГО ИНСТИНКТА, или «ПАРВЕНЮ С ЗППП» ֍

«Зачем это всё было? В богему не приняли, замуж не взяли, зато, быть может, ЗППП теперь имеется. Получается, так и осталась парвеню. Парвеню с ЗППП.»
(Светлана Павлова. «Сценаристка». 2025)
«Зоя снесла все приложения для знакомств, нащупав внутреннюю уверенность в том, что ей уготовано что-то другое, было написано: "Комфортабельный собеседник, заботливый бойфренд".
Парень был симпатичный, просто Зое не хотелось, чтобы повстречался очередной "бойфренд".»
(Светлана Павлова. «Сценаристка». 2025)
Наблюдать деградацию любовных отношений, которые со временем утратили первое слово — «любовные» из словосочетания «любовные отношения», оставив куцее — «отношения», лучше на примере современных художественных произведений. Не так болезненно, как в реальной жизни, на примерах знакомых и родственников. Да и рассмотреть более пристально «любовный ампутант», в который превратилась любовь, всё же лучше, прочитав книгу по такой теме.
Что сегодня происходит с нынешними 30-летними на «любовном фронте», когда мир переживает расцвет эпохи потребления, — об этом можно поразмышлять, если прочитать книгу Светланы Олеговны Павловой — «Сценаристка» (2025). Правда, взгляд будет односторонний, женский, — глазами главной героини Зои, нашей современницы. Подходящее имя для рассказанной истории. Зоя — значит жизнь, жизненная.
Итак, Зоя и её три «бойфренда». О как! Не любовники. Не сожители. Бойфренд — особь мужского пола, предназначенная для «дружеского секса». Мальчик — друг. Их у Зои было, конечно, гораздо больше трёх: Зоя френдить с мальчиками начала очень рано. Поэтому всё повествование разворачивается на фоне заболеваний, передающихся половым путём, а именно ВИЧ. Можно сказать, что к персонажам: Зоя, Ян, Андрей и Виталик добавляется неодушевлённый, но весьма живой персонаж — ВИЧ. Выходит этакое «парвеню с ЗППП».
Зоя не знала, что ведёт весьма рискованный образ жизни. При таком поведении оптимально — сдавать тест на ВИЧ раз в полгода. Зоя не сдавала ни разу. Когда это выясняется, начинается «разбор полётов»: молодая сценаристка детально вспоминает свои отношения с каждым из последних трёх бойфрендов.
****
Весьма символично, что автор для главной героини выбрала профессию сценаристки: Зоя пишет сценарии для кино. У меня, например, возникла аллюзия на написание сценария собственной жизни. Ну, хотя бы синопсис должен быть. Зоя об этом не задумывалась…
Весь сценарий прожитой Зоиной жизни до сдачи теста на ВИЧ можно было бы уложить в очень краткий слоган: куда кривая вынесет. И всё произведение Павловой Светланы можно было бы разглядеть как небольшую нравоучительную притчу, убрав словесную шелуху из сленга: профессионального киношного, тинейджерского уличного, сдобренного ядрёной обсценной лексикой (мат, брань), а также интернет-лексикой (неофициальная форма языка).
«В Зоиных кругах так было не принято: обстебут за патетику.»
Мне представляется такой подход к тексту непрофессиональным, вульгарным — упрощенным, рассчитанным на привлечение внимания невзыскательной читательской аудитории, словно автор заигрывает с необременённым интеллектом читателем: «Смотрите, какая я своя в доску!» А в общем, такой подход обедняет русский язык и прививает привыкание к некачественной художественной литературе — с такими-то «художествами».
«Зоя и сама давненько думала о том, что демократизация культуры — это, конечно, хорошо, однако идея объяснять искусство через рилсы и добавлять «простыми словами» в каждом гугл-запросе немного унижает человеческое достоинство.»
Кроме того, текст чересчур плотный: неудобочитаемый. Диалогов мало. Зато много ненужной информации, которая нигде «не выстрелила». Можно было пропускать плотные куски, не читая. От этого идея произведения оставалась неизменной.
Главное, интрига произведения слабая. Заразилась или нет главная героиня ВИЧ? Теперь уже не важно. Если заразилась, то сегодня этим никого не удивишь. Поздно спохватилась. Почему не купила в аптеке экспресс-тест? Павлова об их существовании не ведала? Не морочила бы голову ни Зое, ни читателям …
Зато похоже на автофикшн. Но ценности роману это обстоятельство вряд ли добавляет. Девушка из провинции, стремящаяся выйти в люди и заодно обрести женское счастье и крепкий тыл. По сути — волчица в овечьей шкуре. «Тёмненькая, как чернозём», — такую ей характеристику даёт бабушка Яна, московская аристократка. Тёмненькой обычно называют лошадку. И мы знаем, что подразумевается под этой идиомой.
Не с того, с чего бы надо, начала своё восхождение Зоя. И как сценаристка, разбазаривающая по началу свой талант, и как женщина, надеющаяся найти любимого, но довольствующаяся бойфрендами.
Жаль, что читатель не увидит, не сможет почувствовать, что собой представляли мужчины Зои. Это она — волчица — представила нам Яна как рафинированного, самовлюблённого нарцисса. Андрея — добрым, заботливым, но раздражающим до нетерпимости увальнем. Виталик у неё пройдоха, бабник, карьерист… А других мужчин Яна не была достойна: хватала то, что само в руки плыло. А что само в руки плывёт?..
Идея романа — взросление героини. Смотрите, какое позднее созревание! Это хорошо подмечено автором. Период инфантилизма в наше время сильно увеличился. После 30-ти Зоя только начала что-то понимать.
«Чувство собственного достоинства продолжало расправлять крылья.»
Основной инстинкт — это лишь инстинкт. Любовь — гораздо больше. На инстинкте ничего крепкого и достойного не построишь. Разве что только отношения.
Счастливую жизнь даёт любовь. Но в неё перестали верить, потому что она не ко всем приходит. Можно ждать долго. Но так и не дождаться. А ждать мы не хотим. Ждать в эпоху потребления, когда есть всё? Когда с младых ногтей завалены игрушками, получаем что угодно — только пальцем ткни! Кое-чего важного и ценного могли бы и не получить, но мальчики получают с лёгкостью: сами даём, а потом обижаемся … на Янчиков и Виталиков. А Андреев нам не надо — не наш уровень. Не любим.
Итак, что я получила для себя в сухом остатке? Слабую, вялотекущую историю с раздутым текстом, который бьёт грязным языком наотмашь. Но смысл есть. Может, кто-то задумается. Родители о том, что девочек беречь надо с самого раннего возраста. Девочки о том, что лучше себя их никто не сбережёт. Утопия? Наверно...
Читать далее
43 понравилось
402