Человек-зверь. Жерминаль

Эмиль Золя — один из столпов мировой реалистической литературы, основоположник и теоретик натурализма, увлеченный исследователь повседневности, страстный правозащитник и публицист, повлиявший на все реалистическое направление литературы XX века. Его самый известный труд — эпохальный двадцатитомный цикл «Ругон-Маккары», раскрывающий перед читателем бесконечную панораму человеческих пороков и добродетелей в декорациях Второй империи. Это подлинная энциклопедия жизни Парижа и французской провинции ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

12 оценок

5
42%
4
50%
3
8%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 11Хотят прочитать 76

Рецензии

Anastasia24625 февраля 2025 г.
"И если справедливость для человечества невозможна, пусть тогда человечество погибнет..."
Этой книги, этого замечательного романа от давно обожаемого мною Золя не могло не случиться в моей жизни. Странно лишь, что мы с ним так поздно встретились - спустя энное количество книг, не оставивших в душе почти ничего, не всколыхнувших сердце, как вот эти многочисленные строки французского классика. Я из той шахтерской династии, где последнее воскресенье августа едва ли не главный праздник в году, ведь именно в этот день в России, как известно, отмечается День шахтера. Профессия углекопа для меня одна из самых уважаемых в жизни, рассказы о работе в шахте - это что-то святое, как и рассказы о тех предках, что погибли когда-то под ее обвалами... Ну вот как мы могли разминуться с данной книгой Золя? Эта встреча давно была уже предрешена, а книга тем временем упорно дожидалась своей очереди...
Мне интересно в ней было абсолютно все - немаленький объем содержимого улетел в считанные дни, настолько меня поглотила ее суть. Да, не скрою: первым делом эгоистично хотелось искать те крупицы сведений о быте и работе французских шахтеров девятнадцатого века, чтобы сравнивать с чем-то известным по рассказам родных из века двадцатого (в плане оплаты труда условия работы в шахтах, конечно же, изменились в лучшую сторону, однако профессия эта до сих пор остается одной из самых опасных для жизни и вредных для здоровья). Вот только, как оказалось, книга вовсе не об этом. Золя не был бы классиком, если бы мыслил чересчур узко и приземленно. Он не стремится. думается мне, показать отдельный пласт какой-то выбранной им профессиональной деятельности и людей, ее представляющих. Нет, его, по всей видимости, интересовало гораздо более глубокое, важное и, как ни странно, до сих пор актуальное... Жизнь в ее проявлении и многообразие человеческих страданий. На примере шахтеров это было бы можно сделать ярче, что, собственно, и сделал Золя. Прошу заранее простить за излишнюю, быть может, патетику, но по-другому попросту не умею: эта книга о поиске справедливости, о кровавой борьбе за равенство и достойные условия труда, книга о человеческой стойкости и невероятной силе духа. Все сказанное сейчас может показаться кому-то общими словами (да и покажется, скорее всего), но без этого сложно понять сюжет и посыл книги... Без этого сложно понять обращение автора к шахтерской теме и особенность (уникальность) данного романа в творчестве Эмиля Золя.
... Мы встретились не после долгой разлуки: я ведь регулярно читаю что-то из его творчества. Мы встретились не спустя годы или десятилетия, как у меня было с некоторыми авторами, по ошибке когда-то закинутыми в нелюбимые.
И все же я была несказанно удивлена: Золя ли это? Золя для меня - это изображение людских пороков и нищеты, страданий, сложных выборов и решений в человеческой жизни, это дно жизни (в прямом и переносном смыслах). И многое, многое другое. Повторюсь: Золя слишком глубок и любопытен, чтобы показывать нам какую-то одну сторону или тему жизни. Я ожидала многого, но отчего-то совсем не ждала встречи с социализмом! Не ждала рассуждений о Марксе и Прудоне, Интернационале, не ждала стачек рабочих, раздачи членских билетов и кассы взаимопомощи... Не ждала, но и не расстроена прочитанным. Напротив, вочередной раз убедилась, что даже любимые и, казалось бы, давно знакомые авторы могут удивлять. Приятно удивлять.
Начиналось все, впрочем, у Золя классически - в его любимом стиле, излюбленной тематике, привычных интерьерах и не менее привычных эмоциях. Ветхие бараки рабочих, огромные семьи, крайняя бедность, часто доходящая до откровенной нищеты, изнуряющий труд и при этом невозможность обеспечить собственной семье сносные условия существования (я уж не говорю о комфорте...) - вот именно таким предстает перед нами и перед главным героем романа Золя (Этьеном) небольшой шахтерский поселок Двести Сорок.
Немного, пожалуй, отступлю от темы: меня такие книги всегда отрезвляют. Можно сколь угодно жаловаться на нынешнюю жизнь, но когда ты читаешь про то, как 10-летних отправляют на работу в шахту, на глаза наворачиваются слезы, помимо воли. Когда читаешь про то, как хозяйка дома делит жалкие заработанные гроши (су), чтобы прокормить семью, в которой девять ртов (муж, жена, дети, свекор...), а денег не хватает... Это страшное зрелище. Вот умеет Золя все-таки пронять сердца. Мне за то и "Западня" его когда-то полюбилась - вот за именно этот шквал эмоций. Страдают в книге, но будто бы вместе с ними страдаешь и ты, до того ярко все описано у классика...
Возвращаясь к сюжету... Мы видим глазами Этьена эту безрадостную жизнь и тоже, подобно ему, задаемся вопросом: "А можно ли что-то изменить здесь к лучшему?" Рецепт улучшения покажет жизнь и сам роман, а вот верным ли будет этот рецепт, мы узнаем в конце книги. Любопытно было читать во французском романе обо всех этих стачках, спорах о том, каким путем лучше достигать преобразований - эволюционным или революционным... Удивительно было встретить на страницах книги персонажа из России, живо напомнившего мне отчего-то Базарова: тот, помнится, отрицал, а Суварин вот хочет все разрушить ("Весь мир насилья мы разрушим, до основанья, а затем..." - вот это я проигрывала мысленно в уме и в памяти, когда читала эпизоды о беглеце из России...). Роман Золя напоминал мне и книги Максима Горького, "Поднятую целину" Шолохова, "Подлиповцев" Решетникова, прочитанную в позапрошлом году книгу о Ленском расстреле... Добро пожаловать в мир моих странных книжных ассоциаций, когда яркие драматические сцены, прочитанные у Золя, рождали воспоминания об аналогичных сценах из книг других писателей. Здесь вообще много от русской классики, как мне показалось.
Золя ясно показывает нам, как ожесточаются души в этой ужасающей нищете. Когда самые близкие становятся друг другу самыми грубыми и бесчувственными. Автор не оправдывает такого поведения, но и, пожалуй, учит не судить их слишком строго - очень уж многое им пришлось пережить.
Люди, не живущие, а выживающие - вот в этой скученности, грязи, жизни на виду, озлобляются, порою теряют человеческое, вот эта выматывающая жизнь превращает в зверей, когда у тебя нет времени подумать о духовном, чуть отдохнуть, поиграть с ребенком, сказать ласковое слово жене. Вот эта вечная гонка за жалкими 30 су, эта работа с четырех утра в шахте, без света, полулежа, потому что не выпрямиться там в полный рост, это вечные болезни углекопов, эти ссоры и свары с соседями, эта зависть и ненависть к дирекции шахты, урезающим и без того низкое жалованье за малейшие огрехи... Человек рождается для счастья (должен рождаться!), но только не здесь - здесь они рождаются для страданий, для все той же нищеты - мать, поглядывая на своих 5-летних детей, приговаривает: "Эх, жаль еще маловаты для работы в шахте!.."
Дети, эти бесконечные дети... Самим нечего есть, а поток детей не прекращается (вот, кстати, еще одно из преимуществ нашего времени по сравнению с романом Золя) и все ведь хотят есть... И горькие слова одного из героев бьют в самое сердце: "Эх, девушки! Да зачем же вы рожаете очередную нищету! Вам бежать от всего этого надо, а вы..."
Или сцена в романе, когда покалеченного юношу, пострадавшего от обвала, приносят в дом к его матери, а она начинает тут же причитать на всю улицу: "Да что же я с ним теперь делать буду! Он же работать больше не сможет!" (не сможет работать - не сможет зарабатывать те самые су...)
Помните "Подлиповцев"? Ребенок впал в летаргический сон, и его похоронили. На кладбище услышали крик из могилы, но раскапывать не стали: лишний рот в семье...
Страшная книга. А когда в жизнь героев (они же реально все герои, раз могут выживать в таких нечеловеческих условиях) врывается свежий ветер социализма с его надеждами на будущее, становится как будто светлее. Как будто веришь вместе с ними, что когда-то что-то на земле изменится наконец-то к лучшему...
И как же горько всегда падать с небес на землю...
Шокирующая концовка испепелила сердце. До счастья мы опять недотянули...
Чувствую, сегодня в полку моих любимых книг от Золя прибыло: эй, "Дамское счастье", "Человек-верь" и, конечно, "Западня", подвиньтесь. Сейчас одним из любимчиков точно стал и "Жерминаль". Я слишком долго к нему шла, но ожидание того стоило. Один из самых прекрасных, глубоких, многогранных, трагических романов. Тех книг, что берут за душу уже на первых страницах и уже не отпускают. Тех книг, что учат состраданию и благодарности. Тех произведений, что учат ценить жизнь и доступные нам, в отличие от героев французской классики, ее блага.
Роман о социальной несправедливости, непростых отношениях в семье (семейство Маэ, так живо изображенное Золя, до сих пор стоит у меня перед глазами. Маэ, лучший работник шахты когда-то соблазненный пришлым Этьеном социалистическими идеями, его жена, чья красота слишком рано поблекла - в 39 лет у нее уже 7 детей, их дочь Катрин, с 10 лет работающая в шахте...), роман о тщеславии и человеческой черствости, роман о фанатизме, роман слишком о многом, чтобы мне было возможно обо всем рассказать в рамках одной рецензии.
Его надо читать, а не слушать мои досужие размышления о нем. Он слишком прекрасен, чтобы не прочитать его, отложив в долгий ящик.
Его точно стоит прочесть.
Из интересного. Приступая к чтению этой книги Золя, придирчиво выбирала перевод романа. Обнаружила в ходе своих поисков перевод Дмитриевского и другой перевод - Немчиновой (советские еще переводы). Читала в переводе Дмитриевского, очень понравилось. Всем рекомендую, хотя, конечно, дело вкуса. Кстати говоря, плюс советских изданий еще и в наличии иллюстраций к тексту, делающих чтение еще более атмосферным.
Роман Золя - сразу в топ месяца. В виш-лист тем временем добавляются кронинские "Звезды смотрят вниз" (по слухам, там тоже речь пойдет о шахтерах). Если знаете что-то достойное на эту тематику, смело советуйте в комментариях.
Вот такой была моя очередная встреча с творчеством Эмиля Золя. Как всегда, порадовал слогом и стилем, яркими персонажами и жестокой правдой жизни, от которой не нужно уворачиваться... Неожиданный Золя, непривычный, но оттого, быть может, и встреча получилась столь яркой и запоминающейся.
Читать далее
252
2,2K
Anastasia24623 ноября 2024 г.
Начну в этот раз, пожалуй, я без долгих подводок и вступлений: прочитанная на днях книга от французского классика, давно знакомого и столь же нежно любимого (в сердце до сих пор его "Дамское счастье" и "Западня" - рекомендую, кстати, если еще не читали), оглушила, подобно летящему на всех порах поезду, не давала опомниться, перевести дух и хоть как-то собраться с мыслями (я и сейчас, чувствую, до конца с ними не разобралась: дочитала роман еще вчера и все еще в состоянии шока). В романе меня встретил непривычный, неожиданный, неожиданно страшный и мрачный в своих прогнозах и оценках настоящего Эмиль Золя. Шокирующий, потрясающий, заставляющий о многом задуматься (даже помимо собственной воли). Золя для меня всегда драма, накал психологических конфликтов, переживаний, желание героев лучшей жизни для себя и выбиться в свет любой ценой, нездоровая, часто одержимая любовь. Но криминал! Триллер! Расследование кровавых разборок! Вот уж никак не ожидала увидеть все перечисленное - умеют все классики удивлять! Я вновь ошиблась дверью (ну как с Музилем), полагала я, когда открывала роман и погружалась в чтение этой непростой леденящей истории: мне слишком явно чудились здесь Достоевский с его "Преступлением и наказанием" и Толстой с его знаменитой "Карениной" (надо бы, по-хорошему, перечитать наконец-то эти знаковые для русской литературы вещи. Зимой, мне кажется, должно хорошо попасть в атмосферу и настроение). У Льва Николаевича, правда, поезд все же больше метафора и символ. У Золя он еще один участник этой запутанной драмы под названием "Жизнь".
Я упорно искала в этой книге что-то светлое: должен же быть свет в конце тоннеля, не правда ли? Нет, не счастливого ванильного хэппи-энда, где все довольны, как семья из рекламы майонеза. Нет, я искала для себя примеров стойкости, воодушевляющие примеры людей, которых среда, окружающие, обстоятельства и прочее не сделали монстрами. Постепенно, по мере чтения, выяснялось жутко: в мире Золя это просто-напросто невозможно - остаться человеком. Нормальных и, в принципе, даже хороших персонажей беспощадная среда делает зверьми, поступающих исключительно по собственному благоволению и не задумывающихся нисколько о чувствах остальных. Рубо, Северина, Жак, Флора... Да ведь не были они изначально негодяями, мерзавцами, больными выродками! Не были! В отличие, к примеру, от того же Гранморена...
Даже хороших людей среда ломает, отупляет, выкидывает на свалку истории, вытягивает все жилы и все хорошее, что еще когда-то зиждилось в них, манит к порочному, обещая каждому свое. Кому-то - забвение от боли, кому-то - возможность отомстить за совершенное в отношении них когда-то зло, кому-то - богатство, кому-то - счастье и любовь... Вот только, разумеется, не дает даже крохи из обещанного: свершившаяся кровавая месть не приносит удовлетворения, равно как и богатство, полученное неправедным путем, боль тоже лишь разгорается с новой силой. Мертв он, твой обидчик, мертв, но что толку вынашивать планы мести и осуществлять их, если мыслями ты в прошлом и оно для тебя реальнее настоящего?
На страницах романа Золя чувств героев и читателей не берегут. Не нарисует вам автор радужную картинку, не выдаст розовых очков, не подарит надежды. Здесь убивают (жестоко и с умыслом, неслучайно), насилуют (даже несовершеннолетних), грабят, сажают нож в тело и в душу, лишают слабого огонечка надежды на правосудие. Последнее никогда не свершается в пространстве романа человеческой рукой. Оно свершается свыше, божественным провидением и будто бы карой (мне так кажется) за все грехи. Вероятно, на небе виднее. И решения там принимают скорее...
С невероятной скоростью проносился мимо меня этот состав, унося чьи-то надежды и мечты, а возможно, лишь приближая чью-то смерть... Книга же намертво отпечатывалась в душе, тихо нашептывая "что посеешь, то и пожнешь".
Безусловная пятерка, попадание в личный топ ноября и рекомендация от всего сердца тем, кто не боится тяжелых книг.
Читать далее
248
2,7K
Yulichka_230423 февраля 2025 г.
Человек человеку зверь
Роман "Человек-зверь", семнадцатый по счёту, считается одним из самых удавшихся в цикле о Ругон-Маккарах. В нём Золя посвятил своё творческое исследование влиянию наследования черт предков на жизнь человека, желая тем самым доказать, что наследственность и происхождение человека играют решительную роль в становлении его личности, тогда как влияние окружающей среды и конкретных обстоятельств являются лишь вспомогательными факторами.
Особенно хорошо мы видим применение данной концепции в создании образа Жака Лантье. Жак – машинист локомотива. Он молод, честолюбив, обожает свой паровоз, который ласково называет "Лизон". Он на хорошем счету у начальства и легко ладит с людьми. И здесь Золя показал, что никакие приобретённые черты, навыки и знания не могут повлиять на врождённые человеческие инстинкты. И предрасположенность Жака к убийствам – красочное тому подтверждение. Вообще Золя изначально планировал отдать роль маньяка-убийцы другому персонажу. Жака Лантье даже не существовало в начальном списке героев, составленным писателем до начала работы. Однако введя нового персонажа, сына алкоголиков Жервазы и Огюста Лантье, Золя тем самым дал семейному древу Ругон-Маккаров дополнительный, хотя и негативный, потенциал.
Лантье далеко не единственный "зверь" в этом романе. Но если он, в силу генетических факторов, усиленных природными инстинктами, чисто физически не может не убивать, то остальные персонажи обнаруживают свои преступные наклонности, имея вполне конкретные мотивации, обусловленными обстоятельствами. Да, Жак – убийца, но он не действует хладнокровно, разработав заранее безупречный план. Он действует под влиянием минутного помешательства, осознавая всю "животную" сторону своего психического отклонения.
Если же мы будем рассматривать действия Северины, Рубо, Флоры, Пекэ и остальных – ими движут вполне приземлённые желания. Так, к примеру, Рубо убивает Гранморена из ревности и мести, узнав, что тот лишил невинности его жену, когда той было всего пятнадцать (из той же мести, на этот раз жене, он заставляет и её участвовать в преступлении); Пекэ задумывает покушение на Жака, считая, что тот имеет виды на его Филомену; Северина планирует хладнокровное убийство Рубо, потому что тот мешает её счастью с Жаком; а Флорой, ставшей виновницей масштабной катастрофы, двигало желание разъединить счастливых любовников.
У Золя не спасается никто. Ни в прямом, ни в переносном смысле. Он не оставляет пороку шансов на выживание, истребляя его его же методами. Писатель хочет показать, что разрыв между человеческой природой и его рациональной сущностью приводит к внутреннему конфликту, неизбежно ведущему к деградации и потери человеческого облика. Также в романе хорошо показано противопоставление технологического мыслительного прогресса премордиальным инстинктам.
В этом произведении важно не только искусное умение писателя проработать образ героев, но и вдумчивый подход к созданию антуража. Создавая роман, Золя много времени провёл, наблюдая за поездами и за спецификой работы железнодорожников. Он посещал парижские вокзалы, рисовал и описывал структуры мостов. Он также изучал подлинные уголовные дела, чтобы лучше понять работу судебной системы того времени. Так что можно смело утверждать, что "Человек-зверь" – прекрасный роман, который великолепно характеризует все самые сильные авторские качества.
Читать далее
144
820

Все рецензии

Цитаты

Miuli13 ноября 2018 г.
- Ах, дорогая моя, не в деньгах счастье! -(г-жа Боннегон).
Действительно, будучи всегда богатой, она проявляла величайшее бескорыстие. С утонченностью красивой, избалованной женщины она старалась доказать, что единственный смысл жизни только в красоте и любви.
42
1,1K
arambad17 июня 2021 г.
...люди, к сожалению, не изобрели еще способа жить без еды.
29
3,2K
manuello29 января 2012 г.
Никогда вы не будете достойны счастья, пока не перестанете гнаться за собственностью и пока ваша ненависть к буржуазии будет вызываться только бешеным желанием самим сделаться буржуа.
27
6K