Творцы истории

Монументальный свод Ричарда Коэна, описавшего пути развития историографии за четыре тысячелетия, убедительно показывает нерасторжимую связь личных судеб людей, оказавших заметное влияние на наши сегодняшние представления о прошлом, с той картиной исторического процесса, которую они создавали. Автор прослеживает эту фундаментальную закономерность от зарождения исторического сознания в античности до современных исторических сериалов.

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

2595 ₽2199 ₽

Купить-16%

Бумажная

2595 ₽2199 ₽

Купить-16%

Рейтинг LiveLib

4,1

6 оценок

5
50%
4
17%
3
33%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 7Хотят прочитать 93

Рецензии

ELiashkovich
1 мая 2025
Одним из эпиграфов к работе Ричарда Коэна стала фраза Эдуарда Карра "Прежде чем изучать историю, изучите историка". Это редкий случай, когда эпиграф действительно к месту: если смысл "Творцов истории" нужно было бы передать одним предложением, то фраза Карра как раз была бы неплохим вариантом.
Коэн, что логично, полностью согласен с эпиграфом. Он убежден, что на наше восприятие истории влияют не только всевозможные источники, но и личность того, кто этими источниками пользуется. Поэтому учитывать биографию автора при работе с исторической литературой крайне важно, а тем, кто с этим не согласен, Коэн рассказывает во введении о британском медиевисте Дэвиде Ноулзе. Тот создал несколько выдающихся работ по истории английского монашества, где убедительно доказывал, что Генрих VIII молодец и что монашество заслуживало ликвидации. Работы Ноулза были настолько хороши, что их регулярно цитируют и сегодня. Однако потом Коэн рассказывает, что Ноулз... сам был монахом, рассорившимся с орденом из-за скандальной связи с женщиной. И согласитесь, что после такого уточнения к объективности исследований данного историка возникают кое-какие вопросы.
Дальше Коэн идет по списку великих историков и показывает, как их биографии могли влиять на то, что они писали. Материала куча: тут и стандартные Геродот с Фукидидом, и римляне, и авторы Библии, и Гиббон с Маколеем, и Ранке со школой "Анналов", и даже отдельные главы про историков-марксистов, темнокожих историков и историков-женщин. Есть главы про исторических романистов вроде Гюго и Толстого, про тележурналистов вроде Тейлора и Шамы, и даже про историков-пропагандистов есть, в том числе российских. В общем, настоящее пиршество: где еще, кроме глубин интернета, можно почитать о Барбаре Такман, ибн Хальдуне, Марке Блоке и Сесиль Веджвуд? Откуда еще узнаешь, что Гиббон был феноменально уродлив и толст, а Маколей — до смешного тщеславен? Как еще выйти на размышления о том, что среди великих историков как-то непропорционально много болезненных ребят с перекореженным детством (к примеру, Джон Киган страдал от ревматизма костей и провел значительную часть юности в специальном корсете)?
Занимательности книги сильно способствует юмор автора, а также его объективность: например, он позволяет себе покритиковать темнокожих историков за чрезмерную однобокость в выборе тем, а еще рассказывает про то, как именитая женщина-историк Дорис Кирнс-Гудвин прибегала к плагиату. Неожиданные моменты от западного автора в 2025 году, прямо скажем. Впрочем, белым мужчинам тоже прилетает — например, про горячо мною любимого Кигана говорится, что в конце карьеры он в целях наживы стал гнать изрядную халтуру, сообразив, что книги с его именем на обложке отлично продаются и так, и что в архивах больше можно не убиваться.
Портили все это великолепие лишь несколько моментов. Во-первых, странная склонность автора по делу и без лепить сноски, имеющие мало отношения к основному тексту. Из-за этого часто приходилось переключаться между разными ветками и без того не самого легкого повествования, что вызывало некоторое раздражение. Во-вторых, чисто субъективно показалось, что мимо книги не по делу пролетело несколько весьма заметных персонажей вроде Сыма Цяня, Лоренцо Валлы или Арнольда Тойнби. В-третьих, что более критично, книга довольно скверно вычитана, чего ранее за "Corpus'ом" не водилось. Очень много опечаток, есть и фактические ошибки, а во второй половине книги и вовсе начинает появляться много уточнений [в квадратных скобках] — выглядит так, что в финальную версию книги попали какие-то рабочие заметки переводчика или корректора. Для книги с такой ценой подобное кажется неприемлемым.
Более щепетильный читатель, возможно, отнял бы за такие шалости один балл, но я так все же не поступлю — уж больно порадовала сама книга. 5/5, дико рекомендую всем историкам и сочувствующим.
Читать далее
26 понравилось
482
reader-12633835
14 декабря 2025
Что значит быть историком?
Этот весьма объемный труд с многочисленными сносками и сотнями незнакомых имен затягивает не хуже приключенческого романа. Начинается он, как водится, с античности: Геродот, Фукидид, Тит Ливий, Юлий Цезарь. Много внимания автор уделяет Библии - литературному сочинению и историческому документу.

Взгляд на Библию как на абсолютную выдумку, оторванную от исторической действительности, столь же ошибочен, как и буквальное ее понимание
Интересно, что история как наука довольно молода: лишь недавно мы стали считать прошлое достойным изучения и осмысления. В течение многих веков люди использовали рассказы о давних событиях для развлечения, для прославления правителей или как основу геополитических притязаний. Многое хранилось в форме устного народного творчества.

До самого XI века письменные источники в Западной Европе не пользовались ни почтением, ни безусловным доверием. Если возникала нужда информации о прошлом, люди обращались не к свиткам и книгам, а к рассказам стариков.
А откуда эту информацию брали после XI века?
летописи и назидательные сочинения с описанием событий прошлого;
письма и дневниковые записи участников событий (первым таким автором был Юлий Цезарь с "Записками о галльской войне");
церковно-приходские книги;
предметы изобразительного искусства (гобелен из Байё);
драматические произведения (пьесы Шекспира);
романы и семейные саги: чем подробнее описание повседневности, тем лучше мы представляем жизнь людей в далекую эпоху;
журналистские расследования;
телепрограммы. Документальные исторические сериалы стали так популярны, что многие заговорили о вреде, причиняемом "добросовестной" науке "эффектными" учеными.
Автор много места отводит событиям американской истории и проблемам историографии США. Например, о Войне между Севером и Югом написаны тысячи томов, однако, личные политические симпатии и актуальные "повестки" до сих пор мешают стране отрефлексировать этот период. Север вроде бы победил, но Юг романтичнее, а значит, лучше продается. Очень познавательны и написаны в сдержанной манере главы о таких современных явлениях в американской исторической науке, как black history и herstory - негритянском и женском взгляде на исторический процесс, соответственно.
Специально для любителей поворчать "а про Россию опять забыли"
Должна признаться, автор показал себя неравнодушным и довольно знающим специалистом. Здесь и Карл Маркс, так сильно повлиявший на историю нашей страны, и Лев Толстой, и Троцкий. И про Солженицына - сказал, как припечатал... Не обошлось, конечно, без пары ляпов. Погоня за жареным фактом и красным словцом иногда подводит даже профессионалов.
Манипуляции историей со стороны власти также не оставлены вниманием

Одна из самых полезных задач истории - донести до нас отчетливо, откровенно и болезненно, как предыдущие поколения преследовали цели, теперь кажущиеся нам ошибочными или постыдными.
Перед историками всегда стоит два вопроса:
возможно ли достичь беспристрастности?
точность или увлекательность?

И каждая эпоха, а теперь и каждый ученый, отвечает на них по-своему. В книге разбираются взгляды, работы - и ошибки - нескольких десятков историков. Многих современников автор знает лично, некоторые знакомы и российскому читателю.
Читать далее
7 понравилось
57
AleksejChesnakov
23 мая 2025
Для изучающих историю общества и историю мысли, идеологов и пропагандистов.
О чем. О тех, кто сформировал и еще продолжает формировать наши взгляды на историю, их судьбах, способах и приемах трактовок исторических процессов, факторов и фактов.
Структура
22 главы
• История в младенчестве: Геродот или Фукидид?
• Былая слава Рима: от Полибия до
Светония.
• История и миф: творцы Библии.
• Упразднение прошлого: ислам и арабские историки.
• Средневековые хронисты: как изобрели историю народов.
• Никколо Макиавелли: историк поневоле.
• Уильям Шекспир: драма истории.
• Zozo и Marionette
Infidel: месье Вольтер и мистер Гиббон.
• Рождение исторической науки: от Маколея до фон Ранке.
• “Давным-давно жили были…”: писатели и прошлое.
• Америка против Америки: такая разная Гражданская война.
• О сандалиях, судах и сургуче: школа “Анналов”.
• “Красные” историки: от Карла Маркса до Эрика Хобсбаума.
• История из первых уст: от Юлия Цезаря до генерала Гранта.
• Переписывание истории: Черчилль и его “Фабрика”.
• Могучие недруги: университетские войны.
• Раненный историк: Джон Киган и военный склад ума.
• “Ее-история”: от Бань Чжао до Мэри Бирд.
• Кто расскажет о нас? От Джорджа В. Уильямса до Ибрама К.Кенди.
• Плохая история: истина против “патриотизма”.
• История начерно: журналисты и недалекое прошлое.
• На экране:
от А.Дж.П. Тейлора до Кена Бернса.
Почему интересна. Историография как специальная историческая дисциплина очень редко подается как увлекательная и интересная не только для профессионально изучающих историю. Между тем, у многих возникают вопросы – как сочиняли историю, кто и когда этим делом занимался, с какими проблемами сталкивался и как развивались его идеи в последующем. Автору удалось изложить несколько историй об историках в доступной и очень яркой форме – проследив путь развития этой отрасли знания от Геродота до создателей нового видеоконтента.
Для кого. Для изучающих историю общества и историю мысли, идеологов и пропагандистов.
Уровень. Любители, продвинутые.
Читать далее
6 понравилось
142