Хоррор и сплаттерпанк: сетевые издания любительских переводов (антологии, авторские сборники, романы, повести)
- 437 книг
Ваша оценкаВ кошмарном мире тьмы и насилия лежит город, где живут те, кто населяет сны живых, те, кто спит днем и борется за выживание ночью.
Но есть и те, кто нарушает правила, кто верит, что за пределами города снов есть что-то лучшее, те, кто бежит в поисках обетованной земли, где светит солнце и царит мир.
Ловцы снов - элитное подразделение правоохранительных органов, которому поручено выслеживать бегунов и возвращать их живыми или мертвыми. Монах - один из лучших, мрачный и задумчивый Ловец снов с р...
Жанры
Рейтинг LiveLib
2,5
2 оценки
- 50%
- 40%
- 350%
- 250%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 2Хотят прочитать 2
Рецензии
FelixZilich7 февраля 2025 г.Читать далее«Ты помнишь себя ребенком?» - спросила она довольно резко.
В голове промелькнули странные воспоминания о детстве - красивое поле, где парнишка играл со своим щенком, размытые видения моего дома,- но они казались настолько разрозненными и сюрреалистичными, что я не смог уловить в них ничего полезного или значимого.
«Не совсем», - сказал я, натягивая штаны.
«Я тоже. Почему ты так сказал?»
Моя рубашка была испачкана кровью, но это была единственная рубашка, которая у меня была, поэтому я влез в нее, а затем натянул ботинки. «Ты задаешь слишком много вопросов»...
Она придвинулась к краю кровати и спустила простыню, поднявшись на колени. «Ты когда-нибудь помнишь, как был кем-то другим, а не тем, кто ты есть сейчас? Можешь ли ты вспомнить себя на десять или даже пять лет моложе, чем сейчас?»Город ночных кошмаров и опустевших небоскрёбов. Царство насилия, порока и бесконечной ночи. Здесь есть только два правила. Правило номер один: с первыми лучами солнца ты должен спрятаться и лечь спать. День тебе не принадлежит. Правило номер два: любая попытка нарушить границы города и «правило номер один» считается побегом. Ты становишься раннером. В погоню за раннерами полиция отправляют Ловцов Снов. Профессиональных головорезов, которые найдут беглеца и уничтожат.
Один из самых жестоких Ловцов в департаменте - по имени Монк - узнаёт о том, что его жена ударилась в самоволку. Она решила исчезнуть из города, бежать со всех ног, пока не увидит океан. Пытаясь защитить её от собственных безжалостных коллег, Монк бросается следом, еще не понимая - чего хочет от этой гонки: вернуть свою женщину, уничтожить её или встретить вместе с Джулией рассвет на берегу океана, в существование которого даже не верит.
«Ты когда-нибудь вспоминаешь, что был кем-то другим, а не тем, кто ты есть сейчас?»
Я провел рукой по волосам. Они стали влажными от пота. Именно с этих мыслей и вопросов начинаются проблемы. Именно этому меня учили. Ты не задаешь вопросов, ты делаешь свою работу - а у нас у всех была работа, - потому что вопросы о том, как все было, или о законах, или о том, как они появились и кто за ними стоит, не приносят ничего, кроме недовольства. Они лишь подталкивают людей к тому, чтобы стать «бегунами». А у «бегунов» нет цели.Один из самых странных романов Грега Гифьюна. Его книги зачастую на две трети состоят из внутреннего ада его героев. Их переживаний, галлюцинаций, петли посмертия. В этом произведении реальный мир уже полностью отсутствует. Мы можем только догадываться, кто такой Монк в реальном мире и что на самом деле происходит в его жизни, потому что с первой и до последней строчки мы будем выживать в реальности монковских ночных кошмаров, подозрительно похожих на гибрид «Бегущего по лезвию» и «Тёмного города». Заложники бесконечного нуарного месива в жанре «слипстрим». А также очень удачного оммажа на творчество «великой Анны Каван, воображаемой и настоящей», имя которой даже вынесено в посвящение в начале текста
Сразу перед цитатой из Книги пророка Наума. «Горе городу кровей! весь он полон обмана и убийства; не прекращается в нем грабительство».
Он поднял бутылку и широко улыбнулся. «...Я всего лишь бомж. В их понимании я - урод. Они не понимают, как прекрасна ночь, и никогда не поймут. Но мы-то с тобой, друг, знаем другое, не так ли?»
«Хочешь сказать, что ты просто перестал спать по ночам?»
«Конечно, перестал».
«И ничего не произошло?»
«Например?» Он пожал плечами. «Я все равно почти не работаю. Никто не обращает на меня внимания. Они думают, что я какой-то волшебник или что-то в этом роде. Некоторые даже утверждают, что я демон».
Я крепче сжал пистолет в кармане. «А ты?»
«Я просто старик, сынок».
Безумие, подумал я, как это может быть так просто?52145
Цитаты
- FelixZilich7 февраля 2025 г.Читать далее
Он поднял бутылку и широко улыбнулся. «...Я всего лишь бомж. В их понимании я - урод. Они не понимают, как прекрасна ночь, и никогда не поймут. Но мы-то с тобой, друг, знаем другое, не так ли?»
«Хочешь сказать, что ты просто перестал спать по ночам?»
«Конечно, перестал».
«И ничего не произошло?»
«Например?» Он пожал плечами. «Я все равно почти не работаю. Никто не обращает на меня внимания. Они думают, что я какой-то волшебник или что-то в этом роде. Некоторые даже утверждают, что я демон».
Я крепче сжал пистолет в кармане. «А ты?»
«Я просто старик, сынок».
Безумие, подумал я, как это может быть так просто?815 - FelixZilich7 февраля 2025 г.Читать далее
«Ты когда-нибудь вспоминаешь, что был кем-то другим, а не тем, кто ты есть сейчас?»
Я провел рукой по волосам. Они стали влажными от пота. Именно с этих мыслей и вопросов начинаются проблемы. Именно этому меня учили. Ты не задаешь вопросов, ты делаешь свою работу - а у нас у всех была работа, - потому что вопросы о том, как все было, или о законах, или о том, как они появились и кто за ними стоит, не приносят ничего, кроме недовольства. Они лишь подталкивают людей к тому, чтобы стать «бегунами». А у «бегунов» нет цели.
815 - FelixZilich7 февраля 2025 г.Читать далее
«Ты помнишь себя ребенком?» - спросила она довольно резко.
В голове промелькнули странные воспоминания о детстве - красивое поле, где парнишка играл со своим щенком, размытые видения моего дома,- но они казались настолько разрозненными и сюрреалистичными, что я не смог уловить в них ничего полезного или значимого.
«Не совсем», - сказал я, натягивая штаны.
«Я тоже. Почему ты так сказал?»
Моя рубашка была испачкана кровью, но это была единственная рубашка, которая у меня была, поэтому я влез в нее, а затем натянул ботинки. «Ты задаешь слишком много вопросов»...
Она придвинулась к краю кровати и спустила простыню, поднявшись на колени. «Ты когда-нибудь помнишь, как был кем-то другим, а не тем, кто ты есть сейчас? Можешь ли ты вспомнить себя на десять или даже пять лет моложе, чем сейчас?»
Я не мог, но ничего не сказал.814