Бумажная
979 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценка
Ваша оценка
Главная проблема книги лежит вне плоскости текста. Она заключена в экранизации. Сразу оговорюсь, что сериал мне понравился и даже очень. Там развили персонажей, добавили им линий. Волк вообще стал довольно сложным персонажем с несчастной судьбой. Но есть одна вещь, о которой не могу молчать! рву на груди рубаху Это озвучка Барсукота.
Видели эту недовольную моську? Он всегда недоволен! Он - такой персонаж с канала НТВ. При таких неоднозначных персонажах требуется сочетание чего-то хорошего с чем-то не слишком радующим, что персонаж будет преодолевать. Вот кадр из фанатского комикса.
Здесь хорошо сочетание наивности и самоуверенности. А вот в мульте наивности у персонажа нет по определению. Есть неопытность, помноженная на зашкаливающий гонор. И от автора, увы, помогающих пасов тоже нет, потому что писательница сосредоточилась именно на детективе, а не на том, что это довольно маленькое сообщество, где все друг друга знают. Барсукот знает всех этих животных всю свою сознательную жизнь и для него переключаться с, к примеру, с точки зрения "странноватый официант Койот Йот" на "чокнутый убийца Койот", должно быть тяжело (если что, то не спойлер!). Но вот тут совершенно не соблюден принцип cozy, то есть маленького сообщества с большим количеством социальных связей, всё решено в плане российского криминального детектива, у Барсукота нет эмоциональных связей с другими животными, особенно подозреваемыми. Потому, когда Барсук-старший говорит, что лучше, чтобы не было преступлений, это всегда чья-то трагедия, то фраза повисает в пустоте, для Барсукота всё это не трагедия, он не воспринимает животных вокруг как кого-то, кто тоже обладает личностью. Они для него не давние знакомые, не враждебное сообщество, которое не воспринимает котов, а потому и Барсукот должен отказываться от собственной идентичности, рисовать на себе полоски, играть, даже перед самим собой в то, что он - существо другого вида.
Понимаю, что это первая книга в серии и пока автор только обрисовывала мир. Как будет решён Барсукот - покажут другие книги. Читать буду все, а вот писать рецы - не на все (каждый раз, как я пишу рецу на что-то, где мало страниц, у меня ощущение, что я мошенничаю). Но мне ведь экранизация застилает взор. Барсукот вечно разговаривает так, будто всё вокруг ему совершенно не нужно и преступление в Дальнем лесу ему требуется только для того, чтобы продемонстрировать, что он полицейский и заставить окружающих зверей бояться. Вот это его недовольство и равнодушие в мульте, мне постоянно поперёк горла. Так что для юных читателей будет интересно находить разницу между характерами мультперсонажа и книжного.
От основного персонажа вернусь к самой книге, к детективу. Не знаю, задумывалось ли так изначально или писательница просто писала твист так, чтобы детектив был поинтереснее, но получилось очень философски - не верь тому, что тебе пытаются навязать. Мир не разделён на хороших и плохих, и может очень удивить тем, как перетасуется колода.
Видно, что писал профессионал. И дело даже не в шикарной игре со словами, а в том, что у каждого персонажа есть свой характер и свой языковой портрет. Книга крохотная (меньше 50 страниц в вордовском документе), в то же время читается суперлегко, и оставляет большое чувство насыщения - масса тем, которые можно развить. Получился качественный мир и продуманный детектив с несколькими подозреваемыми.
Книга и сериал цепляют разным, но оба цепляют. Это целый новый мир и я точно его собираюсь исследовать.

Анна Старобинец
4,5
(106)

Пока жители леса неспешно попивали мухито в местном баре "Сучок", на поляне произошло зверское преступление. Кто-то убил и съел Зайца. Сотрудники полиции Барсук Старший и Барсукот берутся расследовать дело.
Это настоящий детектив по законам жанра. Даны подозреваемые, улики, свидетели и алиби. Любопытно следить за расследованием и постепенно узнавать ответ. В книге упоминается психологическое здоровье жителей леса, что очень современно и актуально в наше время.
Повседневность в лесу описана живописно и ярко. Известия передаются по лягушачьей новостной сети ква-каунту. В баре едят овощную цыпочку на гриле. Зайцы пьют овощной и морковный сок. Кроты прокладывают тёплые полы в норах. Скаты и светлячки отвечают за электричество. Если тревога или депрессия - примет мышь-психолог. Предоставленные услуги оплачиваются шишками. Читаешь и умиляешься забавным выдумкам автора.
Лёгкий, атмосферный детектив, с которым приятно провести время.

Анна Старобинец
4,5
(106)

Заходит детектив в бар, а там сычи валяются под столом и пьют мухито — именно так начинается первая книга цикла «Зверский детектив» Анны Старобинец под названием «Логово волка». И хотя герои там пьют «мухито», а не «мохито», нет никаких сомнений в том, что автор намеренно использует аллюзии на коктейли из реальной человеческой жизни, чтобы воображение взрослого человека, пресыщенное многими детективными сериалами, как российских, так и зарубежных реалий, мгновенно нарисовало себе картинку классического бара из сериала, куда детектив идёт после тяжёлого дела напиться. Так уже с первых строк возникает ощущение, что повествование ориентировано скорее на взрослого читателя, знакомого с конвенциями детективного жанра: бар после дела, мрачная атмосфера, персонажи с „багажом“ прошлого. Образ усталого Барсука, заходящего в бар «Сучок», где сычи пьют мухито, трудно воспринять как отправную точку детской истории — скорее, это аллюзия на типичную сцену из криминального сериала.
Детский детектив Анны Старобинец «Логово волка» является первой книгой цикла «Зверский детектив» и посвящена расследованию странного убийства Зайца, после которого на месте преступления остаётся лишь клочок шерсти: все вокруг уверены, что Заяц убит, и Старшему Барсуку полиции Дальнего леса вместе со своими помощником Младшим Барсуком полиции по имени Барсукот предстоит расследовать это запутанное дело.
Детская литература — это особенный, значимый пласт мировой литературы вообще, потому как она является одним и самых доступных и безопасных способов научить ребёнка мироустройству, правилам поведения, заложить в его сознание нравственные принципы. На примере героев из детских книг ребёнок учится дружить, прислушиваться к взрослым, самостоятельно принимать решения и отвечать за свои поступки. А кроме того, детская литература должна быть безопасной и доступной ребёнку для самостоятельного прочтения.
Несмотря на то что «Логово волка» на литературных площадках и в интернет-магазинах позиционируется как детский детектив и имеет возрастную маркировку 6+, для детей младшего школьного возраста, а именно первого или второго класса, она, вероятнее всего, окажется сложной для понимания.
В первую очередь, следует отметить мрачное тяжёлое настроение, которое сопровождает читателя на протяжении всей книги. Оно начинается с того самого момента, как усталый и готовящийся к спячке Старший Барсук заходит в бар «Сучок» и предсказывает алкогольное опьянение «залётных сычей» от мухито: «Сладко-терпкий коктейль с забродившими домашними мухами — напиток коварный. Сыч закажет его разок, потом ещё и ещё раз — и, глядишь, вот он уже затянул свои печальные народные песни, и глаза у него подёрнулись бессмысленной птичьей плёнкой …». И подкрепляется всё новыми и новыми узнаваемыми элементами русских реалий, преподносящихся в преувеличенно грязном и мрачном ключе. Здесь и многодетная семья, живущая в бедноте: «— А вот у нас его нету, — сказала Зайчиха с вызовом. — Ни капустного, ни морковного. Мы бедные. Зайчатам хронически не хватает витаминов. А теперь, когда мы потеряли нашего дорогого … — она всхлипнула, — кормильца, нам конец. Мы голодаем. Наша нора не утеплена и слишком мала для такого количества зайчат! — Она указала дрожащим пальцем на люльку с пищащими серыми меховыми комочками, вокруг которой с визгом носились зайчата постарше». И койот Йот, чьё поведение свидетельствует о глубоких переживаниях, связанных с детским опытом: «Официант Йот затрясся в приступе хохота. Йот был койотом с очень расшатанной психикой. Его хохот обычно перерастал в рыдания. Всё из-за несчастного детства». И банды, уничтожающие друг друга: «…койоты презрительно хохотали в ответ. И вот однажды все они полегли в стычке с другими бандитами за пограничную приозёрную территорию. Все в одну ночь».
Мир Дальнего Леса предстаёт как пространство, насыщенное конфликтами, недоверием и моральной неопределённостью, так не похожее на привычные по детским книжкам идеальные сказочные миры. Многие детали повествования без труда будут распознаны взрослым читателем как отсылки к современным социальным реалиям.
Вероятнее всего, автор стремилась создать универсальный детектив, который было бы интересно читать и взрослому, и ребёнку: интерес ребёнка обеспечивается яркими и колоритными антропоморфными персонажами, интерес взрослого — очевидной связью с реальным миром. Этот приём отнюдь не нов: он часто используется в так называемых «семейных» фильмах и мультфильмах, где персонажи могут произносить шутки или демонстрировать жесты со взрослым подтекстом. Однако в этом случае очень важно соблюдать баланс, не перегибая ни в одну, не в другую сторону, чтобы и ребёнок, и взрослый понимали в силу своего разума.
В книге «Логово волка» все герои — полусонный Барсук, вспыльчивый Барсукот, хитрая Лисичка, истеричный койот, прозорливая Мышь, бедная и злая на мир Зайчиха и пройдохи Сычи — довольно характерные и колоритные, вплоть до того, что их можно узнать по речи. Речь Зайчихи — гиперэмоциональная, насыщенная причитаниями, всхлипываниями, оханьем. Речь Сычей сухая и крайне канцеляризованная, что, отчасти, отражает их сферу деятельности: «Мы Сычи Адвокаты. Мы требуем компенсации за моральный ущерб. Бесплатное блюдо от шеф-повара…». Это, несомненно, плюс для детской книги: так маленькому читателю будет проще различать героев.
В стремлении индивидуализировать речь автор очень часто опускается до утрирования. Волк, ни разу не попадавший под подозрение, поскольку он не знает слова «алиби», тем не менее, ведёт себя как человек, постоянно попадающий в заключение. В его речи встречаются фразы из сленга, близкого тюремному, и манеры криминального элемента, популяризованные в кинематографе: «Опять дело мне шьёшь, начальник? Почему чуть что — сразу Волк?! Украл — Волк! За бок укусил — опять Волк! В чём я на этот раз провинился, а?», «Волк указал когтем на Барсукота, сплюнул на землю какую-то чёрную скорлупу», «За что пожизненное, начальник?», «Ты мне дело не шей, котик». И если единичное, фрагментарное употребление этих фраз придало бы персонажу особенного характера и изюминки или обеспечило бы комический эффект, то постоянное повторение одних и тех же жаргонизмов «дело шьёшь», «начальник» воссоздаёт киношную картинку. Аналогично комичным и странным для детской книги выглядит типичный гастарбайтер-прораб, в роли которого выступает Выхухоль: его речь состоит из попеременных «хозяйка» и «это самое». Так речь и поведение Волка и Выхухоля, перенасыщенные речевыми клише, снижаются до стереотипных образов массовой детективной культуры.
Что касается детективной составляющей книги, к ней нет никаких вопросов: детектив развивается по канонам жанра, следуя всем жанровым клише. Здесь и внезапное преступление, и первый – самый очевидный, но ложный – подозреваемый, и второй – менее очевидный, но всё ещё ложный — подозреваемый, и наконец разоблачение преступника. И присутствие «зверской логики» вместо дедукции. И раскрытие главным детективом всего происходящего и хода следствия. И даже серьёзный мотив преступления.
И вот как раз мотив, представленный в книге, кажется спорным для детского детектива для детей младшего школьного возраста. Квартирный вопрос, разумеется, один из самых актуальных и болезненных вопросов человечества (и, как показывает книга, не только), однако понять эту проблему по силам только человеку, который столкнулся с этим вопросом напрямую, или обладает некоторым представлением о правовой системе, о справедливости и несправедливости — т.е., как минимум, школьники среднего школьного возраста, 12+. Шестилетнему ребёнку же родитель вынужден будет объяснять, почему Зайчиха и Заяц так поступили и почему, несмотря на их благие намерения, это плохо. Подобная проблема откликнется взрослому, но для младшего школьника мотив преступления, основанный на жилищной проблеме, может оказаться трудным для осмысления. Квартирный вопрос — проблема недетского масштаба.
Непонятной для ребёнка в этой книге будет и модель поведения. К сожалению, в книге отсутствуют устойчивые модели доброжелательных, доверительных отношений между персонажами, которые могли бы служить образцом для подражания маленькому читателю: друзья предают друзей (Заяц предал Йота), родители бросают детей (Зайчиха оставила детей на двоюродную сестру и сбежала), Барсукот испытывает проблемы с самоидентификацией и отличается вспыльчивостью, Старший Барсук скрывает от помощника планы, потому что считает его ненадёжным и вспыльчивым, Барсукот разрешает Лисе совершить убийство ради свидетельских показаний. И хотя приём с тем, что полицейский закрывает глаза на проступок свидетеля ради показаний, отнюдь не нов и является классическим для детектива, здесь это буквально убийство. Детская литература, прежде всего, осуществляет задачи воспитания, а воспитание происходит на примере. В «Логове волка» отсутствует чёткая однозначно положительная модель поведения, которая традиционно служит ориентиром для маленького читателя.
Выходит так, что «Логово волка» по своей тональности и содержанию ближе к остросоциальной жанровой прозе, адресованной взрослой или подростковой аудитории. Повествование выдержано в лаконичной манере и насыщено аллюзиями на современные социальные ситуации, поданными в мрачноватой тональности. Тем самым книга скорее выполняет развлекательно-рефлексивную функцию, ориентированную на взрослого или подросткового читателя, чем традиционную воспитательную функцию детской литературы.
Взрослый или подросток, прочитав эту книгу, может по-новому увидеть реальность вокруг себя, обратить внимание на важные, остросоциальные проблемы, которые раньше не замечал, но в качестве детской книги для читателя младшего школьного возраста «Логово волка» вызывает серьёзные вопросы — не по качеству письма или сюжетной логике, а по соответствию базовым принципам детской литературы: доступности, эмоциональной безопасности и воспитательной направленности.

Анна Старобинец
4,5
(106)

— Ежу понятно, что Зайца съел Волк! — возмутился Барсукот.
— Да, мне понятно, — выкрикнул из толпы какой-то ёж.
— И нам, — подвякнули другие ежи. — Нам абсолютно понятно. Это Волк убил Зайца!

Ему хотелось, чтобы в Дальнем Лесу кто-нибудь уже совершил, наконец, настоящее зверское преступление. Он понимал, как важна для всех обитателей леса их спокойная, безопасная, полная взаимного доверия жизнь … Но все эти мелкие, робкие правонарушения, из которых состояли его рабочие будни, — как же они ему надоели. Кража кедровой шишки, не убранный с поляны помёт, выдернутое из хвоста перо — кому это интересно? В этих преступлениях не было ни фантазии, ни дерзновения, ни жестокого коварства.

— Вызывающее конфликтное поведение, — мрачно сообщил сыч с повисшей мухой.
— Шокирующая сцена, — констатировал сыч без мухи. — Мы получили большую травму.



















