Упражнение на доверие

Сара и Дэвид изучают театральное мастерство в очень закрытой и очень элитной академии. Они молоды, влюблены и думают только об искусстве, но вскоре харизматичный преподаватель начинает вмешиваться в их отношения. А может быть, и манипулировать ими. Или нет? Сьюзен Чой конструирует свой роман как калейдоскоп, складывая из одних и тех же фактов совершенно разные картинки и заставляя читателя задуматься над одним простым вопросом: Как наша жизнь становится чужой историей? И кто имеет на нее право, кроме нас?

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,2

278 оценок

5
9%
4
37%
3
38%
2
13%
1
4%

Ваша оценка

Прочитали 305Хотят прочитать 485

Рецензии

majj-s9 ноября 2024 г.
Мы все в эти годы любили, но мало любили нас
Свою Книгу ноября я нашла. Забавно, весь октябрь писала для лайвлибовского марафона рецензии на книжки Дома историй, обходя стороной роман Сьюзен Чой. "Ох нет, - думала, сто первая американка азиатского происхождения расскажет сто первый вариант дарк академии про студентов школы "для избранных", с непременной трагедией, при участии наставника-манипулятора, размывающего их моральные цензы. Да блин, надоело!" Как я ошибалась. Нет, внешний абрис тот же: школа искусств, принятие куда тем более ценно для 15-леток студентов, что город их ни разу не культурный центр, вроде Нью-Йорка с его Бродвеем или Лос-Анджелеса, сами знаете, с чем. Южный город в Техасе, где улицы широки, расстояния огромны, а в бесконечных пригородах дома эконом-варианта так похожи один на другой, что собственный приходится помечать крестиком, чтобы найти вечером. Сара с мамой сделали так, переехав сюда после развода.
Они небогаты. Не бедняки, нет, мама работает секретарем в университете, несмотря на инвалидность, а Сара подрабатывает в булочной, при том, что школа берет по двенадцать часов в день (да, то самое: "Вы ведь понимаете, как вам повезло быть принятыми? Не потянете - на ваше место очередь!") Они понимают, но Сара также знает, что ей позарез нужна машина, которой не купят родители, как большинству одноклассников. Здесь все ездят на машинах и никто не ходит пешком, чтобы заработать на свою, она готова вкалывать, света белого не видя. Дэвид из другой среды, у его семьи колониальный особняк в самом престижном районе города. Вообще-то, этим благосостоянием они обязаны Филиппу, отчиму, к которому красавица-мама ушла от небогатого отца Дэвида. Но он может быть спокоен, свою первую тачку получит точно в день сдачи на права.
У Сары с Дэвидом любовь. Им бы не встретиться разная среда, разные районы, они и в Школе первый год не особо замечали друг друга. Пока во время очередного занятия по актерскому мастерству, которое наставник, Великий и Ужасный мистер Кингсли называл "Упражнениями на Доверие" (именно так, все с заглавной) - пока во время очередного, состоящего в ползании и тактильных контактах внутри темного картонного куба, ее рука не коснулась его лица, и родинки над верхней губой. И губ. Кто не переживал этого "искра вспыхнула", тому не объяснишь. а кто пережил, тому объяснять не надо. На каникулах его семья уезжала в Лондон, он писал ей каждый день, а потом они встретились и было все. А потом начался второй курс и Дэвид готов был на весь мир прокричать, что Сара его девушка, а для нее органично шекспировское "люблю нежней, но не для многих глаз".
Они, весь прошлый год упражнявшиеся в доверии, на практике применить его не сумели. В юности же все как с содранной кожей, а специфика актерской профессии, которой они здесь обучаются, предполагает еще и немалую степень публичности, едва ли не эксгибиционизм, все как сквозь увеличительное стекло - дымится. И вот эта немыслимая острота чувствования для меня главное в книге, о которой можно говорить и как о романе-перевертыше с непрестанно сменяющейся оптикой; и как о модернистском, построенном по принципу китайской лаковой шкатулки: внутри одной другая, а там еще третья и все заключено в четвертую; и как о #MeToo фем-высказывании; а можно увидеть в нем метафору служения творчеству: званых много, да избранных мало - такого же обманного, как любовь, у которой всякий бриллиант к финалу истаивает до лужицы слез. Можно говорить много, но все слова мира не передадут счастья того слияния и поглощения, когда ты растворяешься в тексте и он становится тобой.
За себя могу сказать, что выпала из времени, когда читала часть Дэвида и Сары, а это примерно три четверти книги, остальные три умещаются в оставшуюся четверть. Говорят, что язык оригинала непростой и затейливый - верю. Язык перевода шедеврален. Это снова Сергей Карпов, наследник по прямой Сергея Ильина (кто понимает) и лучший у нас сегодня, несмотря на то, что переводческие премии обходят его. Истории интересуют нас ради содержания, но книги мы берем ради того "как" это написано.
Читать далее
Упражнение на доверие
Сьюзен Чой
3,2
(278)
78 понравилось
1,7K
namfe3 марта 2025 г.
Понравилось:
Идея литературной игры, в которой история рассказана и как книга в книге, и как опыт психотерапии, и просто обычный рассказ. Каждый следующий рассказчик раскрывает разные грани, и переворачивает картину произошедшего, которая проясняется непросто, и читателю приходится искать правду среди недомолвок и искажений. Идея не нова, но в данном случае сделано неплохо.
Не понравилось:
Снова тема преступного злоупотребления доверия учениц и учеников к учителю и педофилия. Ну, сколько можно.
Не понравилось, что последняя часть очень короткая и из-за этого мотивация главной рассказчицы о поиске родителей вообще не прописана, цель у героини только литературная, автору книги так надо.
И больше всего не понравилась тема обмана доверия подана так, что создается впечатление, будто доверять это крайне уязвимая и неправильная позиция. Понятно, что доверяя, можно легко обжечься. Данте поместил обманувших доверившихся в самый ужасный 9 круг Ада, и я согласна с таким распределением. В этой книге обманывали доверие все: взрослые - детей; рассказчики - слушателей; автор - читателей. И создаётся впечатление, что главная идея: никому не верьте. Но в моей картине мира базовое доверие к миру - это основа благополучной и счастливой жизни, а современный мир постоянно лишает именно доверия. И эти бесконечные травмированные пупсики надоели жаловаться, как их обманули. Тема уже проговорена прописана раз 200.
Детей учат не верить взрослым, никогда … так быть не должно.
Читать далее
Упражнение на доверие
Сьюзен Чой
3,2
(278)
48 понравилось
665
Count_in_Law28 декабря 2024 г.
Смотрите нейтрально. Восприимчиво. Нейтральный взгляд, без страхов, обвинений или ожиданий. Нейтральность - это "я", которое мы предлагаем другому: внимательно и открыто, неотягощенно. Никакого багажа.
Чем больше думаю об этой книге после прочтения - а отмахаться от подобных размышлений не получается уже пятый день, - тем больше она мне нравится.
Я даже повысила первоначальную оценку на полбалла - как раз за это послевкусие, за неугасающее желание продолжать крутить интерпретации, так и эдак складывать детали и кусочки истории, чтобы получить наконец финальный вариант всего пазла.
Хотя, возможно, никакой это не пазл, а вовсе калейдоскоп, где каждый встряхивает хитро устроенный тубус по-своему и наблюдает потом в субъективно окрашенном оптическом эффекте собственный разноцветный узор - было бы только желание и склонность к такого рода ламповым упражнениям.
Роман Сьюзен Чой состоит из трех частей, и каждая из них, на первый взгляд, всё больше запутывает саму суть произошедшего.
Чуть больше половины книги (151 страницу из 286) мы наблюдаем за максималистскими проявлениями подростковой любви 15-летних Сары и Дэвида - второкурсников театрального факультета элитной школы исполнительского искусства в относительно небольшом городке штата Техас.
Происходящие из совершенно разных социальных слоев ребята оказываются случайно сведены в результате очередного странноватого учебного эксперимента их одиозного учителя, мистера Кингсли, который продолжает прямо и косвенно вмешиваться в их отношения и в дальнейшем - то выступая причиной ссоры, то доводя до эмоционального катарсиса во время "Упражнения на доверие".
Химию главной пары разбавляют штрихами выписанные второстепенные линии.
Сара ссорится и мирится с лучшей подругой.
Дэвид связывается со старшеклассницей.
В их классе загорается и гаснет новая сценическая звезда.
А еще в школу приезжает труппа молодых англичан, чьи главный актер и руководитель странны, кажется, в той же степени, что и подозрительны.
Всё это рисует вроде бы экспрессивную и крайне подробную в своей избыточной, беспрестанно, чуть ли не утомительно, бормочущей о несущественных деталях прозе картину переживаний героини, однако за происходящим незримо ощущается какой-то иной слой. Некое витающее в воздухе напряжение, тянущееся между случайно оброненными тут и там словами. Неясное, почти интуитивно ощущаемое, но никак не дающее о себе забыть.
А потом начинается вторая часть, и всё переворачивается с ног на голову, отвергая вроде бы ясные предпосылки первой и нагнетая происходящее еще больше.
Всё написанное до этого оказывается романом одной из участниц событий, а слово теперь берет персонаж настолько второстепенный, что диву даешься, что она там вообще может к этому добавить.
Трюк оказывается не только сложным, но и хитро срежиссированным - автор словно проводит нас за кулисы убедительно отстроенного вымышленного мира и показывает, на каких балках и противовесах там всё держится и какую серую зону между искусством и реальностью скрывает.
Дальше следует третья часть - и читатель вынужден снова отказаться от сформулированной для себя ранее правды, вследствие чего окончательно запутывается, кто в этих интерпретациях отражает кого (а отражает ли вообще?) и, самое главное, сколько их на самом деле.
Эти изящные, но порой слишком уж постмодернистские в своих завихрениях перевертыши поначалу раздражают, но потом, при последующем обдумывании, чуть ли не идеально складываются в единый комментарий о сценических (во всех смыслах) умолчаниях, природе полубиографической литературы, злоупотреблении властью и, конечно, доверии - как базовой эмоции восхищенных подростков по отношению ко взрослым, женщины к любимому мужчине, друзей - друг к другу, детей - к родителям, а читателей - к автору.
И пусть я до сих пор до конца не разобралась в собственных эмоциях относительно авторского решения настолько всё усложнить и чуть было не утонула в изобилующей определениями первой части романа, в итоге меня восхитило, как Чой раз за разом сбивает читателя с толку, заставляя отказываться от уже сформулированного мнения о прочитанном и до одурения играя с бесконечными слоями и читательскими ожиданиями.
Мне не слишком нравился этот опыт в процессе, но впечатлило последующее его застревание в голове.
Как и подростковые любовные опыты, это было ярко, хотя порой как-то очень уж неловко и с излишне повышенными, но в то же время вычурными запросами на некие моральные истины.

... но это и есть вся суть пятнадцатилетнего возраста, еще подумает она, когда ей будет вдвое, а потом и втрое больше. Очевидное и слепое сосуществует в одной голове.
Приятного вам шелеста страниц!
Читать далее
Упражнение на доверие
Сьюзен Чой
3,2
(278)
25 понравилось
792

Все рецензии

Цитаты

autumn_sweater30 января 2025 г.
Актерская игра — это истинные чувства в фальшивых обстоятельствах.
4 понравилось
221
autumn_sweater4 февраля 2025 г.
Девушек сложно понять. Они редко любят друг друга без примеси ненависти. И часто реагируют на разницу в своих положениях завистью, даже если эта разница; то есть вещь, которая есть у подруги, а у них нет, им на самом деле не сдалась.
3 понравилось
75
autumn_sweater29 января 2025 г.
Конечно, человек чувствует и знает, что чувствует, и в то же время он хозяин своих чувств, не раб; чувство — это архив, к которому мы обращаемся, но у архива есть двери или, например, ящики, у него есть хранилище, индекс — Сара запуталась в метафоре архива чувств, но суть уловила. Если в архиве бардак, тебе хана.
3 понравилось
55