"Что в имени тебе моем? Мужские имена в названиях книг"
- 1 821 книга
Ваша оценка4,9
(5)
Воспоминания о России. Страницы жизни морганатической супруги Павла Александровича. 1916—1919
Рейтинг LiveLib
4,9
5 оценок
- 5100%
- 40%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 6Хотят прочитать 5
Цитаты
_anna_karpenko27 августа 2025 г.Читать далееСентябрь и октябрь 1918 года были одной длинной серией кровавых убийств. Великий князь мне рассказывал, что каждый вечер в тюрьму приводили десяток, иногда больше, человек, чтобы их расстрелять и таким образом завладеть остававшимися у них лохмотьями. Требовались нечеловеческие терпение и мужество, чтобы выдерживать это мучительное существование, это ожидание, этот страх услышать свое имя среди приговоренных к смерти. Люди переставали доверять самым близким. Друзья с двадцатилетним стажем исчезали без предупреждения, не попрощавшись. Малейший шум заставлял вздрагивать. От звука остановившегося вечером перед домом автомобиля холодело сердце, потому что это было сигнал к обыску. Днем по улицам ездили фургоны, доверху набитые различными вещами, наваленными в беспорядке: мебелью, лампами, книгами в дорогих переплетах, всем тем, что большевики, чья наглость не знала предела, отбирали под угрозой револьверов, направленных на их жертвы.
126- _anna_karpenko27 августа 2025 г.
6/19 июля ошеломительная новость потрясла нас и повергла в невыразимую скорбь. Большевистские газеты хладнокровно сообщили, что «ввиду того, что силы контрреволюции вознамерились освободить Николая II, о чем свидетельствует и организованный ими заговор, ныне разоблаченный, Уральский Совет решил: расстрелять бывшего царя. В ночь на 17 июля приговор приведен в исполнение. <...> Всероссийский ЦИК, в лице своего Президиума, признает решение Уральского Областного Совета правильным»
117 - _anna_karpenko27 августа 2025 г.
В другом письме, присланном не по почте, Владимир нам рассказал, что каждый день бродит вокруг дома, где заточен император со своей семьей. Широкие доски, врытые в землю, образуют забор, чтобы любопытные (или верные) не могли ничего увидеть. Окна второго этажа были заклеены газетами, чтобы никто не мог в них заглянуть. Пища августейших узников, кажется, была ужасной.
12
Подборки с этой книгой
Другие издания
