Детки в порядке

Вот что я знал наверняка: всё, что говорила Мэд, каждое её изысканное движение, от волос к рукам, то, как увлечённо она читала, словно на земле больше не осталось дел, обладало чистой яркостью и чистой ценностью. Если стихотворение могло стать человеком, оно бы превратилось в Мэделин Фалко.

Люди говорят о совпадениях, словно в них есть что-то особенное. Но ведь нет. Мы постоянно натыкаемся друг на друга. Думаю, люди просто слепые, раз этого не замечают.

Это было счастье, которое я едва помнил: оно казалось мне чуждым и далёким, как Сингапур. Я знал, что люди ездят в Сингапур, а некоторые там даже живут. Я видел Сингапур на картах, на глобусе, по телевизору. Исходя из всего этого, я знал, что Сингапур существует на самом деле, хотя я ни разу там не был и понятия не имел, как туда добраться. Счастье было похоже на Сингапур.

Когда вселенский разум расставляет фигуры на доске, вставай на место ферзя.

Я перелистнула страницу «Изгоев» и в который раз пожалела, что не могу нырнуть в книгу. Нырнуть в выдумку – о, если бы случилось это «о, если бы».

Думай сердцем, говорил он мне. Именно там живёт музыка.

Раньше я думал, что любовь связана числами: первый поцелуй, второй танец, бесконечно разбивающиеся сердца. Я думал, что числа живут дольше, чем сама любовь; выживают в тёмных закоулках разрушенного сердца. Мне казалось, что любовь трудна и тяжела. Теперь я так не думаю.

Иногда не знаешь, почему что-то чувствуешь, пока не заговоришь об этом.