Есть на Волге утёс
Несмотря на то, что мы обычно путешествуем всем нашим табором (с четырьмя детьми процесс перемещения в пространстве так и выглядит), изредка мы с женой позволяем себе блиц-визиты без отпрысков. Второй год подряд это вылазки на Волгу – в том году это была Казань, в этот раз – Волгоград. Каталог фотографий Зельмы – прекрасный сувенир из поездки, ибо город по-прежнему погружен в свою военную историю, она, по крайней мере в центре, все еще служит единственным доступным визуальным языком для презентации (стадион к чемпионату 2018 вряд ли тянет на что-то сопоставимое).
Самое впечатляющее в каталоге – это сравнение, сравнение с нынешним состоянием, т.е. то, что становится возможным после прогулки по городу. Сильнее всего бросается в глаза то, насколько все рядом – от набережной 62-й армии до железнодорожного вокзала через Площадь павших борцов 15 минут ненапряженным шагом. На черно-белых фотографиях остовы зданий, а в реальности цветущий город, правда зелень изрядно сожжена южным солнцем. Центр города восстановлен в удивительном изводе сталинского ампира – вроде бы формы узнаваемы, но они насыщены какими-то итальянскими деталями – портики, арки, колонны.
На фотографиях Зельмы высокий берег Волги изрыт нашими землянками, на подъеме видны остовы зданий, а теперь набережная украшена пропилеями, а над крутым склоном нависают дома, старые и новые. Это самый яркий контраст, так подвиг красноармейцев воспринимается еще эмоциональнее – все наше существование висело на волоске и обрело форму потому, что здесь (и на флангах южнее и севернее) наши устояли и сумели воплотить в жизнь Уран, переросший в Малый Сатурн. Улетев в такие размышления, я подошел к разогретой солнцем тридцатьчетверке и прикоснулся к металлу, аж дыхание перехватило.
Зельма был ярким фотографом. В каталоге много снимков, и рядовой уровень очень высок, даже когда это отчетные фотографии о вручении наград или о встрече руководства фронта. Но сильнее всего трудовые моменты – наши тащат пушку, наши бегут в цехах, наши бредут через Волгу. Ватники, ватники, маскхалаты, опять ватники, ушанки, с опущенными ушами, с завязанными ушами, с полузавязанными ушами. Игра света и тени, диагонали, ГРИП, игры с фокусом – Зельма все это умел применять, но за приемами искусства лежит что-то очень большое и ощущаемое даже через восемьдесят лет. Крепкий у нас (многонациональный) народ.
49 понравилось
