
Электронная
499 ₽400 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Книга о палеонтологии последних 50,000 лет. Вернее о загадке вымирания крупных видов животных. Казалось бы непреложный факт о том, что все эти вымирания начинались с появлением человека должен говорить сам за себя. Человек виновен, остальное от лукавого. Но автор учёный. А у учёных всё "душно", т.е. не приветствуются простые ответы.
Росс Макфи приводит разные теории о причинах гибели животных. Как две классические, климатическую и истребление человеком, так и более заковыристые, в виде метеорита или эпидемии, вроде чумы. И что интересно на данный момент ни одна не является идеальной. К каждой есть вопросы, ставящие под сомнение кажущиеся бесспорными доводы сторонников.
Иллюстрации Питера Шаутена оживляют в общем-то скорее академическую книгу. Ведь читателю совершенно точно хочется простых ответов, а не последовательного рассказа, как одна теория уступает другой пальму первенства. Тут у журналистов всё проще)
В итоге картина которая сложилась у меня после прочтения выглядит как синтетическая теория множества факторов, тут и климат, и человек как новый хищник подрывающий баланс сложившихся экологических систем и эпидемии - которые человек принёс с собой.
Если уж в рамках одного вида, конкретно людей, эпидемии уже в т.н. голоцене изрядно сокращали численность и способствовали исчезновению сложившихся популяций. То какие могут быть вопросы?! Правда об этом уже пишут антропологи в других книгах.
Медики эпидемиологи по своему профилю описывают как буквально сейчас эпидемии выкашивают птиц в современной Европе.
В общем палеонтолог сказал своё слово и оно созвучно с мнением других специалистов которые пишут о своём. И это уже кажется похожим на правду. Но нужно больше новых данных. А не предположений. Палеонтологам есть что копать и что искать.
Опять же среди биологов есть идеи о том что та же мамонтовая фауна исчезла из-за того, что мамонтовые степи в следствии изменений климата, превратились в болота разорвав некогда единый ареал обитания на изолированные острова, в которых критические колебания климата и в том числе охота человека способствовали вымиранию животных. И некому было прийти на замену и восстановить исчезнувшую популяцию.
Конец книги за экологию и надежду. Что кого-то похожего на мамонта могут вырастить генетики. Время покажет. Этим рассказам и надеждам уже много лет. Но пока результат отсутствует.

Потрясающее издание. Удачнейший сплав научного текста для зануд (автор, по сути, все время пытается найти подтверждение одной гипотезы, бросая на весы новые и новые примеры) и великолепных иллюстраций, которые меняют восприятие и делают книгу удивительно интересной. Сам формат издания напоминает учебник, но такой интересный, что поневоле завидуешь тем, кто по таким учится – грамотное деление на главы, информационные вставки, несколько баек для отвлечения внимания, тезисы, подкрепленные графиками и рисунками – красота!
Автор ищет причины вымирания мегафауны – тех знаменитых, но уже не существующих крупных млекопитающих, которые были с нами на заре человечества, но куда-то исчезли, создав ту обедненную экосистему, в которой мы живем. Если верить автору и другим специалистам, экосистема именно обедненная, потому что за последние циклы развития жизни такой ситуации – отсутствия крупных животных – не было крайне давно. Что же случилось с мамонтами и прочими гигантами? Существует две версии – их убили люди или прикончили изменения климата. Первая версия, очевидно, кажется более вероятной, но наткнулась на отсутствие прямых доказательств массового забоя, особенно в местах нового расселения людей – в Северной и Южной Америке (хотя что-то похожее находят в Сибири), вторая приходит на помощь первой и снимает с нас ответственность.
Простая логика показывает, что вымирания были связаны с людьми, но, вероятно, дело в комплексе причин, а не только в сверхохоте. Люди приносили болезни и изменение среды, привычной для здоровенных животных. Ученые, отказавшись от прямого обвинения людей, пытаются выяснить – отчего, например, мастодонты и американские слоны вымерли, а бизоны выжили? Почему в Африке заметная часть мегафауны уцелела, тогда как на других континентах потери куда существенней? Почему на островах прибытие человека практически со стопроцентной вероятностью означало смерть всем местным крупным видам, а на континентах некоторый шанс уцелеть был?
Очень прямолинейная книга, в которой весь текст подчинен рассуждениям на одну тему. И это, пожалуй, мне понравилось – ведь, оказывается, этот поиск и полемику можно так красиво, завлекательно даже подать. Вот только мы с вами в который раз предстаем в истинном, вероятно, но довольно жутковатом свете.

Достаточно необычная книга американского палеонтолога Росса Макфи (Ross D. E. MacPhee, 1947 г.р.) с рисунками австралийского иллюстратора Питера Схоутена (Peter Schouten, 1957 г.р.) Собственно, в русском издании почему-то убрали имя художника из создателей, в оригинале End of the Megafauna они значатся как соавторы. Автор сам изучал всю жизнь вымирания видов, как глобальные в четвертичном периоде, так и локальные, например на изолированных островах, но он не спешит делиться своими версиями происходящего, но только делает обзор версий гибели мегафауны во второй половине последнего ледникового периода на пространствах Евразии, обеих Америк и Сахула, появившихся примерно на протяжении последней четверти века. Лично мне это интересно тем, что еще буквально все, что я читал еще лет пятнадцать назад по этому вопросу, было в целом ультимативным обвинением кроманьонцев в тотальном геноциде всех крупных видов везде, где они появлялись, а по этой книге видно, что акцент немного сместился и ученые начали приводит другие версии.
В целом это остается глобальным спором между сторонниками климатической версии и антропогенного фактора. Климатологи напирают на резкие колебания температур во время отступления ледников, очевидно вызванные тем, что таяние льда было неравномерным и в мировой океан время от времени поступали большие массы холодной воды, влияющие на течения и климат, и обуславливавшие резкие колебания, то в засуху, то в похоладания, бившие по растительности сложившихся арктических тундростепей, равно как по степям Сахула (объединенный массив из Австралии, Новой Гвинеи, Тасмании и более мелких островов). Отсутствие привычного корма било по крупным животным, вслед за ними вымирали хищники, а отсутствие крупных травоядных в итоге привело к деградации ландшафтов - крупные копытные вбивают семена в землю и удобряют навозом. Гибели крупных животных было достаточно, чтобы вызвать крушение всей экосистемы, приведшей к массовому вымиранию большинства остальных видов. Началось вымывание органики из грунта, неразложившаяся растительность стала навечно уходить в мерзлоту, унося с собой плодородие почв. Траву сменили медленно растущие мхи и лишайники, которые потребляли гораздо меньшее количество воды — вслед за истощением почв пришло заболачивание. На место северных степей пришла бесплодная тундра. В более южных областях место открытых пространств заняла непроходимая тайга, в которой большинство крупных животных обитать не могли. Еще в качестве экзотических причин указывают эпидемии, но как-то подозрительно сильно летальные для всех представителей мегафауны, и хищных и травоядных. Даже метеорит, 12.5 тысяч лет назад свалившийся на Северную Америку, приводят в качестве объяснений.
Сторонники антропогенного вмешательства допускают роль климатических изменений, но упирают на решающий вклад человека в истребление крупных зверей примерно в промежуток между 40 и 10 тысячами лет назад, причем начали еще в Сахуле, первые австралийцы же взялись за дело круче и сразу принялись за ландшафт – такие уж у них были методы охоты… они оставались таковыми до последнего времени – загонная охота с поджиганием растительности. Огонь, охватывая обширные территории, выполняет сразу две задачи: он выгоняет животных, которых можно убить, или сам убивает их; и превращает густые кустарниковые заросли в открытые участки, по которым легче передвигаться. По ориентировочным оценкам, каждая кочующая группа ежегодно выжигала около сотни квадратных км лесов, саванн, степей – целенаправленно или невольно. Тысячи таких групп за 20-30 тысячелетий могли многократно – десятки раз! – выжигать растительность на всей территории континента. Влажные леса уступили место кустарникам, саваннам, пустыням. Ничем более не компенсируемые периоды засухи на континенте, потери органики почвами и эрозия не позволили аборигенам освоить сельское хозяйство или же приручить каких-либо сумчатых вместо поедания их, посему первые европейцы застали тамошние племена еще в каменном веке. Возражения против австралийского варианта нашлись во времени, начало изменения континента и вымирание местной мегафауны зафиксировали около 40 тысяч лет назад, в то время как прибытие первых людей относят все дальше и дальше в прошлое, до 65 тысяч лет назад, но я в книге не увидел простой мысли, что может быть просто за 15 тысяч лет количество прибывших и вновь родившихся могло перевалить за критические значения, которые начали отражаться минусованием видов в палеонтологической летописи. Аналогичным образом позже, но куда драматичнее, в промежуток между 37, 5 и 10 тысячами лет назад кроманьонцы продвигаясь с Ближнего Востока вытеснили, уничтожили или может быть даже съели неандертальцев, и начали выедать мега-фауну идя вслед отступающим ледникам и новым непуганным стадам. Подобное было повторено в обеих Америках, куда первые индейцы перебрались либо по сухопутной Берингии во время ледникового отступления моря, либо по цепочке островов между Камчаткой, Чукоткой и Аляской. На уровне технологий распространение копья и копьеметалки вкупе с искушенными в охоте профессионалами, использующих огонь для загонной охоты на копытных вроде обрыва в Солютре в Южной Бургундии или ловушки против крупной дичи, позволяло убивать больше, чем это надо для пропитания только ради каких-то отдельных частей туш животных.
Противники человеческого фактора указывают в глобальном смысле на Африку, где всех слонов и крупных буйволов кроманьонцы съесть не смогли и крупная мегафауна устояла, оставшись просто немного прореженной. На уровне организации указывают на то, что человеческие поселения были в целом немногочисленными, и не могли охватывать одновременно большие территории (хотя племени из сотни человек все равно нужны охотничьи угодья в сотни квадратных километров), и у животных всегда была возможность откочевать туда, где человека не было и восстановить свою численность. Я лично склоняюсь все-таки к антропологическим причинам по причинам событий случившимся уже после выбивания крупной дичи менее 10 тысяч лет назад. Тогда человеческая популяция на просторах Евразии резко уменьшилась после роста на протяжении тысячелетий при изобилии пищи, в той же Европе население сократилось в четыре раза, и кроме культовых стоунхенджов, оно начало возводить укрепленные селения, потому что начались войны за ресурсы. И пришел неолит с новыми экономическими реалиями от присваивающей к производящей модели потребления. В целом же книга достаточно интересная, но в чем-то замыкающаяся на чисто американские и немного австралийские примеры и палеонтологические находки, тогда как у меня лично больше таких примеров из Евразии. В любом случае, этим спорам, как и гипотезам о вымирании динозавров, еще жить десятки лет и поколениям ученых.




















Другие издания
