А ты не вернулся

Прочла на днях небольшое, но очень важное произведение. “А ты не вернулся” Марселин Лоридан-Ивенс – это книга в жанре автофикшн, в которой писательница вспоминает некоторые события своей жизни, в основном связанные с нахождением в концлагере. Сама книга как будто обращена к отцу Марселин, который сгинул где-то там, во времена Второй мировой. Писательница рассказывает отцу (и читателям), как она и ее семья жили во время и после войны. Как пытались свыкнуться с мыслью, что он (папа) не вернется. Всегда жутко во время чтения подобных историй настоящих людей, где практически нет места выдумке. Страшно, что ничего фактически не изменилось и вряд ли изменится. Страшно, что каким бы сильным ты ни был, подобное оставит отпечаток на тебе навсегда. Но такие книги читать надо, они могут служить ориентиром, путеводной звездой в жизни. Ведь, если не к противному тому, о чем эта книга, надо стремиться, то к чему еще?

Эта маленькая книга воспоминаний известной во Франции сценаристки, режиссера и писательницы Марселин Лоридан-Ивенс вряд ли кого-то сможет оставить равнодушным. 29 февраля 1944 года пятнадцатилетняя Марселин Розенберг была арестована вместе со своим отцом во время фашистской облавы. Они оказались в концлагере, но были разделены: отца отправили в Освенцим, её — в Биркенау. Их разделяли, казалось бы, всего лишь три километра, но в тех обстоятельствах, в которых они оказались, это была непреодолимая бездна. По пути в концлагерь отец сказал, что скорее всего не вернется, и эти слова оказались пророческими.

"Ты, возможно, и вернешься, ведь ты молода, а я не вернусь". Это пророчество впечаталось в мою голову так же безжалостно, на веки вечные, как и номер 78750 — в мое левое предплечье несколько недель спустя".

И вот уже находясь в застенках концлагеря, отец каким-то образом смог передать своей дочери письмо, которое по сути было прощанием, но так получилось, что письмо было утеряно, да и текст письма не сохранился в памяти, и вот спустя семьдесят лет, на закате жизни, Марселин Лоридан-Ивенс написала свой ответ на письмо отца.

Это очень глубоко личная, откровенная, пробирающая до слез история девушки, которая провела год в Беркенау и не сломалась, вернулась во Францию и начала пытаться наладить свою жизнь. Марселин описывает свои переживания максимально честно, с документальной точностью и правдивостью, передавая ужасы, которые творились в концентрационном лагере, от чего, когда читаешь ощущаешь, как волосы встают дыбом от осознания масштабов безнаказанности и злодеяний. Это история маленькой измождённой трудом и побоями женщины являет собой пример невероятной стойкости и мужества. Когда одни сдавались и умирали, она продолжала бороться за жизнь.

Я долбила землю, не глядя по сторонам, не вспоминая о прошлом, не думая о будущем, измотанная голодом и жаждой, я рыла траншеи, в которых сгорят тела пятидесяти моих дальних родственников из Лодзи, я жила настоящим, от одного удара мотыги до другого, от одной до другой сортировки Менгеле, лагерного дьявола, что заставлял нас раздеваться и решал, когда именно нам отправляться в газовую камеру.

Наверное, такие книги надо читать чаще, чтобы помнить и не забывать, в какое чудовище может очень быстро превратиться человек.

29 февраля 1944 года 15-летняя Марселин была арестована гестапо вместе со своим отцом Шлоимом. Она оказалась в немецком концлагере Биркенау, откуда ей посчастливилось выйти в конце войны. В транзитном пункте их разделили, перед расставанием отец напутствовал Марселин: ”Ты, возможно, и вернешься, ведь ты молода, а я не вернусь”. Эти слова стали пророческими и одновременно спасительными: именно они не давали Марселин сломаться в самые страшные дни.

Две последние встречи с отцом навсегда оставили в душе Марселин острую тоску. Однажды они случайно увиделись в лагере и Шлоим сунул дочери свой обед.

Помидорина и луковица. Эти два овоща под моей одеждой возвращали все на круги своя: я снова стала ребенком, а ты ― отцом, защитником.

Еще он сумел передать дочери записку. Память стерла ее текст, остались только начало “Моя дорогая дочурка” и подпись “Шлоим”.

Твоя записка стала для меня слишком большой дозой тепла и любви.

Долгое время она не могла и не хотела вспоминать концлагерь. И вот спустя семьдесят лет решилась написать отцу ответ. Она рассказывает ему что избежала газовой камеры, что не попала в руки доктора Менгеле, как выжила в тифозном вагоне. И как всю жизнь потом привыкла просто жить. Жить в мире, где ни на минуту не прекращается война и геноцид. Жить ловя себя на мысли, как будет выживать в следующий раз. И что этого “следующего раза” не должно быть.

Это короткая, но плотная и пронзительная история. Она о том, что иногда выживание оборачивается расправой над самим собой. Что единственное лекарство от отчаяния - до безумия верить, что мир можно изменить.

Я не смогла проглотить книгу за один вечер, постоянно возвращалась к прочитанному, боясь пропустить что-то важное.