True crime
Krestela
- 661 книга

Ваша оценка
Ваша оценка
Какой выключатель щелкается внутри человека, что он способен нажать на курок и и оборвать чужую жизнь? Почему внутренний свет сгорает, что в глазах плескается пустота, а команды отдаются будничным голосом? Как так меняется механизм, что убийства становятся обыденным явлением, одобряемым и рутинным?
Харальд Вельцер провел тщательное исследование, собрав в книге данные и выдержки из прошлого, разложив их по полочкам и в нужном порядке, чтобы читатель увидел, «как система превращает обычных людей в монстров». Автор расскажет о тех самых событиях, унесших множество жизней, от которых что-то внутри обрывается и оголяется. Это сложная и трудная тема, но окунуться в нее стоит.

Это напряжённое и глубокое исследование природы насилия и морали, написанное немецким социологом Харальдом Вельцером. В своей книге автор обращается к сложным вопросам, связанным с тем, как социальные, политические и экономические структуры могут влиять на поведение людей, делая их способными на безжалостные поступки.
Вельцер начинает с исторических примеров, исследуя, как обычные люди становились участниками массовых разрушений и преступлений. Он анализирует механизмы, благодаря которым общественные нормы и институты могут создавать условия, в которых насилие становится правомерным, а моральные барьеры размываются. Автор не просто сосредоточивается на индивидуальной ответственности, но также подчеркивает роль общества в формировании такого поведения.
Книга написана доступным языком, что позволяет читателям легко погружаться в обсуждаемые темы. Вельцер использует широкий спектр примеров из истории, психологии и социологии, что делает его аргументы более убедительными. Он заставляет нас задуматься о том, насколько хрупкой является человеческая мораль и как легко она может быть подорвана в определённых условиях.
Одним из сильных моментов книги является то, что Вельцер не предлагает простых решений или ответов. Вместо этого он побуждает читателя размышлять о сложных вопросах о власти, ответственности и человеческой природе. Эта книга является не только анализом явлений насилия, но и глубоким философским размышлением о том, что значит быть человеком в мире, полном конфликтов.
В целом, «Обыкновенные убийцы» — это мощное и провокационное произведение, которое обязательно стоит прочитать тем, кто интересуется вопросами морали, социальной ответственности и природы насилия. Харальд Вельцер предлагает не только анализ, но и повод для размышлений, делая читателя частью важного диалога о том, как общество формирует личность и поведение индивидов.

Социальный психолог Харольд Вельцер исследует исполнителей массовых убийств времён Третьего Рейха, пытаясь понять, почему люди, которые кажутся совершенно "нормальными", могут стать преступниками.
Вельцер показывает, как социальные и культурные факторы могут подталкивать людей к насилию, особенно когда они не видят прямой связи между своими действиями и их последствиями.
Сдвиг нормативной системы координат в условиях всеобъемлющей идеологической и социальной системы, практический подход к убийству как к рутинной работе, поддающейся оптимизации и, наконец, тот факт, что насилие не только деструктивно, но и имеет ряд конструктивных функций для тех, кто его применяет - всё это может превратить совершенно обычного безобидного человека в машину для убийств.
Отступая от примера нацистской Германии, автор показывает на примерах Югославии и Руанды, что коллективные акты насилия - это не необъяснимые вспышки, а повторяющиеся социальные процессы, которые имеют начало, середину и конец и совершаются не буйнопомешанными, а вполне рассудительными людьми.
Эта работа не просто исследование насилия, а попытка понять, как и почему мы, обычные люди, способны на самые страшные поступки.

... то, что служит общему благу и считается правым делом, определяется эпохой и обществом. Поэтому концепции нравственности в принципе обладают таким свойством - их можно наполнить практически любым содержанием.

Когда мы делам что-либо, охваченные противоречивыми чувствами, то стремимся оправдаться перед самими собой, договориться со своим собственным обликом себя. Поэтому зачастую нам кажется более правильным повторить своё действие, чем исправить его, поставив его правильность под вопрос. То есть, отвернувшись один раз, человек с большей вероятностью а аналогичной ситуации отвернется второй, третий и четвертый раз. С каждым разом вероятность того, что он когда-нибудь поступит иначе, падает.

Заметно, что в ситуации крайнего насилия само насилие по результату определяет, что есть кто. Так же, как во Вьетнаме мёртвый вьетнамец автоматически становился вьетконговцем, здесь каждый, кто оказался под прицелом, автоматически становится бойцом, а не гражданским. В контексте таких самореферентных систем ориентации всё в конечном счете протекает упорядоченно. Само насилие создает порядок.


















Другие издания


