
Электронная
479 ₽384 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Роман о жизни обычного человека. Детство, юность и зрелые годы. Состоит из нескольких историй и расположены они в нелинейном порядке. Ожидания были большие. Надеялась на уют книжных вечеров и тишину библиотеки. Но оказалось, что ничего интересного для себя не нашла. Несмотря на тему книг и библиотеки, хорошего рассказчика в аудио формате, это было очень скучно и не вызывало эмоций, как, например, "Вторая жизнь Уве" Бакмана.
Начинается роман о том, как Боб, которому 71 год, уже на пенсии, живет один, в основном проводя время за чтением и прогулками, однажды встречает женщину в дезориентированном состоянии с бейджем о том, что она пациент геронтологического центра и просьбой вернуть ее. Так состоялось его знакомство и с этой стороной жизни, он становится волонтером в центре и решает проводить вечера чтения вслух. И если первый рассказ Эдгара Аллана По "Черный кот" не понравился из-за излишней жестокости по отношению к коту, то вторая книга Гоголя "Шинель" просто не вызвала интереса и все разошлись. Боб расстроился, потому что очень хотел донести, в чем прелесть чтения, особенно русской классической литературы, которую бесконечно читал и знал очень хорошо.
История о молодых годах Боба, связанная с работой в библиотеке, знакомство с другом Итоном и будущей женой Конни сюжетно получилась самая интересная, но то, как вел себя и что ощущал на фоне происходившего, ни чем иным, как предательством это не назовешь, вызывало постоянное раздражение. Так и хотелось его встряхнуть, да сделай уже что-нибудь, не оставайся безучастным. Боб конечно переживает, но очень глубоко в душе и предпочитает просто отойти.
Затем автор перебрасывает читателя в 1945 год, Бобу 11 лет и он решил сбежать от матери, когда произошли события, от которых "его тошнило всем сердцем" и он не мог больше так жить. И эта часть его приключений оказалась самой провальной для меня с точки зрения сюжета, но как срез эпохи, знакомство с жизнью актеров это может быть интересным.
Начинается и заканчивается роман в октябре празднованием Хеллоуина, что не спасает историю и не придает ламповости.
Понравилось, что встречается много упоминания литературы, например, он советовал прочитать "Преступление и наказание" и другу Итону, и подруге Конни. Боб читает всегда и везде. И выбор работать в библиотеке был сделан сразу, как только он полюбил читать. И это составляет всю его жизнь. Все меняется, годы идут, а книги остаются с ним. Поднимаются вопросы актуальности такой узкой специальности, как библиотекаризм и отвечает ли это потребностям общества.
"Библиотекарист" понравится тем, кто любит размеренное чтение, бессобытийное и погружающее в быт обычного человека, ничем, кроме чтения не увлеченным. Но к финалу Боб оценит и другую сторону жизни, когда есть дружба и общие интересы с другими людьми.

Меня привлекло необычное название. Библиотекарь, это, вроде, понятно… а кто еще: архивист? артист? журналист? сценарист? экзистенциалист? не дай Бог программист? Или Борхес в его «девять глубоко несчастливых лет»? Оказалось – нет, всего лишь хроникер собственной жизни, пытающийся в ней разобраться и достойно прожить, как, собственно, любой из нас.
Книга рассказывает об очень заурядной жизни бывшего библиотекаря Боба Комета, в которой, вроде бы, никогда не происходило ничего ни исключительного, ни значительного, и тем не менее пережитые им события были наполнены значимым только для него смыслом, они мучали, печалили его, заставляли его сомневаться в себе, надеяться на лучшее, принимать себя и свою жизнь такими, каким они складывались в результате этих самых событий. В широком смысле он совсем не герой, автор не наделил его никакими доблестями, харизмой служения или идеей долженствования, по сути ни он сам, ни его жизнь не могут вызвать никакого пристального интереса: он всего лишь «родился-крестился-женился-помер». Его и жалеешь, и одновременно досадуешь на него, потому что просидеть-прочитать-прогулять дарованное тебе благо жизни, не найдя в ней места ничему, что сделало бы ее счастливой и востребованной кем-то, кроме тебя самого, - это очень печально. Но, вероятно, таких жизней в мире много, и узнать в Бобе себя смогут разные читатели. Конечно, автор не замахивается на слом их стереотипов, но и останавливаться-оглядываться у таких жизней не очень-то и интересно. Так кто он, Боб Комет – положительный или отрицательный пример, что другим – наука? Нет ответа.
А может, быть, автор хотел внушить таким людям толику оптимизма: любая жизнь чего-то значит, чему-то учит, ради чего-то осуществляется – пусть даже это «что-то» глубоко личное, закрытое, полуосознанное. Вся радость жизни для героя спасительно сосредоточена в узком личном пространстве – в чтении, в одиноких прогулках, в мелочах повседневности, и он даже чувствует себя счастливым, а свою жизнь полной настолько, насколько может быть счастлив и полон собой глубокий интроверт, сбегающий от неудавшейся жизни в вымышленный книжный мир. Активные действия вроде волонтерства в доме престарелых, выступают для него испытанием себя, попыткой разнообразить привычное существование, внести в него что-то принципиально иное.
Повествование построено так, что высвечивает в обыденности существования Боба несколько ярких точек, самые заметные из которых – побег из дома в подростковом возрасте, оставившая его супруга, предавший друг. Неожиданно встретившись с бывшей женой, он прокручивает в воспоминаниях всю свою жизнь до нее, с ней и после нее, и даже не успев что-то предпринять, чтобы попытаться что-то повспоминать вместе, он снова ее теряет и теряется сам. Это очень созерцательная, почти медитативная книга. Интересной в привычно-романном смысле слова ее вряд ли назовешь, но... что-то есть в том, чтобы взглянуть на человеческую жизнь с другого ракурса и понять, как ее таким вот образом проживают другие люди.

Боб Комет обожал свой уютный домик, всё в нём было как надо, всё было на своих местах. То же самое можно сказать и о его жизни в целом, в ней царили спокойствие, размеренность и упорядоченность, и это его полностью устраивало. «С миром он взаимодействовал, отчасти прогуливаясь по нему, но главным образом о нём читая», – подобный выбор – а это именно что выбор – некоторые осуждают, совсем-де это неправильно – жить книжным, а не реальным, но что неправильного в том, что человек решил, что именно такой образ жизни делает его по-настоящему счастливым? Ему нравилось заниматься готовкой и уборкой, он любил прогуливаться по своему району, а самое главное, он обожал свою работу в библиотеке, действительно обожал; по сути, работа была для него всем, благодаря ей он «стал самим собой». И вот ему семьдесят один год, он на пенсии, и... ничего. Вечера становились длиннее, как и совершаемые им прогулки, и вроде бы он особо и не расстраивался по этому поводу, но встреча с незнакомой – а незнакомой ли... – женщиной, которая, застыв, смотрела в никуда, и последующее за ней знакомство с гериатрическим центром и его обитателями, все эти случайные события дали ход чему-то такому, чему он и названия дать не мог. Конечно, то был глас из прошлого, заставивший многое переосмыслить...
«Бобу захотелось провалиться куда-нибудь, или чтоб провалился Итан, или Конни, или все они трое», – мне, если честно, тоже хотелось, чтобы они все провалились, ибо все эти так называемые любовные метания... ugh, мерзость. Какой же дискомфорт вызывали все эти бредовые похождения дружка (они должны были смешить?.. ну, не вышло), странноватое поведение девицы (хотя наличие отца-тирана многое объясняло, безусловно), ревность главного героя (нет, просто нет); последнему, конечно, хотелось бы в итоге посочувствовать, всё-таки такое двойное предательство, но это было описано столь сухо, что... не знаю, не тронуло. Не помог и внезапный перескок в прошлое и основательное такое воспоминание о том времени, когда одиннадцатилетний Боб сбежал из дома. Бесцельное путешествие, две актрисы с двумя собачками, приморский отель – казалось бы, в наличии были все составляющие для хорошей истории, но – этот слог, эти диалоги, эта атмосфера? Всё было слишком искусственным. Мне не понравилось. Впрочем, показался занятным тот факт, что эти четыре дня оставили в душе героя куда более яркий след, нежели тот же побег голубков, и в том, что в конце концов он нашёл своих людей и обрёл новый дом, была пусть и лёгкая, но всё же нотка поэтичности, ведь всё это очень напоминало те безумные, но при этом такие славные деньки из детства...
«Казалось, что на мировую чепуховину она взирает, как кошка, скептично и неопределённо», – чисто моё настроение в последнее время... Ещё понравилось высказывание «Подозреваю, что мы катим в Фиасковилль», тоже хорошо звучит, ну и «Ида, оно учёное» про читающего мальчика повеселило. А на этом, пожалуй, и всё. Я питаю определённую слабость к небольшим симпатичным историям про такое вот обычное и знакомое, но в данном случае что-то пошло не так, и дело не в том, что от книжной темы тут практически ничего нет (опять же, это лишь мои проблемы – снова попасться на книжное призрачное обещание... когда-нибудь я перестану на это вестись, обязательно перестану!.. ох, кого я обманываю). Но жаловаться при этом всё равно не хочется, ибо разочарования как такового нет, просто мимо, и всё; и такое бывает. Сама же история в целом... Чего уж там, жизнь часто складывается вот так. Главный герой был простым человеком, «по жизни не был ни особенно плох, ни особо хорош», вот и жизнь его была такой же, было в ней как плохое, так и хорошее, он не был героем, но не был и злодеем, он просто старался жить так, как ему удобнее, делая выбор в пользу того, что приносит ему радость. И всё. Смысла здесь не будет никакого. Вообще. Возможно, в какой-то степени это даже правильно...
«Составной частью старения, по крайней мере многих из нас, является осознание того, насколько наши жизненные истории бесформенны и несовершенны, и порой не по нашей вине. Ход времени сгибает нас, складывает, как хочет, и в конечном счёте засовывает под землю».















Другие издания


