Ветер времени. Отречение (сборник)

«Государи Московские» — монументальный цикл романов, созданный писателем, филологом-русистом, фольклористом и историком Дмитрием Балашовым. Эта эпическая хроника, своего рода один грандиозный роман-эпопея, уместившийся в многотомное издание, охватывает период русской истории с 1263 до 1425 года и уже многие десятилетия не перестает поражать читателей глубиной, масштабностью, яркостью образов и мастерской стилизацией языка. Вместе романы цикла образуют своего рода летопись, в которой исторические...

Купить эту книгу

Бумажная

1366 ₽

Купить

Бумажная

2005 ₽1699 ₽

Купить-16%

Рейтинг LiveLib

0 оценок

Эту книгу пока никто не оценил, ваша оценка может стать первой

Ваша оценка

Хотят прочитать 34

Рецензии

strannik10229 ноября 2020 г.
Не хвались идучи на рать, хвались идучи съ рати (русская пословица)
На этот раз действие более чем пятисот страничного романа займёт всего десятка полтора лет. А значит происходившие тогда события будут нам изложены методично и неспешно. Как, собственно говоря, и следует им происходить в реальной жизни и в добротной исторической книге. Тем более, что времена по-прежнему «интересные» — княжество Московское в течение всего описываемого периода испытывает жесточайшее давление практически со всех сторон.
На юге вот уже более столетия раскинулась упырём Орда, и хотя там совсем не мирно и суетливо, и ханы ордынские меняются со скоростью метропоездов, однако для Руси в целом и для княжества Московского все эти перемены каждый раз чреваты новыми визитами в Орду за новым ярлыком на великое княжение.
И Тверское княжество по-прежнему настроено совсем не мирно и тоже претендует на великий стол, и потому постоянно происходят с Тверью разные столкновения, как на дипломатическом уровне, так и посредством периодических набегов друг на друга — то Михайла Тверской на Москву идёт ратиться, то Москва на Тверь отправляется с войском.
А тут ещё и Суздальское княжество поперечиной торчит, и с ним тоже нужно держать ухо востро.
Да и Господин Великий Новый Город тоже не всегда мирен и спокоен.
А с запада напирает Литва, то и дело вторгаясь в пределы Московской земли, да ещё при этом расшатывая и основы православия, и митрополитской московской власти.
И с Константинополем всё не так уж гладко, как хотелось бы, и митрополиту Алексию постоянно приходится делать реверансы и ловчить как только возможно для сохранения единства православия на пределах Руси.
А тут ещё то мор, то глад, то хлад…
В общем, интересное было время. Да что говорить — когда всё как на весах качается, то и всегда непонятно, куда кривая вывезет. И хорошо, хоть московский князь Димитрий потихоньку вырастает и набирается и ратных сил, и ума государственного — впереди ведь Поле Куликово! Правда, он пока об этом не знает...
Читать далее
Ветер времени. Отречение (сборник)
Дмитрий Балашов
0
(0)
52 понравилось
851
strannik10212 ноября 2020 г.
Россия на перепутье и у развилки своей истории
Эта книга как никакая другая (из числа художественных) является прекрасной иллюстрацией к теме «О роли личности в истории». Потому что именно персональная и индивидуальная заслуга митрополита владимирской Руси Алексия в том, что Русь при всех прочих политических потерях и утратах, лишениях и невзгодах, случившихся в ней и с нею после смерти Симеона Гордого, сохранила в конце-концов свою государственную и религиозную (а значит и идейную, культурную, языковую) самобытность и независимость. Впрочем, говорить о наличии государственности в те времена не приходилось, но хотя бы просто сохранилась независимость от иноземных вторжений разного рода и уровня. А риски были громадные. Тут вам и раздоры между князьями и княжествами. Тут и сепаратистские тенденции Великого Новгорода, Пскова, Твери и прочих земель Руси. Тут и конкуренция между князьями за право называться великим князем. Тут и немирная соседняя Великая Литва, с её планами завоевания городов и земель русских (и не только русских). Тут же и в Орде всяческие государственные перевороты, а значит и каждый раз нужно было вновь получать ярлык на великое княжение, рискуя при этом в том числе и жизнями. Тут же и отношения с Византией и с конкурентами на всерусский митрополичий престол — и опять Литва с её далеко идущими планами. И вероятность постепенного и вкрадчивого окатоличивания.
А поскольку севший на московское княжество Иван Иванович Красный вовсе не отличался ни мудростями государственными, ни решительностью и волей, то именно митрополиту Алексию довелось помимо горних духовных задач решать ещё и все высшие мирские, все актуальные и чрезвычайно важные вопросы и проблемы. И тут уже где его волей и талантом, а где отчасти и везением, но Москва не только в конце-концов сохранила центральные позиции, но и стала объединяющим центром для всех прочих русских княжеств. И именно при Алексие Русь Владимирская превратилась в Русь Московскую — колесо истории повернулось именно в эту сторону и Русь пошла тем путём, который привёл два десятилетия спустя к Полю Куликову.
Однако, помимо вот всего этого, это ещё и просто великолепный беллетристический исторический роман, в котором мы с интересом следим за жизненными путями и простых людей, за их личными судьбами, любовями, подвигами и слабостями. И эта составляющая книги не менее интересна, чем её большие темы и смыслы.
Читать далее
Ветер времени. Отречение (сборник)
Дмитрий Балашов
0
(0)
21 понравилось
423
olastr17 июня 2012 г.
Рецензия написана в рамках игры "Несказанные речи"
Сказать речь о любой из книг Дмитрия Балашова для меня большое удовольствие, в игре мне выпал заключительный роман серии "Государи московские" - "Отречение". Тем лучше, по-моему, это один из самых сильных романов автора, его мастерство, оттачиваемое от книги к книге, достигло предельного своего выражения. И интересно, что это единственный из романов цикла, в котором центральной фигурой является не Великий князь, Дмитрий Донской был слишком мал тогда, чтобы править государством самостоятельно. Митрополит Алексий и Сергий Радонежский, глава русской Митрополии и святой сподвижник - вот два главных героя этой книги. Алексий, сделавший выбор в пользу Московского княжества и боровшийся за объединение Руси под его рукой, и чуждый мирского Сергий, в то же время не отделимый от русского народа. Название "Отречение" относится к нему, когда Алексий умер, Сергию предложили занять место митрополита, но он отказался, потому что видел свою миссию в духовном, а не в мирском.
Романы Балашова увлекательны, они сочетают глубокое понимание истории, прекрасный летящий язык и остроту сюжета. Это экшн, постоянно держащий в напряжении. Читающему кажется, что история совершается у него на глазах, и невозможно не переживать, не болеть, не ждать разрешения событий. Помимо сильных мира сего в романе участвуют простые люди, их судьбы вплетаются в повествование так естественно, что невозможно поверить, что какой-то там ратник Никита не существовал. Как же? Он же живой, он любит свою жену, он строит хату, он идет воевать. И все они живые и настоящие. Тот народ, который безмолвствует, это силища, это дух, это Русь. Одним словом, начав читать Балашова, остановиться нельзя, можно только переходить от книге к книге, болеть душой и вживаться в нашу историю, становиться русским.
Замечательная книга, прекрасная серия. Искренне рекомендую, ничего лучшего по русской истории в художественной литературе у нас не создано.
Читать далее
Ветер времени. Отречение (сборник)
Дмитрий Балашов
0
(0)
18 понравилось
880

Все рецензии

Цитаты

Ururur9 мая 2020 г.
Прегрешения верного наказуется более тяжко, чем деяние грешника. Ибо с познанием и властью возрастает и вина за грех.
4 понравилось
743
ida_mikhaylova15 февраля 2020 г.
Незримая граница отделяет дитятю от отрока, отрока от вьюноши и вьюношу от мужа. Последнее не всегда в подвигах. Резче всего отделяет и отдаляет мужа от вьюноши женитьба, семья, бремя ответственности и забот о супруге и детях. Ибо никогда не было так в героические времена, чтобы жена кормила неумеху мужа. Муж, мужчина снабжал дом, создавал его, пахал ли и сеял, водил стада, плотничал ли, чеботарил, кузнечил, иною какою мудростью-хитростью пропитывал домашних своих, торговал ли, судил ли и правил, в походы ли ходил — всегда на нем лежала охрана и снабжение дома. На жене, женщине — хозяйство в этом дому. Пряла и ткала, варила, солила и стряпала, готовила меды и наливки, лечила и обихаживала скотину, держала огород (покос, опять же, был делом мужским) — женщина. Патриархальная, многажды разруганная семья покоилась отнюдь не на всевластии и самоуправстве мужчины, как это принято думать, а на строгом распределении обязанностей и прав между мужем и женой.
Много работы в дому! И в боярском не меньше, чем в крестьянском. Ибо надо всех нарядить по работам, надобен за всеми догляд и надо уметь делать то, что наказываешь и велишь слугам. У хорошей хозяйки вычищены кони, подметено в хлевах, чистота на дворе. Не сама — слуги! Но встать надобно на заре, прежде слуг. А в любую свободную минуту и боярские, княжеские ли жонки сидели за тканьем и вышивкою, и вышивки те до сих пор изумляют в музеях взоры знатоков. Так вот было во времена героические. До немцев-управляющих, до ассамблей и томительного дворянского безделья, в котором многие ли и много ли сил тратили на творение культуры? А детей воспитывали уже не сами, как встарь, а крепостная мамка да выписанный из-за границы француз… Но до француза и немца еще у нас пять столетий. Не позабудем того.
Читать далее
3 понравилось
730
ida_mikhaylova14 февраля 2020 г.
Круговерть военных катастроф захлестывала и западный мир, хотя то были события иного внутреннего наполнения и исход их был иной, но они отнимали у Запада возможность вмешаться вооруженной рукой в дела Восточной Европы, подкрепив католическое наступление силой меча. Уже совершилось сражение при Пуатье, низринувшее Францию, и кто бы мог предвидеть растянувшуюся на столетие войну и крестьянскую девушку Жанну д'Арк, бросившую призыв: «Прекрасная Франция!» — означив то, за что стало можно умирать и сражаться, и тем воскресившую сильнейшее государство Западной Европы.
Еще стояла в обманчивом величии Чехия, ставшая при Карле I центром Германской империи. И тоже — кто мог предвидеть, что час славянского терпения истек, кто мог предсказать проповедь Гуса, Яна Жижку, таборитов и чашников, отчаянный героизм пражан и трагедию Белой Горы?
Предвидел ли кто, во что вскоре вырастет Османская Турция? Догадывались ли Сербия и Болгария, что с крушением ненавистной им Византии и их дни сочтены и уже недалеки Косово поле и долгий турецкий плен? Понимали ли Генуя с Венецией, весело хозяйничающие в бывших византийских владениях, что и их власти тут приходит конец и скоро все острова и крепости, захваченные итальянцами, перейдут под власть мусульманского полумесяца?
И чего могли ожидать, на что рассчитывать владимирские русичи, когда первым же ударом начавшейся бури было опрокинуто и разметано все сложное здание подкупов и интриг, возводимое московскими государями начиная с Ивана Калиты и Юрия? Погибли в резне прежние эмиры и беки. Новые, пришедшие из Синей Орды ханы переиначили все, и очередный волжский володетель, коему москвичи привезли на поставленье ребенка Дмитрия, рассмеялся и передал владимирский престол взрослому (да и богатому!) суздальскому князю.
Весною 1360 года новый великий князь владимирский Дмитрий Константиныч воротился с пожалованьем из Орды. И тою же весною полумертвый, с немногими оставшими в живых спутниками возвращался на Москву бежавший из киевского плена митрополит Алексий, чтобы с муравьиным упорством начинать все заново, восстанавливая и возводя вновь здание московской государственности. Спросим себя теперь по праву историка, почему же не Турция с Литвой, поделив «сферы влияния», стали в конце концов господами Восточной Европы и Средиземноморья? И почему Русь, так отстававшая от соперников своих, столь осильнела впоследствии?
Энергия, являющаяся в мир «свыше» (вероятнее всего из космоса, и в этом отношении надо лишь удивляться глубокому провидению наших предков), поступая в распоряжение людей, начинает подчиняться далее условиям места и времени, политическим, экономическим и иным обстоятельствам, достаточно изученным наукою. И тут решительное влияние на судьбы государств и народов оказывают принятые ими решения, «путь свободной воли», данной человеку во все века истории.
Великую, «от моря и до моря», Литву разорвало принятие католичества. Созданное Ольгердом государство оказалось проглочено Польшей и погибло, передав силу свою двум соседям, которые в дальнейшем и решили спор о киевском наследии так, что наследие это в конце концов вернулось в лоно Российской империи.
Турки, объединенные воинствующей религией ислама, шли от победы к победе, но их сгубила инкорпорация «ренегатов», искателей приключений и успеха, которые, быстро разрушив национальные устои Турецкой империи, привели к закату «блистательную Порту».
Судьбы Руси складывались по-иному, ибо тут создавались и создались внутренние основы прочности государства на длительное время — религиозные, этические, правовые нормы, позволившие именно России, обогнав соперников своих, утвердиться на просторах Восточной Европы и Сибири, создав особый мир, особую культурную общность, не имеющие аналогов в мировой истории.
Читать далее
3 понравилось
389