Если бы я жила в XV веке, то меня бы сожгли.
В начале XX отправили бы на лоботомию.
Сейчас бы сказали, что у меня тревожность и мне кажется.
Это не гипербола, а историческая последовательность:
женщина, которая чувствует, думает и не молчит, всегда была проблемой, а не человеком.Я не ждала от этой книги открытия, я ждала от неё ярости.
И получила её. Она задокументирована: с фактами, цитатами, хронологией и (главное) личной усталостью автора от того, как медицина веками тренировалась на женских телах, ничего не зная о них.
На первом же проценте сцена: терминальная пациентка говорит врачу:
«Извините, что вспотела на вас».
И на этом я поняла, что книга будет хорошей.
Даже на пороге смерти женщина извиняется за своё тело.Это не анекдот и не сентиментальность - это наша встроенная прошивка.
Женская физиология - это повод извиниться.
Женское тело -
«мы не знаем, как оно работает, поэтому будем лечить, как получится. А если не получится, то это ваша вина».
Дальше имеем системное вытеснение.
Повитух, целительниц и травниц сначала сжигали. Потом вытолкнули из профессии, когда медицина стала институцией.
Их знание не было перенято -
оно было проигнорировано как ненаучное и исчезло.
Мужчины создали стандарты, дипломы, классификации - и вычли из них женщин.
Женское тело стало статистической погрешностью. В исследования его не включали.
В диагностике не учитывали.
Сердечные приступы у женщин изучили только в 2000-х.
До 1994 года не было федеральной программы изучения женского сердца.
До 2004 года 70% американок не знали, что болезни сердца касаются и их.
Это не абсурд - это структура.Что происходило с женщинами, у которых было тело и сексуальность?
Им запрещали. Привязывали руки. Оперировали.
Потому что
женская телесность без мужского участия - это уже вызов и опасность.Мне в какой-то момент стало страшно - не от конкретных случаев, а от узнавания.
Я была у этих врачей. Я слышала эти диагнозы.
Я чувствовала это смещение реальности, когда твоё тело называют
«слишком сложным» - и поэтому неудобным.
Проблема не в тебе, а в том, что тебя никто не хотел изучать.
All in Her Head - не манифест, не вдохновение, не призыв.
Это
отчёт патологоанатома: вот симптомы, вот истории, вот статистика.
Без попытки сгладить. С яростью, но очень собранной.
Мне не нужно, чтобы это читали все.
Мне нужно, чтобы те, кто узнаёт, знали:
они не были “слишком чувствительными”.
Их просто никто не собирался понимать.