Екатерина М рекомендует
YuliyaKozhevnikova
- 258 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
С большим трудом домучил лауреата премии «Просветитель» этого года «Корпорацию самозванцев» Олега Хлевнюка. Вроде уважаемый человек написал, профессор ВШЭ, член Королевского исторического общества Великобритании (кхм-кхм), доктор исторических наук, а книга совершенно несостоятельная. Я, конечно, понимаю, что расследования коррупционных схем — это модно, а критиковать Советский Союз — вечно, но это ведь можно и научно делать, верно? Не прибегая к алогичным умозаключениям и выводам из воздуха. Читатель ведь тоже не дурак.
«Корпорация самозванцев» — это триста страниц о деле «Управления военного строительства», неофициальной, как это позже выяснилось, строительной компании, возглавляемой Николаем Павленко 1912 года рождения. Суть дела была в следующем: товарищ Павленко дезертировал с фронта, мошенническим путем организовал строительную фирму, выдав ее за государственную и околовоенную, нарисовал себе и своим подельникам звания и был таков — работал, строил, давал взятки и разворовывал государственные деньги (но строил, к слову, хорошо). Когда об этом прознали органы, Павленко и его банду арестовали, главаря, как положено, расстреляли, а остальным дали большие сроки. Как-то так.
Но одним пересказом дела Павленко Хлевнюк не ограничился. Ему было необходимо что-то большее, что-то глобальное, такое, чтобы можно было войти со своим трудом в историю науки. Поэтому Хлевнюк поставил перед собой следующую цель: на примере банды Павленко понять — было ли подобное мошенничество и аферистские пути, применяемые Павленко, типичными для периода сталинской власти или нет? Замечательный проблемный вопрос! Есть только одна загвоздка: по заявлению самого Хлевнюка, данных о других таких делах нет — все в архивах, поэтому провести сравнение или произвести какие-то статистические выводы просто-напросто невозможно. Отлично. И что же тогда можно увидеть в финале такого исследования? Наверное, признание поражения? Закономерное отсутствие ответа на поставленный вопрос? Нет, мы читаем следующее: «В общем, на вопрос о типичности организации Павленко, особенно с учетом неполноты наших знаний о теневой экономике и уровне латентности экономических правонарушений, можно ответить положительно». Любопытно. То есть, получается, что неполнота знаний равняется положительному ответу? Интересно.
Ну ладно, с выводом ясно, но что там с оценкой действий Павленко? Хлевнюк, наверное, как настоящий историк нейтрален или поддался нормальному человеческому возмущению и порицает преступника? Читаем: «В тоталитарной системе чувствовать себя в безопасности не мог никто. Под удар карательного аппарата и постоянных репрессивных кампаний попадали рядовые рабочие, колхозники и члены Политбюро, ближайшие соратники Сталина. В отношении тех, кто вступал с государством в открытый или скрытый конфликт, это правило действовало с умноженной силой. Павленко и его сотрудники, несомненно, принадлежали именно к этой категории, т.е. входили в группу абсолютных рисков». Что ж. С тем, что Павленко и его друзья противостояли государству, я согласен, но насколько правильно в одном абзаце говорить о жертвах репрессий, невинно осужденных и настоящих преступниках, разворовавших государственные средства? Насколько это уместно? Или все-таки политические репрессии и противозаконные действия должны рассматриваться отдельно?
И хочу добавить, что мое неодобрение работой Хлевнюка вызвано не личными взглядами на исследуемый предмет — допускаю, что обладай мы всеми данными, вывод был бы таким же, — а нелогичными и ненаучными действиями Хлевнюка, раскрутившего из одного дела целый тип. Коррупция, конечно же, была, блат тоже был и все такое, но это же надо доказать в тексте, подтвердить документально, а не делать выводы без доказательной базы, это же вроде научная работа, а не фанфик народных умельцев.
С тем же успехом можно было бы взять какое-нибудь советское дело о педофилии, в котором фигурировал ну очень плохой человек и ну очень плохие следователи, написать об этом книгу и в концовке заявить: СССР был страной педофилов, а следователи были либо тупыми, либо брали взятки, — получилось бы ровно то же самое, что и у Хлевнюка — псевдонаучное попсовое чтиво для любителей коррупционных расследований и любых антисоветских исследований.
Причем с подборкой материала у Хлевнюка проблем не было, работа была проведена немалая и добротная, только вот предвзятость и заведомая убежденность автора в выводах подвела. Тезис выдвинул, сам в него поверил, а доказать забыл.

Книга, прочитать которую, меня впервые за долгое время побудила отличная аннотация.
Вау-эффект состоит в том, что существовали люди, которые в сталинскую эпоху, могли от мелкого самозванства прийти к крупной организации, которая никак к военным ведомствам не относилась, но мимкрировала под военную. Строила много объектов, была по любым меркам немаленькой, в общем и целом, была частной, хотя и работала внутри плановой экономики. Вот уж действительно, прятаться надо на виду.
Сам по себе текст в основном состоит из ссылок на архивные документы и цитат материалов следствия, но, как ни странно, читается. В частности, понравилось описание историй известных самозванцев и подобные примеры, которые приведены для понимания типичности теневых делишек в плановой экономике. Приведены отдельные важные цифры.
История постепенной легализации и существования в тени по форме и существу напомнила технический детектив (что-то из Фредерика Форсайта). Стенограммы допросов совершенно очевидно отредактированы следствием - живые подсудимые люди, даже советские и сто лет назад, так картонно не говорят. И все равно через них характеры Павленко и Константинова, как мне показалось, просвечивают. В целом, наполненный эвфемизмами язык протоколов - это конечно классика двоемыслия. Не знал, например, что подобно Воландеморту, Сталина называли "один из руководителей Партии и Правительства".
Мне, как человеку плохо знающему историю советcкого периода, после прочтения захотелось разобраться в следующих вещах. Зачем нужна была денежная реформа была в 1947 году - почему такой мощный прогрессивный налог, только ли идея выравнивания? Капитальное строительство организации часто вели своими силами - а до чего еще разделение труда не добралось?

Для меня было неожиданностью, что в сталинском СССР могли действовать такие внушительные по размеру и размаху действий организации теневой экономики. Об этом было любопытно почитать. Но, на мой взгляд, повествование несколько затянуто, хотя степень детализации исследования поражает.

Мы не вели антисоветской деятельности, мы просто строили как умели, а умели строить мы хорошо...

... в 1938 году посевные площади личных крестьянских хозяйств составляли около 4,6% от площадей, находившихся в распоряжении колхозов. Несмотря на это, в 1937 году даже по официальным данным их продукция составляла четверть от всей колхозной продукции (..), включая 38,4% овощей и картофеля и 67,9% мяса и молока.

Как показывают социологические исследования механизмов доверия, добровольное самоочернительство (предоставление информации о прежних преступлениях) нередко является важным фактором укрепления доверия, особенно в криминальной среде, к которой, по крайней мере отчасти, относилась и организация Павленко. Доверяя свои тайны другим, участник группы демонстрирует лояльность к ней. Взаимный обмен компрометирующей информацией, а не попытки ее скрыть - это условие равноправного доверия и солидарности? Кроме того, опасаясь преследований со стороны государства, нельзя было рассчитывать на эффективную защиту организации в случае сокрытия от нее причин таких преследований. Между тем поддержка в конфликте с государством, как будет показано далее, являлась важным элементом укрепления доверия и наиболее ярким проявлением круговой поруки в УВС.




















Другие издания
