Мистика
OlyaKlyueva
- 510 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Я очень редко читаю рассказы — обычно не успеваю прочувствовать атмосферу и насладиться сюжетом. Кажется, словно за такой маленький объем не успею насладиться происходящим. Однако этот сборник стал приятным исключением.
Уже была знакома с творчеством Александры Райн и люблю её романы, поэтому начала читать сразу с её «Грез Каро». Трагичная, напряженная история про игры подсознания. Не ожидала такой финал и до сих пор испытываю сильные эмоции от того, как все завершилось.
Сборник состоит из восьми рассказов: они отличаются по тональности, сюжетам и финалу. Одни дают надежду, другие до краев заполнены хрустящем стеклом и оставляют после прочтения внутреннюю пустоту.
Самыми сильными по эмоциям, помимо Грез, стали рассказы:
Потерянные, Майя Винокурова— о девушке, которая только окончила университет и переехала в съемную квартиру. полную надежд, планов, желаний творить и влюбляться... однако визит девушки, что жила здесь до этого все меняет.
Хозяйка особняка, Мэгги Бранто — девушка успешно осуществляет свою мечту о покупке дома под отель. Однако управляющий сразу предупреждает, что здесь все не так просто и место славится легендами о призраках. Вместе им предстоит раскрыть тайны прошлого и отпустить души на свободу.
Полночный подаст, Аида Ланцман — мужчина приехал в уединенный дом работать над своими историями, однако его каждый вечер прерывал телефонный звонок. Ему сообщали, что пора срочно уезжать, пока некто не вернулся. Кто ему звонил? От чего его пытаются спасти? Реальны ли эти угрозы? Несмотря на небольшой объем, рассказ отвечает на все вопросы и вызывает сильные эмоции.
Старая кирха, Евгения Левицки — мне очень понравилось, как тонко автор играла с временными параллелями в этом рассказе. Обожаю, когда сочетаются нотки мистики и перемещения в прошлое.
Тоже интересные рассказы, но уже более ровные по эмоциям:
Конец полярной ночи, Вера Лейман — про любовь, которая оказалась сильнее любых испытаний.
А истории «Чем ближе к лесу» Екатерины Андреевы и «Бабкино наследство» Ольги Асташенковой повествуют о людях, которые столкнулись не только с мистической составляющей, но и человеческой жестокостью.
Сборник особенно атмосферно читать в темноте, когда дом погружен в тишину и можно полностью погрузиться в сюжет.

С недавних пор мне все чаще попадаются произведения наших малоизвестных авторов. С первых строк этого рассказа на ум пришла аналогия с “Олесей” Куприна: очень поэтичные, классные описания. Читается на одном дыхании. Самое интересное — не трясутся коленки, не клацают от страха зубы— лично я не люблю слишком острый саспенс — при этом Ольга умело завлекает, заставляя мучаться вопросом: “А что же будет дальше?”
Весьма необычные повороты в сюжете, как и неожиданный финал. Мне очень близка идея, что наша семья — это прежде всего духовное наследие, кладезь знаний и опыта.
От души желаю автору новых идей и их реализации.

Я привыкла, что у автора все истории связаны с Кореей. Эта же история посвящена коренному народу русского севера - эвенки, проживающему на побережье Чукотского моря. И для меня стала открытием такая сторона автора.
В этой истории я увидела большую работу автора. Чтоб так достоверно описать быт и обычаи народа эвенки нужно провести действительно кропотливую работу по матчасти.
История в своем исполнении напоминает древнюю легенду. О том как ненависть и опрометчивые поступки могут поселить в душе тьму. И только сила любви сможет всё вернуть на место.
Легенда (ну не поднимается у меня рука охарактеризовать историю как простой рассказ) очень атмосферная, с жизненной и мистической составляющей.
Очередное мое "браво" автору!

Несмотря на календарное лето, дыхание осени уже чувствовалось в воздухе: пахло переспелыми яблоками, медом, лилиями и розами из бабушкиного сада, грибами да прелыми листьями.

к вечеру вытащил из сарая старую «Каму» — тяжелый складной велосипед.
— Хочешь покататься? — спросил он.
— А «это» меня выдержит? — засомневался Ванька. — Я же его сломаю.
— Не сломаешь, он даже слона выдержит. Сейчас такие уже не делают

Ванька был и рад встрече, и огорчен одновременно: видеть, как твои родные стареют — больно.
Другие издания

