Тропою испытаний. Смерть меня подождет

Когда читаешь название романа, невольно приходит мысль о наличии мистического в нём. Но чтение в данном случае становится приятным удивлением, когда всё происходящее на страницах самое что ни на есть реальное и основано на автобиографических заметках автора, которые, постепенно разрастаясь, и вылились в большое интересное произведение, где одинаково полно нашли выражение драма, приключения, этнология, а также огромный пласт, посвященный привычкам и повадкам животного мира тайги.

От мистики в ходе повествования остаётся только легкий налет, флер, постепенно развеивающийся как дым, потому что с каждой страницей чувствуется, что всей случившейся трагедии имеется более чем реальное объяснение, которое, честно говоря, оказалось совершенно непредсказуемым для меня, да и для участников экспедиции.

Прочитанная чуть ранее повесть Последний костер позволила немного познакомиться с таинственным и значительно отличающимся от привычного нам мира коренного народа - эвенков. Здесь снова представители этой народности становятся полновластными героями романа наряду с геологами, приехавшими с экспедицией. И вот просто жирный жирный плюс. Читая, ты невольно проникаешь в их мир, полный духов, которых можно бояться, можно уважать, ублажать, задабривать и любить, пытаться обмануть, чтобы спасти себя и свое племя, но не малейшего равнодушия и любое мало-мальски важное дело осуществляется с оглядкой на них. Здесь вполне себе спокойно существует матриархат и все довольны. Суждения, высказываемые в отношении пожилых членов племени понятны доходчивы и главное, имеют под собой реальную основу и пользу как для человека самого, так и для всего племени. Вообще для них характерна общность и забота друг о друге и в целом о сохранении своей идентичности, что немаловажно. В очередной раз они подкупили меня своей мудростью, надежностью и бесхитростностью.

Еще одним жирным плюсом романа являются страницы, посвященные другим полновластным обитателям тайги. Тут сохатые, медведи, собаки. Их истории становятся полноценной частью романа, а некоторые просто с ходу западают в душу, совершенно не оставляя места для равнодушия. Как можно быть безучастным, например, к горю собаки, лишившейся детёныша или пробуждению у другого животного инстинкта, дремавшего до поры до времени, пока собственно суровая правда жизни не заставила проснуться от спячки ? И таких историй здесь очень много, как и чудесных описаний природы, местами завораживающих, местами устрашающих своей красотой, в которой может таиться гибель для желающего нарушить её уединение.

Пожалуй, единственным минусом тут стала некоторая затянутость и повторяемость во второй половине романа и определенный поклон в сторону существовавшей тогда идеологии, хотя, возможно, и скорее всего, автор искренне верил в правоту своих слов в то в время, разубеждая эвенков в их вере в духов, где-то стремясь навязать им свои убеждения и правила, что выглядело как со своим уставом в чужой монастырь... и царапало каждый раз.

Любителям качественной прозы, полной приключений и настоящих опасностей, желающим заодно узнать много нового и интересного из мира живой природы, с удовольствием рекомендую к прочтению.

Вот просто прекрасная книга! Сейчас, к сожалению, очень часто ругают советскую литературу, но есть в ней такой пласт, к которому можно относиться только с огромным интересом и читать, читать, читать, захлёбываясь от восторга и повизгивая от избытка чувств. Это книги о сильных людях, о противодействии человека и природы, и о гармонии природы и человека (да-да, именно так!). Это книги о малоизвестных уголках тогда ещё огромной страны и об их уникальных особенностях. Это книги о людях малых народов (вот такой нелепый термин), которых просто не так-то много сохранилось, об их обычаях, вере, образе жизни. Это книги о путешествиях, приключениях, экспедициях. Книги, написанные интересно, и от которых просто невозможно оторваться. Я бы отнесла сюда Санина с его арктическими повестями, Рытхэу с изумительными романами о жизни чукчей и вот теперь Федосеева с отличным романом "Злой дух Ямбуя".

Чем меня покорил этот роман? Прежде всего, совершенно изумительным описанием Тайги. Сибирская тайга — это не просто огромный лес, это тайна, дом для многочисленного зверья и источник для жизни некоторых народов. И это второй пункт из списка, почему мне понравился этот роман. Я с изумлением и каким-то восторгом читала у Рытхэу о чукчах. А сейчас с таким же упоением о эвенках. Казалось бы, дикий, примитивный народ. Верят в лесных духов, ведут кочевой образ жизни, малограмотны, живут какой-то первобытной общиной, предпочитают есть сырое мясо или же, сваренное старинным способом, без соли и пряностей. Но насколько они гармоничны в своём единении с природой! Насколько сурова и правдива (если можно сказать так) их любовь к животным и как они мудры в охоте, пастушьем деле или в заготовлении мяса и пушнины. И вот теперь подробнее о животных. Все знают, что хозяин нашего леса — медведь. В этой книге будет несколько медведей. И какие же они разные! Не буду портить впечатление и подробно останавливаться на описании, просто скажу, что не во всех книгах люди выписаны с такой точностью. Я прямо как будто воочию видела этих животных и даже прочувствовала их характеры. Олени для эвенков тоже не просто стадо. Вроде бы и не относятся к ним излишне нежно и сентиментально, но нет-нет и проскочит что-то такое милое в сторону старого оленя или какое-то особое слово, подчеркивающие заботу и теплоту к этим животным. Ну а больше всего поразили собаки. Это рабочие звери, которых оценивают и любят не только за экстерьер. Хорошая собака — это прежде всего работяга. Просто так никто не будет держать и кормить просто красивого породистого пса. Кстати, кормить-то их особо и не кормят. Собаки сами добывают себе пропитание. От человека они получают только угощение — благодарность за какое-то дело. И только так. Вроде — жестоко. Но это кажется так из тёплой, уютной квартиры. В тайге не до сантиментов. Кто не работает, тот не ест. В таборе эвенков даже старику Карарбаху давали самую маленькую порцию, чтобы двигался, искал зверя и вот тогда, он мог есть столько, сколько хотел. Но я отвлеклась. Кобель Загря меня покорил. Да нет же, я просто влюбилась в него! Ленивый, забалованный пес, которого хотели уже забраковать, и — чудный, красивый, умнейший охотник и верный друг, за которого дают такую цену, что просто неслыханно. И вот тут опять потрясение — не за награду, нет, но вот за помощь, содействие, нужное участие, можно и друга отдать хорошему человеку. И это не предательство! Это бесценный подарок за благое дело. Так маленький мальчик подарил свой лук и стрелы за спасение маленькой сестренки. Так и геодезист Григорий отдал своего Загрю табору.

Про эту книгу можно писать и писать. А лучше просто прочитать её и погрузиться в мир Тайги, опасностей и приключений. И насладиться запахом хвои, таким притягательным дымом костра и почувствовать тепло собачьего бока. Приятного чтения!

Замечательная повесть, как и другие книги автора. Если в художественном плане они и уступают Пришвину, Паустовскому или Астафьеву (с чем можно и поспорить), то их эмоциональное воздействие огромно. И напряжение читателя не отпускает, заставляя сопереживать и с нетерпением ждать благополучной развязки. А всё дело в том, что герои Григория Анисимовича — реальные люди, а проносящиеся перед глазами события происходили на самом деле.

Герой этой повести — эвенкийский таёжный проводник 80-летний старик Улукиткан, всю жизнь проведший в суровой приохотской тайге, сроднившийся с ней и понимающий её как никто, всеми органами чувств. Даже утратив одно из них, зрение, он отнюдь не бессилен на тропе испытаний, ведь не утрачено главное — накопленный многолетний опыт, цепкая память и врождённое чувство ответственности. Глубокая симпатия, которую сам автор испытывает к старику, становится и нашей. И мы вместе с автором дивимся и внимаем его простой мудрости, учимся языку природы, переживаем события столь богатой ими жизни, оставшиеся многочисленными различными засечками на прикладе раздолбанной берданы. Мы проникаемся самим духом и идеей кочевья: в движении жизнь, ибо «в быстрой воде муть не держится», а «человеку даны ноги, чтобы он долго не сидел на одном месте». Кроме того, долгое пребывание на одном месте входит в привычку, органы чувст притупляются, «скучают», что в тайге равносильно смерти, «смерть ищет нас, обязательно ходить надо», и обмануть её можно и должно — на то тоже способы есть. Улукиткан делится приёмами чтения следов с восстановлением полной картины событий, даже давних, учит расшифровывать «веточные послания», знакомит с таёжным календарём. Его точные замечания удивляют, хотя его самого удивляет, как можно этого не нонять сразу: «Надо понимай, что слышит ухо. Зачем напрасно таскаешь его?», «Зачем с собой глухой нос напрасно таскаешь?», «Человеку не напрасно дан ум. Если нашел на снегу кучу перьев — не ходи дальше, непременно узнай, чьи они и почему лежат тут; если заметишь сломанную веточку — тоже узнай, кто и зачем ее сломал; увидишь след бежавшего сокжоя — разберись, от кого он удирал. Глаз все должен видеть. Но только видеть — это мало, нужно и понимать, что видишь.» Улукиткан очень похож на другого известного и тоже реального персонажа, Дерсу Узала Арсеньева. Почти полвека разделяют их, но тип мудрого, знающего и самоотверженного проводника не изменился, как неизменны подлинные мудрость, знание и самоотверженность. Но, хотя Улукиткан и самый яркий образ повести, он не единственный. Восхитительны и соратники руководителя экспедиции Федосеева: Василий Мищенко, Кирилл Лебедев, Трофим Королёв, верные собаки Бойка и Кучум. Каждый из них заслуживает отдельной книги. И автор выводит их не в одной повести. Благо материала, накопленного в записных книжках и аккуратно ведущихся путевых дневниках более чем достаточно! И не менее важен образ самого автора, неизменно остающегося как бы в тени, чтобы ярче раскрыть характеры своих друзей и спутников, — но ведь именно он собрал вместе этих ярких, храбрых по-настоящему героических людей, выполняющих общую и такую важную работу в невообразимо тяжёлых и смертельно опасных условиях. Если вы ещё не знакомы ни с одной книгой этого замечательного учёного, геодезиста, первопроходца и писателя, — «Тропою испытаний» — в самый раз для начала. Есть и более обстоятельный вариант этой повести, включённый в собрание сочинений и существующий в аудиоверсии. Но именно это прижизненное издание 1961 года с отличными графическими иллюстрациями П. Кирпичева не может не понравиться, не влюбиться в сжатый и насыщенный авторский стиль и не искать новых встреч с необычайно интересными мужественными людьми, живущими на страницах федосеевских книг!