Попаданцы в земную историю
Ingris
- 315 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
Дилогия о семье попаданцев из 2012 года в 1910-й. С художественной стороны - большей частью посредственная и вялая. Тут влияет и то, что повествование тихое и мирное, что идет оно отстраненно от третьего лица, и то, что автор "вырезал" множество моментов сюжета, скрыл действия героев до поры от читателя, готовя сюрприз - и вывалил кучей все эти моменты в конце второго тома, чтобы пазл собрался. Только вот из-за этого приема не все дочитают до конца: попаданцы слишком часто кажутся тупыми жертвами (поди пойми, есть ли маска), а таинственность нагнетается неуклюже, хоть именно такая бытовая подача и имеет потом вполне житейский обоснуй. В этой книге нет магии и фэнтези, она весьма практична и реалистична. Есть одно фантастическое допущение - природный феномен, внезапно перенесший на сто лет в прошлое ехавшую с дачи обычную семью в старом уазике, с ноутбуком, забитым не справочниками, а развлечениями для ребенка. Ни у мужа, ни у жены, ни у их 10-летней дочки нет глубоких исторических знаний и полезных для выживания хобби - разве что умение собрать-разобрать джип-уазик, на котором и решено попытаться заработать на жизнь. То, как ведут себя попаданцы, особенно поначалу - для героев большинства книг поджанра слишком беспечно, глуповато и скучно, зато, на мой взгляд - реалистично, ведь это абсолютно неготовые к такому повороту люди, в подсознание которых никак не уложится мысль о глобальной перемене в их жизни - и необходимости как изменить свое поведение, так и контролировать всё, от облика до слов (но они таки пытаются). И одновременно, для большинства книг поджанра нетипично, что попаданцы не продвигаются стремительно по социальной лестнице за счет своего послезнания и спецумений, что местные власти их игнорируют, а местные жители выживают в своем времени, прикиньте, с большим успехом, и вообще - не дураки, в рот попаданцам не заглядывают, сами с усами... Этот контраст особенно ярок, когда с одной стороны - энтузиасты-специалисты с глубокими знаниями в разных сферах ("Да, ну и время… Ученые уходят в большевики, поручики пишут стихи и музыку, подводники летают на самолетах, сын Менделеева конструирует танки…"), а с другой - скучненькие продукты постсоветского времени, воспитанные "как потребители" и на лубочных картинках "России, которую мы потеряли", работавшие работу в офисе и имевшие самовыражение разве что в хобби (например, гроулить демоническим голосом...) Автор, кто бы что ни говорил, неплохо покопался в исторических источниках и картину времени нарисовал вполне себе достоверную и живую. Луга, Петербург, мещане, работники мастерских, изобретатели, дельцы, писатели, охранка... Ограничения жизни женщин и множество занятий у мужчин. Необходимость знакомств и связей, которых у попаданца нет, и как он их тяжело строит, и как они хрупки, но даже попав на прием к царю, получает он решение именно в стиле царя Николая II. Реалистичного в дилогии, повторюсь, очень много, как по духу, так и по фактажу. Чего мало - так это экшена и пафоса, ибо бытовуха-с и обывательство, но в чем их прелесть - эти мелочи в основном относятся к началу 20-го века, хоть автор и показывает, что в России через сто лет в главном-то всё схоже, увы. И в пассажах про подготовку к большой войне как же он прав... Попаданец хочет предупредить войну (первую мировую), но если силы его недостаточны, он хочет хотя бы предупредить о войне - что тоже не просто, если еще надо сохранить жизнь и свободу себе и семье. Однако автор таки выводит на хэппи энд (уж какой есть, реалистичный, обоснуйный), и в целом впечатление от книги осталось положительное.

В общем, как уже неоднократно убеждался Руслан — прошло сто лет, ничего не изменилось. Случись что в России начала двадцать первого века, закройся, например, границы, как это произошло в начале двадцатых годов с Советской Россией, которую долго не признавали в мире и отказывались с ней торговать и иметь хоть какие-то отношения — тут же выяснится, что каких-то элементарных и привычных вещей больше нет. И придется, по примеру начала двадцатого века строить новые заводы, напрягая силы и извилины.

Давно известно, что преступник страшно обижается на жертву, когда она отказывается быть жертвой.

Наверное, не только в Петербурге — и не только начала двадцатого века — можно наблюдать такое странное явление: идешь по улице, вроде все тихо, мирно, чисто, прохожие гуляют, дамы с собачками, дети с боннами — ну или с смартфонами, от эпохи зависит — приличный город, приличное место. Но стоит от этой самой приличной улицы свернуть чуть в сторону, буквально на два шага…
Мама дорогая!
Ты попадаешь в самые натуральные трущобы, где на ум приходит только слова «постапокалипсис», где пахнет мочой и помойками, где стены подернуты плесенью, окна выбиты, а здешние обитатели напоминаю орков и мутантов из Фолаута одновременно. И нет, от страны это не зависит: точно такое же можно обнаружить, если свернут с туристических маршрутов хоть в Париже, хоть в Берлине, хоть в Токио.