Концепция "котодама"
"Котодама" (по-японски "душа слова") - это "некая сила", которая ещё в Древней Японии приписывалась японским текстам, и со временем эта концепция не только не изжила себя, но и стала развиваться, в частности, усилиями японских филологов вообще и лингвистов, в частности, особенно - нативистов, озабоченных тем, чтобы высветить уникальность японского языка перед остальными, в которых, якобы, нет того, что скрывается за понятием "котодама", включая китайский язык (японский язык не является родственным китайскому и радикально отличается от него по своему строю).
"...по словам филолога Ватанбэ Сёити, наличие (existence) в языке котодама делает язык "живым".
Впрочем, к моему удивлению, Ватанбэ Сёити находит это качество и в немецком языке, "считая его (в отличии от французского и других "мертвых" романских языков) тоже "живущим языком", оперируя смыслом, который закладывал в это определение Фихте".
Тут мой нос повело в сторону... нет, не Фихте, до него ещё дойдёт, а в сторону "Воскрешения Слова" Шкловского к теме "мёртвых слов", а моя персона (которой удивительным образом принадлежит оный нос) видит тут прямую, хоть и десакрализованную, связь, хотя автор этой (впрочем, как и автор другой статьи о "котодаме") делает упор в исследовании на сакральном/магическом значении концепции, прослеживая этимологию в этом ключе.
Вот тут тоже хочу обратить особое внимание:
"На перекрестье тысячи дорог, где есть душа слов, вечером спросил-загадал. Встречусь ли с той девушкой, которая была названа?
(Какиномото Хитомаро, «Манъёсю», №2506)
Если выражение "на перекрестье тысяч дорог" автор статьи воспринимает и исследует географически, то я обратившись к образности выражения самым "апофеническим" образом (до Фени, если честно, если кто-то так считает) вижу тут связь с "нулевой степенью письма" Барта как возвращение к "нулю", к отправной точке, к живым образам языка; а также ризоме Делёза - и там и там точка отсчёта, которую можно считать "перекрестьем тысяч дорог" (буду настаивать, что это и есть "макурокотоба" - "изголовье-слово", прежнее название "окосикотоба" - "начинающее слово"), из которых материализовались позднейшие слова/понятия.
Было крайне важным узнать, что:
"...древнеяпонских писцов интересовала этимология не в современном лингвистическом смысле как поиск истока слова и его формы, а как поиск изначального смысла слова и его истинного значения, что соответствует исконному древнегреческому пониманию этимологии". Ах, ну да, и тут новейшие значения, порождающие искажения в понимании.
Что смутило сразу в этой статье - это неуместное употребление расхожей разговорной фразы "имело место БЫТЬ" вместо "имело место".
Выходит, что японский язык гораздо образнее китайского. Именно в понимании его образности скрывается секрет герменевтики японского миропонимания. Но что имеет ещё гораздо более серьёзное, я бы сказала, вселенское, значение, так это то, что в понимании образности вообще, безотносительно к языку, скрывается смысл истинной герменевтики.
В целом статья оказалась очень познавательной. Из тех, которые составляют вехи на пути познания и поиска ответов в пределах значимой для меня темы.
24 понравилось
