Волшебник

Впервые на русском – новейший роман одного из крупнейших британских прозаиков Колма Тойбина, неоднократного финалиста Букеровской премии. «Волшебник» – это литературная биография прославленного романиста Томаса Манна, автора «Будденброков» и «Волшебной горы», «Смерти в Венеции» и «Доктора Фаустуса», лауреата Нобелевской премии. Это семейная сага, охватывающая больше полувека; сюда уместились и детство в патриархальном Любеке, и юность в богемном Мюнхене, и семейное счастье, и непроницаемые тайн...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,0

601 оценка

5
37%
4
43%
3
17%
2
3%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 645Хотят прочитать 1195

Рецензии

Kristina_Kuk19 декабря 2025 г.
История удивительной семьи
Колм Тойбин написал художественную биографию Томаса Манна, которая охватывает всю жизнь писателя и освещает основные вехи, где пересекаются личные драмы и богатый и трагичный исторический фон. Учитывая жанр, беллетризованная биография, автор позволяет себе восполнять пробелы, домысливать, что могло происходить в голове Томаса в тот или иной момент. В целом же у меня создалось впечатление, что Тойбин относится к выбранной теме с уважением, не гоняется за сенсационными трактовками, добросовестно и подробно воспроизводит хронологию событий и в своем видении старается опираться на достоверные свидетельства. В книге множество отсылок к произведениям Томаса. Я мало знакома с творчеством писателя, но, удивительное дело, мне это совсем не мешало. Наоборот, было интересно узнавать какие-то детали о том, как создавались книги, как Манн использовал окружающую его действительность и реальных людей в создании вымышленных историй.
Автор уделяет довольно много внимания семье Томаса. Мы знакомимся с родителями будущего знаменитого писателя, его сестрами и братьями. Отец происходил из зажиточного бюргерского семейства, считался уважаемым человеком - - сенатором и предпринимателем. Мать имела бразильские корни и выделялась на сероватом фоне Любека, родного города Маннов, оставившего след и на Томасе. Возможно, именно она принесла в семью Маннов творческую жилку.
Жизнь обеих сестер Томаса, Лулы и Карлы, оборвалась трагически, они добровольно ушли из жизни. Что должно было сказаться на Томасе и его старшем брате Генрихе, который был очень привязан к Карле. Генрих Манн, тоже талантливый писатель, станет одним из идейных борцов с Гитлером и нацистской идеологией. Младший брат Томаса останется в Германии и приспособится... Разные выборы, разные судьбы, по которым прошелся беспощадный каток истории.
Томаса женился на Кате, девушке из состоятельной творческой семьи, увлекавшейся музыкой и литературой. Томас и Катя создали большую семью и прожили долгую совместную жизнь. Их отношения, конечно, никогда не были идеальны, но Катя была его опорой и демонстрировала понимание, в том числе и сексуальной природы Томаса.
Томас и Катя вместе покинули Германию, в которой все большее влияние приобретали нацисты. Жили в Швейцарии, затем, опасаясь за свою безопасность, эмигрировали в США и уже после окончания Второй мировой войны посещали Европу, участвую во встречах и конференциях. Жизнь Томаса Манна закончилась в Цюрихе.
Говорит автор и о том, что от Томаса, эмигрировавшего в США и имевшего там контакты среди влиятельных людей, ждали поддержки те, кто остался в Европе. Кому-то Томасу удалось помочь, но он не смог ничего сделать для первой жены его брата Генриха, чешской актрисы еврейского происхождения. Когда Томас решился за неё попросить, было уже слишком поздно, чтобы вытащить её и её дочь из оккупированной нацистами Чехословакии. Самому Генриху, которого фашисты ненавидели за его принципиальную позиция, чудом удалось убежать, совершив тяжелый и опасный переход через Пиренеи в Испанию, откуда он отплыл в США, где его встретил младший брат с женой.
Каждый из шестерых детей супружеской четы обладал яркой индивидуальностью и своей уникальной судьбой. Наиболее известны Клаус Манн, писатель, публицист и драматург, и Эрика Манн, тоже автор нескольких работ и, насколько можно судить, любимица отца.
Томас как отец вызывает двоякие чувства, я бы даже сказала сильно двоякие. Наверно, неудивительно, что на детей давил авторитет и мировая известность Томаса, его некоторая эмоциональная холодность и отстраненность, что могло отчасти объясняться воспитанием, полученным будущим Нобелевским лауреатом. К тому же, все эти события происходят в разрезе слома эпох, когда многие ценности переосмысливаются.
Томас поддерживал детей финансово, двери его дома были открыты для взрослых сыновей и дочерей. Он не ограничивал их свободу в выборе партнеров, не навязывал им свою волю. При этом, когда его сын Клаус совершит суицид, у некоторых возникнет мысль, что этого могло бы не произойти, если бы отношения с отцом были иными. На похороны Клауса Томас не приедет.
Книга может понравиться далеко не только поклонникам творчества Томаса Манна. Это достойный и хорошо написанный образец художественной биографии, в которой автор уважает исторический материал, с которым работает. Книга читается легко, повествование ровное. Кому-то может показаться, что автор вкладывает слишком мало эмоций в текст, но для меня это в целом стало плюсом. Мне не слишком нравятся явно эмоциональные рассказы о жизни реально живших людей. Это всегда субъективно, ведь у каждого из нас будет свой эмоциональный отклик на одни и те же события и поступки.
Несмотря на ровное повествование, некоторые эпизоды врезаются в память. Например, мне запомнилось, как Генрих и Томас заходят в комнату к сестре после её самоубийства. Они видят на прикроватном столике открытую книгу, строки из которой молодая женщина могла прочесть перед смертью. Это «Бесплодные усилия любви» Шекспира.
Томас со старшим братом и сестрами

Читать далее
85
651
Juliett_Bookbinge22 октября 2025 г.
Книге «Волшебник» пришлось несколько лет отлеживаться на моих полках, пока я прочитала «Волшебную гору», «Будденброков» и сборник рассказов Томаса Манна. На самом деле, можно было сделать и наоборот. В художественной биографии Колм Тойбин обращается к великим романам писателя таким образом, чтобы заинтересовать, но не выдать содержание произведений полностью.
Томан Манн по той немногой информации, которую я знала, казался мне эдаким почтенным отцом семейства. Колм Тойбин в своей книге несколько меняет этот образ.
Во-первых, очень интересной оказалась история семьи Томаса, которая во многом и легла в основу «Будденброков». Действительно, семейство было такое, что так и просилось быть описанным в романе и мне однозначно понравилось, как писатель переработал реальность в книге.
Во-вторых, сам путь становления Манна как писателя оказался очень интересным. Мне казалось, что учитывая его дарование и происхождение, этот путь должен был быть гладким, но было вообще не так. Наверное, эта часть сильнее всего расположила меня к писателю.
Тем не менее Томас Манн фигура не то, чтобы очень противоречивая, но крайне интересная и сложнее, чем кажется по его крайне взвешенным и выверенным романам. Очевидно, что писательство было главным делом его жизни. Если бы не исторические потрясения, выпавшие на его век, он вероятно вполне мог прожить очень спокойную жизнь. Несмотря на происходящее Томас Манн сохранил стойкость и как автор, и как человек.
Колм Тойбин смог написать такой портрет великого писателя, который показывает его без прикрас и снимает преграды для настоящего сближения с ним читателя. Книга в принципе отлично читается как интересная семейная сага, но не знаю у кого может хватить сил после ее прочтения не пойти читать романы ее главного персонажа, если еще вдруг "не".
Собираюсь и дальше читать и Манна, и Тойбина.
Читать далее
73
317
winpoo26 июля 2024 г.
Совсем неволшебный «Волшебник»
Фигура Т. Манна и его «Волшебная гора» для меня знаковые, поэтому «Волшебник» сулил некую работу моему читательскому уму и осторожный интерес – моему читательскому сердцу. Последнее потому, что до сих пор все, что мною было читано у К. Тойбина («Бруклин» и «Нора Вебстер»), было пресно и довольно скучно – не столько по проблематике, сколько по авторскому стилю, и я справедливо опасалась, что автор и здесь «испортит» для меня портрет писателя. Но, заглушив в себе сомнения, я все же вошла в этот текст, как в пригласительно распахнутую дверь, и читала его долго, сопоставляя со своими представлениями о Т. Манне.
Надо сказать, нарратив К. Тойбина о Т. Манне изначально сильно расходился в моем восприятии с тем, что я знала раньше, и с тем, что мне хотелось бы знать. Я почти не узнавала «знакомого» мне Т. Манна, уж слишком по-своему его биография была схвачена автором. Но что тут поделать: когда берешься за написанную кем-то биографию, вынужден принять тезис, что раз этот кто-то – автор, он так видит.
Ну, в общем, чего опасалась, то и произошло: чтение превратилось в подвиг, потому что оно было отчаянно, зубодробительно скучным. Канцеляристский стиль автора победил. Я думаю, о писателях, как и вообще об известных людях, писать сложно, во всяком случае, до тех пор, пока живы те, кто знал их лично и со-творчески: невольно приходится выступить интерпретатором того, о чем не можешь знать наверняка. Интерпретации К. Тойбина меня не увлекли, а наоборот, утяжелили и опростили образ Т. Манна-писателя, а Т. Манна-человека я и вовсе почти не узнала. На мой вкус, книга К. Тойбина вышла грубоватой, выпрямленной и трудной для чтения. Для меня в ней все было тусклым, бюргерским, осторожным, несмотря на то, что автор погружался не просто в биографическое, но и в неоднозначное историческое время. У меня ни на минуту не возникло чувства сопричастности к историко-политическим контекстам и вовлеченности в события личной жизни писателя, я ни разу не оказалась внутри манновского (а только внутри тойбиновского) пространства этой книги, всегда чувствовала себя сторонним наблюдателем, экскурсантом, которому показывают только «внешнюю сторону». По мне, если уж берешься беллетризировать чужую биографию, раскрывай внутреннее, фантазируй, акцентируй, провоцируй, дерзай, но только не осторожничай, не ходи по струнке. Документальная корректность не противоречит беллетристике, вряд ли канцеляристская дипломатия ей нужна в качестве цензурирующего принципа, но автор был тих, робок, избыточно толерантен и вял.
И сам фокус книги остался мне неясным: о чем К. Тойбин хотел рассказать, взявшись писать биографию? О личности, творчестве, семье, переживаемых проблемах, сомнениях, терзаниях писателя? Он просто разбил чужую жизнь на фрагменты, оформил документальный костяк и, стараясь не сказать ничего лишнего, наполнил временные отрезки пульпой диалогов, людей и событий. Но, несмотря на большое количество использованных источников, книга произвела на меня впечатление студенческой штудии из-за малой художественности. Так скучно о Т. Манне, наверное, мог написать только он. Дочитала с трудом, настолько нудно и тягомотно это было. Лучше бы не бралась.
Читать далее
41
810

Все рецензии

Цитаты

Kristina_Kuk13 декабря 2025 г.
Томас невзлюбил нацистов еще в двадцатых; считал их занозой в боку истощенной войной Германии. Он воображал, как они листают его дневники, раздраженные его зацикленностью на себе, пока не добираются до страниц, которые заставляют их встрепенуться. Вместо того чтобы уныло следить за его бессмысленным существованием, они лихорадочно делают пометки и выписывают самые шокирующие места.
21
71
Kristina_Kuk13 декабря 2025 г.
Томас считал, что из всех его детей Голо с самого детства больше остальных заслуживал доверия. Он всегда внимательно слушал за столом, но никогда не болтал лишнего. Томас знал, что, если он пошлет ему ключ от сейфа, попросив, не читая, изъять оттуда клеенчатые тетради, сложить в чемодан и отослать посылку в Лугано, Голо так и поступит.
21
53
Kristina_Kuk7 декабря 2025 г.
Когда войска готовились вступить в город, от Ганса пришли слухи, что мятежники без суда и следствия расстреляли нескольких заложников. Семейство Манн вместе со слугами старались не подходить к окнам. Томас почти все время проводил в кабинете. Если бы революционеры удержали власть, его семье пришлось бы, как и предсказывал тесть, тайком пробираться к швейцарской границе. И успех этого рискованного предприятия был не очевиден.
20
75