Записки библиофила: Почему книги имеют власть над нами

Эмма Смит «Записки библиофила: Почему книги имеют власть над нами»

Книга — великая вещь, пока человек умеет ею пользоваться.

Когда российские локализаторы прекратят издеваться над оригинальными названиями, а? Уже реально раздражают. Начиная читать данную работу — «Записки библиофила: Почему книги имеют власть над нами», я постоянно сталкивался в тексте со словосочетанием «Портативная магия». Интерес, который вызывал текст, спотыкался об него и я не совсем понимал, что происходит, откуда оно взялось. Полез в выходные данные смотреть название на английском. Тут-то моё терпение меня покинуло: психанул, веко начало дёргаться. Если бы не игра, в рамках которой я читал эту книгу, и тот самый интерес, вызванный авторшей, заинтересованность в теме, запрос на дочитывание книг, не исключено, что мне пришлось бы бросить. Нет, не в окно свой бумажный экземпляр, которого у меня нет. Чтение. «Портативная магия: История книг и читателей» — это правильное и настоящее название. Чем оно не угодило издателям? И, на мой взгляд, оно более отображает содержание книги, состоящей из шестнадцати глав, кои отправят нас по волнам истории, сквозь века и дали. Оно полнее раскрывает понятие «магия» в контексте книги, демонстрирует волшебство, которое проявляется, как только этот предмет оказывается в руках. Что подвластно избранным. Такая вольная интерпретация названий лично у меня вызывает дикое раздражение. Надоели, ну… Тем более, Эмма Смит в тексте объясняет выбор своего первоначального заглавия для собственного произведения (и у издателей российских ничего не «ёкает»?). Привет, Стивен Кинг! В общем, хорошо, что не бросил, так как получилось замечательное знакомство. Данный нон-фикшн мне понравился. Ни разу не пожалел о своей стойкости. Это хорошая книжка, стоящая, познавательная. Приятное времяпровождение вам гарантировано, если вдруг соберётесь её читать. Хочется в это верить. У меня было так. Захватило с самого начала. А рецензия/отзыв на эту книгу в общих чертах должен/может выглядеть так: «Прекрасная книга! Из неё вы узнаете то-то и то-то, и ещё много-много всего. Всем книголюбам читать обязательно. Автор молодец. Спасибо!»

В ней рассказывается об истории книги как предмета, как осязаемого объекта. Начиная с Библии Гутенберга и заканчивая нашими днями. Рассматривается эволюция книгопечатания, излагаются факты, которые оказывали влияние на этот процесс: религиозное противостояние, политика, войны, энтузиазм отдельных личностей, общественные процессы и взгляды людей разных эпох, их потребности… Исследовательница акцентирует внимание на «западной» — преимущественно, англо-американской — истории, но отдаёт должное и дельцам с Востока, упоминая, что зачатки книгопечатания появились именно там. В Китае. И про свитки, и про пергаменты мы узнаем, и про дощечки. Текст полон забавных — и не очень — историй, связанных с книгой и людьми, об их влиянии друг на друга. Например, по утверждению Эммы Смит, книги хранились стопками до конца XVII века. А почему? Нужно было защищать их края. Поэтому и появились металлические уголочки, которые впоследствии стали декоративными элементами. Только потом их стали располагать в ряд. И металлические застёжки так же придумали — чтобы пергаменные страницы предохранить от скручивания. Особенно, если книга хранилась в сырости. Да и вообще, по мнению Эммы Смит, чтение книг — особый ритуал, к которому надо подходить серьёзно, со всевозможной степенью ответственности. Для неё форма имеет первостепенное значение. В ней «запечатлен исторический и культурный момент появления книги; форма обладает собственной политикой и идеологией; мы считываем форму почти бессознательно, всеми чувствами, и до, и во время того, как читаем слова на странице».

Я, как поборник электронного формата, не могу не согласиться с ней. Имеет значение, в какой форме предстают слова. Меняется степень восприятия, различны воспоминания — они могут быть богаче при перелистывании физических страниц или при звучании хруста корешка во время первого открытия книги. А помять о первой — или любимой — детской книге, её обложке!? А восторг от многогранности тактильных ощущений при ощупывании текстуры страничек и обложек!? А загнутый уголок страницы!? А запах, с которым у вас может ассоциироваться какая-нибудь Книга!? А жёлтый листик клёна или ромашка внутри!? Или пятно от чая/кофе/супа!? А провести кончиками пальцев по закладке-ляссе!? А подложить — о Боже! — Книга под ножку кровати, например (с электронной поди так не выйдет)!? Вы, книголюбы, всё это знаете и так. Всего этого другие формы поглощения текста лишены. А это всё способно углубить связь с произведением, закрепить любовь не только к чтению в общем, — но и к конкретному предмету (привет главе о подарочных изданиях и простых книжных подарках). На экране моей первой электронной книги есть пятно из-за падения. Оно сопровождает меня при чтении каждого литературного произведения. Но, чёрт возьми, я не помню, во время знакомства с каким из них это случилось. Всё смешалось в одну кучу, нет эксклюзивности. Всё — одно. Данная книга не о литературных произведениях, но о Книге. Это как виниловая пластинка или CD-диск с многостраничным буклетом, а не бездушный МП3-формат. Физический носитель всегда будет ассоциироваться с чем-то неуловимым, но в то же время осязаемым, с тем, чего никогда не даст ни электронный, ни аудио носитель. Но отдавая дань уважения, всё же не стоит, на мой взгляд, делать из Книг культ. Хоть авторша и пишет о «волшебной неразделённости формы и содержания» и «об зашкаливающих эмоциях». Ну, только если занимается человек коллекционированием. И об этом расскажет Эмма Смит в этом труде. Да-да, судьба бывает порой жестока и иронична. И что можно узнать о человеке, увидев его библиотеку? И об этом будет история. Да что уж там, у многих из нас имеется какая-нибудь забавная история, связанная с Книгами. И пусть не для включения в подобного рода источник знаний, но милая сердцу лично вам.

У данного издания есть один существенный минус — отсутствие иллюстраций. Порой они жизненно необходимы. Как в истории про двух хулиганов, которые брали книжки в библиотеках и делали на обложках коллажи. Читается же, что неплохо было бы продемонстрировать их труды наглядно. Не зря же они даже в тюрьме отсидели за свои деяния. Пришлось искать в интернете фото изменённых обложек. Это, как вы понимаете, не вполне удобно. Или вот главе «„Шелфи“: Энн, Мэрилин и мадам де Помпадур» решительно невозможно без них обойтись. В ней упор делается на картинах и фотографиях. И если знаменитую фотографию Мэрилин Монро за чтением «Улисса» мне доводилось видеть, то с «Большой картиной» леди Энн Клиффорд я не знаком. Снова вражий поисковик мне пришёл на помощь. Ну как же можно в своём, отечественном, родном искать информацию об английских леди семнадцатого века? Фи! Но если у вас электронная читалка самых последних моделей, с быстрым доступом в интернет — или планшет, — то можно воспользоваться ссылками на галереи. А, как тебе такое, бумажная Книга!? Так же не хватило мне хотя бы краткого экскурса по индустрии, откуда что берётся, цепочки поставок, производство. Вкратце, путь преодолеваемый Книгой от дерева до потребителя. В плюс можно занести обширный список литературы в примечаниях, из которой Эмма черпала вдохновение и информацию для своего творения. Только большинство указанных там книг являются работами и исследованиями нашего века, что у некоторых может вызвать определённый скепсис. Читается «Портативная магия» легко и быстро. Этому способствует занимательно написанный и не перегруженный деталями текст. Правда, иногда возникало желание, чтобы в некоторых моментах были сноски (хотя здесь может быть грешно электронное издание). Увлекательно рассказанные истории оставляют приятное послевкусие. Могут спровоцировать на более ёмкое погружение в тему. Каждую главу завершают «уместные» абзацы, которые подводя итог написанному, зачастую прокладывают мостик в главу следующую. Слог совсем не академичный, что облегчает чтение и восприятие информации. Перевод на достойном уровне, взгляд особо не останавливался на нелепых шероховатостях или неуместных словесных оборотах.

«Феномен подражания новых технологий старым называют скевоморфным дизайном…»

Что ж, запомню. И по большому счёту, главная ценность книги как формы, как предмета заключается в том, чтобы класть её на голову для контроля и исправления осанки. Вот!

Оригинальное название «Портативная магия. История книг и их читателей». Я каждый раз удивляюсь, откуда у переводчиков такое маниакальное желание поиздеваться над названием. Они как будто играют в игру — переведи, но оставь как можно меньше слов, присутствовавших в оригинале. Тут оставили слово «книга», и на том спасибо.

С самых первых страниц чувствуется нездоровое увлечение автора и тех, кого она описывает, книгами. Я, конечно, тоже очень люблю книги, но здесь люди ими прям одержимы. Это не плохо, нет, наверное, я бы тоже хотела, чтобы в моей жизни было нечто такое, за что я могла бы пойти до конца и даже умереть.

Автор утверждает, что ее «исследование» можно читать в любом порядке, начиная с тех глав, которые наиболее любопытны читателю и пропуская неугодные, и это был первый звоночек, по которому я должна была понять, что мы с автором не сойдемся — не люблю, когда писатели утверждают, что их книги можно читать в произвольном порядке, они как будто знают, что у меня есть бзик, и я могу читать книги только в единственном положенном порядке, и тем самым насмехаются надо мной. К тому же, в этой конкретной книге мне показалось, что это предложение было неким оправданием тому, что автор не до конца продумала структуру и хронологию своего рассказа.

Вторым звоночком стало то, что она сделала выводы о характере Ницше из фильма, который посмотрела. Я вот, например, терпеть не могу Шопенгауэра, но я прочитала девятьсот страниц его работы и имею полное право утверждать, будто знаю, что он за фрукт. А она посмотрела фильм. Вот он — уровень экспертности, который мы заслужили (нет). О той же экспертности (а точнее — о ее недостатке) свидетельствует список использованной литературы, в котором отсутствуют даже минимальные черты библиографичности.

Ну и третьим звонком, который меня добил (хотя и не совсем, книгу же я все-таки дочитала), стало то, что наша дорогая Эмма Смит слегка так по-снобски замечает, что классику надо издавать только в увесистых томиках, с ляссе и другими прикалдесами вроде металлических уголков и выборочного фольгирования, чтобы чувствовалось, что это прям книги на века. И я, как человек, который очень любит читать классику в современных ярких изданиях, в мягкой обложке, в Young Adult оформлении, никак не могу с этим согласиться. Такая (низкая, по мнению автора) форма ничуть не унижает классическую историю, она только делает ее ближе, спускает с пьедестала, опускает табличку, которая кричит о том, что это серьезная литература и к ней надо серьезно относиться! Нет. Не надо. Это просто книги, которые были написаны сто-двести-триста лет назад. И их не надо бояться, перед ними не надо трепетать, их надо лишь читать, если хочется, и не читать, если нет.

Почему же я дочитала до конца, если поняла, что нам с автором точно не по пути? Потому что в книге приведено множество любопытных фактов и теорий. Было интересно почитать про то, что раз само название книги происходит от греческого слова «библия», что самыми первыми книгами были как раз многочисленные Библии, у многих людей сформировалось на генетическом уровне предубеждение, что книги — это сакральные вещи, и все неугодные действия, будь то загибание уголков, подчеркивание цитат или — не дай бог — вырывание страниц и сожжение книг выглядят богохульством.

Интересно было проследить историю книг в мягких обложках, узнать, что их популяризации мы в первую очередь обязаны, к сожалению, Второй мировой войне. Показалось необычным мнение, что многие книги обязаны своей популярности именно тому, что вышли в мягкой обложке. Один из исследователей «Властелина колец» даже утверждал, что издай ее не в мягкой обложке, может трилогия и не стала бы таким феноменом. Сомнительное утверждение, но поразмышлять над такими теориями всегда занимательно.

Согласна с мыслью, что цензура больше, чем какая бы то ни было другая реклама, привлекает внимание к материалу, от которого хочет избавиться.

Согласна, что книги не всегда покупаются для того, чтобы быть прочитанными. Этого и не требуется. Всей жизни не хватит, чтобы прочитать все книги, какие хочешь прочитать. Но есть книги, которые просто лежат на твоем столе, и своей обложкой, или своей историей, или воспоминанием о том, кто тебе их подарил, вдохновляют тебя на работу, жизнь и все остальное. Разве это плохо? Я так не думаю.

В остальном же, из-за того, что это книга английской писательницы, мы читаем про бесконечные «приехал белый человек на континент, увидел, как аборигены что-то делают, и приватизировал все себе». Просто... история воровства, по-другому не скажешь. И ты чувствуешь, как автор рассказывает все это не с осуждением, не отстраненно, а прям с одобрением — потому что, оставь он эту книгу там, она бы куда-то пропала, или люди, не осознающие ее ценности, уничтожили бы ее, а так человек украл, и теперь этот экспонат хранится в нашем музее. Ну какой молодец!

И еще — очень не хватает картинок. Упоминается столько всяких необычных книг, описываются невероятные произведения искусства, хотелось бы просто взять и посмотреть на них, а не лезть в интернет каждые пять минут. Но нет, нам слишком лень было маяться с фотографиями, подбирать их, делать на них ссылки в тексте, верстальщику было слишком лень маяться с версткой, поэтому наслаждайтесь, дорогие читатели, мучайтесь, дорогие читатели! Спасибо.