Горная хижина. Самое сокровенное. Сайгё моногатари

Сайгё (1118–1190) — один из величайших японских поэтов. Он был кумиром Мацуо Басё и многих других корифеев стихосложения. После смерти имя его обросло мифами и легендами, которые, будучи собранными и обработанными, составили текст «Сайгё-моногатари» (Сказаний о Сайгё, XIII в.), вошедший в эту книгу. Представленная здесь же поэтическая антология танка «Горная хижина. Самое сокровенное» (Санкасинтюсю) состоит из 374 стихотворений. В одной из рукописных копий этой антологии есть небольшая приписка...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

20 оценок

5
65%
4
15%
3
20%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 25Хотят прочитать 75

Рецензии

Rossweisse
12 марта 2016
Сайгё (он же Сато Норикиё, он же Энъи) был придворным, воином, монахом, странником, поэтом и (но это не точно) потомком бога Ама-цу коянэ-но микото, то есть, по сути, идеальным героем эпического фэнтези за двумя оговорками: во-первых, он был настоящим; во-вторых, эпосу Сайгё предпочитал другую форму.

Пока не настала
Цветенья пора, пусть себя облака
За цветы выдают,
А вот цветам вряд ли стоит
Прикидываться облаками.
Сайгё родился, жил и умер в XII веке, на рубеже эпох Хэйан и Камакура. О том, что творилось на этом рубеже, можно узнать из таких увлекательных книг, как Повесть о доме Тайра , Повесть о смуте годов Хэйдзи и Японские сказания о войнах и мятежах ("Повесть о смуте годов Хогэн"). Одни названия чего стоят, дают почувствовать дух времени, как говорится — замечательно литературные были годы.
И в эту-то пору прекрасную Сайгё бродил по стране и слагал песни о цветах, луне и бренности бытия (я уже говорила, что он идеален?), и потихоньку, понемногу были и небылицы начали рассказывать уже о нём самом. "Сайгё-моногатари" — лишь одно из собраний таких историй, и в нём отсутствует, к примеру, вот такая милая баечка:

Высокочтимый Монгаку, вероучитель секты Сингон, в своё время пользовавшийся большой славой, возненавидел Сайгё.
"Дурной монах! - говорил он про Сайгё своим ученикам. - Покинув мир, должно идти по прямому пути Будды, как подобает подвижнику, он же из любви к стихам блуждает повсюду, сочиняя небылицы. Попадётся мне на глаза - разобью ему голову посохом".
Однажды весной Сайгё пришёл в монастырь и, полюбовавшись цветущими вишнями, попросился на ночлег. Монгаку пристально на него посматривал, к ужасу учеников, словно задумал что-то недоброе, но в конце концов, оказав ему вежливый приём, отпустил с миром.
Ученики полюбопытствовали, почему он так кротко обошёлся с ненавистным Сайгё.
"Глупцы! - отвечал Монгаку. - Взгляните на его лицо. Ударить такого? Как бы он сам не хватил посохом меня, Монгаку".
(с) Японская классическая поэзия
Судя по всему, творческой энергии у Сайгё было в таком избытке, что хватило не только на две тысячи (плюс-минус, вы понимаете) стихотворений, восхищавших современников лёгкостью и свежестью слога, но и на вдохновление последующих поколений. Его читал и почитал Мацуо Басё, а Уэда Акинари в своём сборнике мистических новелл вывел его главным героем Кручи Сираминэ , так что, вне всяких сомнений, силой своего поэтического таланта (некоторые, правда, утверждают, что веры, но это было бы слишком банально даже для XII века) Сайгё мог даже усмирять разгневанных призраков.
И тут, пожалуй, будет уместно упомянуть о последнем волшебстве, в которое умеют, к счастью, немногие, но поэты — чаще прочих.
В одном из стихотворений Сайгё предрёк день своей смерти и, надо признать, выбрал не только хорошие слова, но и хорошее время.

Вот желанье моё —
Умереть под цветущими вишнями
Весенней порой
В тот же день полнолунья
Второй луны "кисараги".
И вышло по слову его.
Читать далее
52 понравилось
1
709
peterkin
22 июля 2018
Очень непривычно после переводов Марковой, но всё равно хорошо (а уж какие переводы лучше и точнее - понятия не имею; если окажется, что всю японскую поэзию наши переводчики заново перепридумали - я, наверное, даже не сильно расстроюсь, потому что по-русски она мне очень нравится)).
Наверное, цитата из нобелевской лекции Кавабаты будет тут уместнее, чем мои рассуждения:
«Когда приходил монах Сайгё, он любил потолковать о поэзии. Он говорил, бывало: „Цветы, кукушка, луна, снег – все, что манит нас, – пустота, хотя заполняет глаза и уши. Но разве родившиеся из неё стихи не истинные слова? Когда пишешь о цветах, ведь не думаешь, что это на самом деле цветы. Когда говоришь о луне, ведь не думаешь что это на самом деле луна. Вот и мы, следуя внутреннему зову, сочиняем стихи. Упадет красная радуга, и кажется, будто пустое небо окрасилось. Засветит ясное солнце, и кажется, будто пустое небо озаряется. Но ведь небо само по себе не окрашивается и само по себе не озаряется. Вот и в моей душе, как в пустом небе, разные вещи окрашиваются в разные тона, не оставляя следа. Да лишь такие стихи и воплощают истину Будды”» (из «Биографии Мёэ», записанной его учеником Кикай)
Читать далее
9 понравилось
0
681
marijagromova
25 мая 2026
Сайгё и его комикс-вариант
Прекрасные переводы, подробные комментарии - серьезное издание. Несколько лишних запятых, больше не к чему придраться.
Сайгё составил свою антологию так, что каждое стихотворение продолжает предыдущее, вырастает из него, принося новое. Получается очень естественно, душевно - нет того мельтешения, что обычно в сборниках танка, когда не успеваешь толком почувствовать стихотворение, представить, о чем оно, не знаешь, кто вообще его написал, когда и кому. С антологии Сайгё можно начинать знакомство с японской поэзией.
Читала - и поняла, как водится, очень простое: ничего нет худого в том, чтобы писать много раз об одном и том же. Не будет одинаковых стихов никогда - и ничуть не страшно, если стихи разных лет об одном будут схожи.
Одиночество горной хижины, заросшие тропы, унылая глушь и редкие могилы когда-то известных поэтов, о которых нынче едва ли кто-то вспомнит. Но никакого декаданса, никакой обреченности - Сайгё встал на Путь, вера его крепка, за этим печальным миром его ждет следующий (все друзья уже там). Так что и тоскует он в глуши, и скорбит по ушедшим самозабвенно и глубоко, но без отчаяния.
Сайгё умер в 1190-м, на пять лет пережив Хэйан. Анонимный байопик "Сайгё-моногатари" - это уже 13-й век, не раньше. Видно, что все пошло вразнос. Все как в современных фильмах по комиксам (собственно, это книга по средневековым комиксам): все в одну кучу, перемешано по времени, важное отброшено, чуждое привнесено, идеологизированность через край, дешевый драматизм - до абсурда - и непрестанные клише: все только и делают, что орошают слезами рукава друг друга, выжимают рукава да встают на Путь. Не говорю уж об эпизоде "пинком отбросил дочь..." (который стилистически весь слизан с "Гэндзи" - прелестная гвоздичка, мила чрезвычайно и прочее). Прелестен диалог с женой (тоже прими постриг, дочь нахрен, встретимся в Чистой земле) - прям семейная идиллия. Какая полигамия? Какая неравная любовь во дворце?
Ни тонкого лиризма, ничего вообще от настоящего Сайгё, только истовый буддизм. Если этот Сайгё открывает рот, он только кусками цитирует Сутру лотоса. Все его стихи подогнаны под буддизм. Анонимный автор "Сайгё-моногатари" ничуть не смущается тем, что буддист Сайгё посещает синтоистские святилища. Он подробно объясняет, что ками - это местные реализации бодхисаттв, и даже миф о сотворении страны подгоняет под этот няшный японский синкретизм.
Беда, когда биограф так зашорен, что в упор не видит многогранной личности своего подопечного, насыщает историю грубейшей слезодавилкой, отбрасывая по-настоящему трогательный исходный материал.
Читать далее
1 понравилось
0
16