Тамир отпустил ее и расхохотался от души. А потом сказал то, отчего волосы зашевелились на голове Иры.– Обе мои! – довольно рыкнул он, а из его груди поднялся какой-то мягкий вибрирующий звук, значения коего она определить не могла.Всего два слова – а внутри у Иры взорвался вулкан, и привычный, с трудом устоявшийся мир рухнул. Всего два слова – а складывалось впечатление, что судьба ее решена.