Красивый мальчик

Когда изменения происходят постепенно, трудно сразу осмыслить всё их значение.

Наряду с этим открытием я получил и ещё один, неожиданный и поразительный урок: наши дети будут жить и умирать – хоть с нами, хоть без нас. Что бы мы ни делали, какие бы отчаянные усилия ни предпринимали, мы не можем решать за наших детей – жить им или умереть. Осознание этой истины шокирует, опустошает, но и приносит освобождение.

В худшие моменты я даже негодовал и обижался на Ника, потому что наркоман, приняв дозу, испытывает хотя бы кратковременную передышку от своих страданий. Но родителям, или детям, или мужьям, или жёнам, или другим близким людям недоступно даже это.

Одно дело - осторожность, другое - паника, которая не приносит пользы, и избыточная тревожность, которая угнетает и не даёт спокойной жить.

Я так же знаю, что у родителей избирательная память, которая блокирует все, что идёт вразрез с нашими тщательно отредактированными приятными воспоминаниями. Вполне понятная попытка заглушить вину. Дети же, наборот, часто зацикливаются на мучительных неизгладимых воспоминаниях

Не напоминай мне о моих неудачах. Я их не забыл

We dismissed what we viewed as hysterical "speed kills" warnings and many other antidrug public-service announcements. "They"—the government, parents—were trying to scare us. Why? On drugs we saw through them and we were no longer afraid of them. But they could not control us.

A typical costume is a huge out-of-shape cowboy hat pulled so low that only his owl eyes can be seen peering out from beneath, a Keith Haring T-shirt under a fringed leather vest, blue tights under a pair of underpants, and sneakers with Velcro fasteners in the shape of elephants' ears. When the other children tease him—"Only girls wear tights"—Nic responds, "Uh-uh. Superman wears tights."
I am proud of his confidence and individuality.