
Электронная
600 ₽480 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
От этой книги хочется спрятаться под подушку, накрыться тремя одеялами и, яростно шепча: "Уходи, не надо, я не буду про ЭТО читать!" - отмахиваться, как от Буки.
И громко звать маму с папой.
Чтобы пришли, убрали вот это все, книжку забрали, поворчали, что, мол, вздумается же такое на ночь почитать. Чтобы посидели на кухне, чаю налили, обняли, сказали, что любят. И чтобы все стало опять хорошо.
Только не выйдет.
Потому что ты уже давно не маленький. И мама к тебе не придет, и в теплую макушку не поцелует, и папа Буку не прогонит.
Потому что покупают эту книгу именно те, кто или уже понял, кто теперь взрослый и за всех в ответе, или те, кому это вот-вот предстоит. Те, в чьей реальности маму или папу похитил тот самый Бука, взамен подкинув чужих стариков, совершающих странные действия, все забывающих, пугающих то отстраненностью, то неопрятностью, а то и чем похуже...
Эта книга - не сборник советов. Не модный "путеводитель по болезням". Не самопомощь и не поддержка.
Это честный, отчаянный и безнадежный разговор автора с пустотой. Попытка осознать происходящее и через это осознание - хоть как-то принять Букины выходки, потому что ни торговаться с ним, ни делать вид, что все в порядке, просто не выходит.
Это - попытка прокричать "я хорошая дочь" так отчаянно громко, что остается надежда услышать это хотя бы тому, кто кричит. И, может быть, хоть чуточку в это поверить. Совсем немного. В правду верить порой сложнее всего. Но временами получается.
И вместе с тем - это очень нужная книга. После нее остается ощущение, что ты все же не один. Это, конечно, слабое утешение, но когда ежедневно выпалываешь баобабы, и конца-краю им не видно, то даже небольшая поддержка ценнее, чем просто сражаться с ними самому.
Есть, есть в этой книге много такого, ради чего ее стоит читать.
Я проглотила ее за пару часов. А потом поняла, что для меня книга эта - и есть та самая "черная точка", о которой - у Александра Грина, в незабываемом рассказе "Комендант порта". Помните?
Старенькому Тильсу, "Коменданту порта", вернувшиеся из рейса моряки дают важное поручение - сообщить девушке-буфетчице о безвременной кончине ее друга.
"— Здравствуйте, многоуважаемая, цветущая, как всегда... — начал Тильс, но замигал и тихо докончил: — Надеюсь, рейс был хорош... Извините, я не о том. Чудный вечер, я полагаю. Как поживаете?
— Хотите, Комендант? — сказала Пегги, протягивая ему бисквит. — Скушайте за здоровье Вильяма Бранта. Вы недавно спрашивали о нем. Он скоро вернется. Так он писал еще две недели назад. Когда он приедет, я вам поставлю на тот столик графин чудесного рома... без чая, и сама присяду, а теперь, знаете, отойдите, потому что, как набегут слуги с подносами, то вас так и затолкают.
— Благодарю вас, — сказал Тильс, медленно засовывая бисквит в карман. — Да... Когда приедет Брант. Пегги! Пегги! — вдруг вырвалось у него.
Но больше он ничего не сказал, лишь дрогнули его сморщенные щеки. Его взгляд был влажен и бестолков.
Пегги удивилась, потому что Комендант никогда не позволял себе такой фамильярности. Она пристально смотрела на него, даже нагнулась.
Тильс не мог решиться договорить, — за этим веселым буфетом с веселыми цветами и красивой посудой не мог тут же на весь зал раздаться безумный крик женщины. Он нервно проглотил ту частицу воздуха, выдохнув которую мог бы сразить Пегги словами истины о ее Бранте, и трусливо засеменил прочь, кланяясь с изворотом, спереди назад, как шатающийся волчок.
Пегги больше не разговаривала с Мели о покрое рукава. Что-то странное стояло в ее мозгу от слов Тильса: «Пегги! Пегги!» Она думала о Бранте целый час, стала мрачна, как потухшая лампа, и, наконец, ударила рукой о мраморную доску буфета.
— Дура я, что не остановила его! — проворчала Пегги. — Он чем-то меня встревожил.
— Разве вы не поняли, что Комендант пьяненький? — сказала Мели. — От него пахло, я слышала.
Тогда Пегги повеселела, но с этого момента в ее мыслях села черная точка, и, когда несколько дней спустя девушка получила письменное известие от сестры Тильса, эта черная точка послужила рессорой, смягчившей тяжкий толчок."
Именно такой рессорой и служит для тех, кто вынужден принимать измененную реальность от родителей и уносящего их все дальше Буки, новая книга Елены Афанасьевой.
Читайте.
Не бойтесь.
Будет немножко больно, но потом станет самую чуточку легче дышать.
Это тяжелый путь, но свернуть с него все равно не получится.
Так что лучше уж идти по нему с открытыми глазами.
А книжку держать под рукой. Как заветный флакончик с валерьянкой или глицином.
Спасибо вам, Елена.

Елена Афанасьева
4,2
(24)

По идее, эта книга для меня. Я уже сильно отдалился от юношеских иллюзий и значительно приблизился к старческим галлюцинациям. (К сожалению, это удачное противопоставление не моё, а Елены Афанасьевой.) Однако получил не совсем то, на что рассчитывал. Слишком много эмоций и прямой речи, всё это затмевает суть вопроса. Такой подробности описания событий мне не требуется, равно как и соображений о вине и искуплении. От такого груза вины я бы на месте автора давно застрелился бы
Многократно процитированная Юлия Баева из села Диканька вообще привела меня в ярость. Вроде как она сохраняет чувство юмора и бодрость духа. Ну да, ну да, получился сборник блин-анекдотов про больного человека. Абсолютно аморальная писанина. После этого многостраничное приложение с рассказами самых разных людей читать уже не стал.
В общем, знать о деменции полезно всем, как и memento mori, но на том уровне, что мы имеем в книге, мне уже давно-давно всё ясно.
Главное в жизни -- что? правильно, главное -- вовремя умереть. Дети выросли -- живи в собственное удовольствие, но умри в своё время скоропостижно. Незачем превращать жизнь детей в ад. Елена Афанасьева дюжину раз повторила, что если бы она что-то там сделала 20 лет назад, то...
То -- что? Деменция наступила бы позже, родители успели бы умереть от чего-то другого? Не сомневаюсь, что она нашла бы за что себя корить в любом случае.
Широко известна истина: лучше умереть, когда хочется жить, чем дожить до того, что захочется умереть. В случае деменции всё не так. Сам пациент считает, что с ним всё хорошо и легко может дожить до того, что поломает жизнь собственных детей, так что его смерти захотят уже они. Даже не знаю, что лучше. Точнее, знаю и только что рассказал об этом.
Впрочем, это мой личный взгляд. Один из моих давних приятелей, отошедший от дел врач с большим опытом, считает, что Алоис Альцгеймер указал нам наилучшую дорогу к смерти без страданий. Не спорю с приятелем. Главное -- чтобы нравилось ему.
Лично я боюсь деменции больше, чем рака и намного больше, чем тяжёлого инфаркта. Ещё одна прописная истина гласит, что лучше всего умереть внезапно. За это я бы даже выпил, но не с кем :)

Елена Афанасьева
4,2
(24)

Самый большой страх для меня - потерять разум. С самого детства, после моей встречи на улице с дементной старушкой, я говорила, пусть тот день, когда я лишусь ума, станет последним моим днем. Это не фигура речи, школьницей я так и говорила.
Книга тяжелая в плане поднимаемой темы, но достаточно легкая при прочтении. Вставки про украинскую женщину Юлю и ее маму вызывали улыбку - я понимаю, что она юмором пыталась поддержать себя в очень тяжелой ситуации. Часть от лица автора Елены вызвали больше недоумение. Я никак не могла понять, кто она по профессии: вроде журналист, потом писатель - говорила про свои книги, то потом говорила про своих пациентов с болезнью Альцгеймера. Искать в гугле автора не стала, не настолько меня книга увлекла, чтобы я прочитала другие ее произведения.
Часть автора полна воды, как будто бы для объема книги. И честно сказать, мне показалась, что автор больше выпячивала себя, " красовалась", если можно так выразиться.
Там автор еще долго перечисляла, чего она в жизни навидалась. Мне это не понравилось, показалось лишним.
Поставила 4 за поднятую тему, в художественном плане книга на 3 в лучшем случае.

Елена Афанасьева
4,2
(24)


















Другие издания

