Зов Ктулху (сборник)

Говард Филлипс Лавкрафт, не опубликовавший при жизни ни одной книги, сделался маяком и ориентиром целого жанра, кумиром как широких читательских масс, так и рафинированных интеллектуалов, неиссякаемым источником вдохновения для кинематографистов, да и само его имя стало нарицательным. Сам Борхес восхищался его рассказами, в которых место человека — на далекой периферии вселенской схемы вещей, а силы надмирные вселяют в души неосторожных священный ужас. В настоящее издание вошли знаменитые повес...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

1,8K оценки

5
39%
4
40%
3
16%
2
3%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 2224Хотят прочитать 1485

Рецензии

boservas24 августа 2019 г.
Мертвый Ктулху ждет и видит сны
Сначала преамбула. Так случилось, что эту повесть я взял в игре "Игра в классики", быстро прочитал и еще в апреле написал рецензию. Но потом кое-кто из пользователей разобрался, что то издание, на которое я написал отзыв, на самом деле сборник, и изменил его статус. Таким образом я оказался в сложной ситуации: брал одну повесть, а получился конкретный сборник. А по правилам игры нужно полностью читать то, что выбрал. Конечно, можно было бы обратиться к модераторам игры и доказывать свою правоту, но я решил - прочитать этот сборник целиком, значит, судьба хочет, чтобы я познакомился с рассказами и повестями Лавкрафта, мною еще не читанными. Но встал вопрос, что же делать с написанной рецензией?

Я решил перенести её сюда - в отдельное издание повести, убедившись, что это точно не потенциальный сборник, а на тот сборник, что выпал мне в игре (где раньше лежала эта рецензия) напишу новую, как только закончу его чтение.
В мировой литературе существует великая троица "ужасных" писателей Эдгар По, Лавкрафт и Кинг. Первый - родоначальник и генератор идей, последний - генератор толстых томов, но оба они создатели довольно разрозненных сюжетов, и только стоящий посередине Лавкрафт всю жизнь писал одну книгу, его рассказы и повести представляют собой отдельные, переплетающиеся между собой, главы из Великой хроники Великого Вселенского ужаса.
Он создал свою собственную Вселенную, самую ужасную из всех, созданных писательскими талантами, вселенных. Шокирующая опасность, наводящая безмерный ужас, может исходить, как извне, так и изнутри. Первый вариант, это - космическая угроза, та же уэллсовская "Война миров" и дальнейшее плодотворнейшее развитие этого вектора позднее. Вторая, это - опасность исходящая из недр или глубин самой Земли, те же легенды о Кракене.
Лавкрафт объединил обе причины, преподнеся читателяю истинный "ужас ужасный". Причем, в его неповторимом стиле, когда акты совершеннейшего зла происходят, как правило, на фоне абсолютно спокойной, замершей, практически сонной, провинциальной жизни. Эта изначальная сонливость стократно усиливает конечный эффект погружения в бездну ужаса.
Ну, а номинальная бездна оборачивается реальной, когда речь заходит о глубинах океана, о которых мы и по сегодняшний день знаем так мало, что опасность, которая может в них таиться, не уступает опасности космической, и порождает, проникающий до самой последней клеточки организма, ужас.
Что же касается конкретно обсуждаемой повести, то, по моему мнению, это не самая сильная вещь, вышедшая из-под пера Лавкрафта. Я склонен согласиться с ним, когда он сам характеризует произведение следующим образом: "довольно средний — не самый плохой, но изобилующий низкопробными и нескладными штрихами".
Мне намного больше нравится истинный шедевр "Морок над Инсмутом", хороши "Сны в ведьмином доме", "Ужас Данвича", "Случай Чарльза Декстера Варда".
Но в этом случае над художественным качеством текста превалирует созданный автором образ, которому удалось подобрать такое колоритное имя - Ктулху. В этом созвучии действительно притаилось что-то древнее, загадочное и ужасное. И я склонен считать, что это имя играло довольно весомую роль в дальнейшем раскручивании образа и темы.
"Ктулху" стал именем той Вселенной, которую создал Лавкрафт, и в расширении пределов которой сыграли видные роли такие писатели как Нил Гейман, Роджер Желязны, Колин Уилсон, Вадим Панов, Александр Рудазов. Ну, а интернет сделал из имени загадочного монстра настоящий мем, соперничающий с самим "медведом". И, если помните, одно время среди журналистов-международников было модно задать на пресс-конференции какого-нибудь премьер-министра или президента, например В.В.Путина, вопрос: Как вы относитесь к пробуждению Ктулху?

Читать далее
136
6,1K
boservas27 августа 2019 г.
Инопланетный фольклор, начитанный шепотом
Из всего мною прочитанного до сих пор у Лавкрафта эта повесть менее других "ужасна" и в большей степени, чем другие произведения этого автора, содержит в себе детективную составляющую. А кроме того в ней присутствует дух мистификации, причем на двух уровнях: мистифицировать автора-рассказчика мог Этли, а мог и автор мистифицировать читателей.
На такую мысль наводят профессиональные интересы двух главных героев, и Алберт Уилмарт, и Генри Экли, оба - фольклористы, они занимаются сбором и изучением фольклора Новой Англии. Оба могли быть в курсе народных поверий, гулявших среди жителей горного Вермонта. Воспользовавшись слухами, появившимися после наводнения 1927 года, любой из них мог дать ход своей богатой фантазии, и сочинить леденящую историю о инопланетной расе, тайно обитающей в горах и ревниво относящейся к любому проявлению интереса в свой адрес.
По окончании чтения повести нельзя с уверенностью сказать, что Уилмарт не стал жертвой обстоятельного розыгрыша со стороны Экли, в то же время нельзя быть уверенным, что сам Уилмарт не выдумал всей этой истории. Но в его изложении присутствует детективная линия, он постоянно вынужден разгадывать подоплеку новых фактов, которые оказываются в его распоряжении, и подвергать их сомнению. Но история так и заканчивается ничем, уходя, как пересохшая река в песок догадок, версий и недоговоренности.
Сказанное выше касается фабулы повести, если же говорить о проблематике, то она типична для Лавкрафта. Хотя есть некая новация, инопланетная раса в этот раз представляет из себя что-то типа мыслящих грибов, но и она завязана на общую для всех произведений автора тему, являясь составной частью общего древнего вселенского зла, от неё веет духом пресловутого Ктулху. Но, все же, научно-фантастические ноты звучат в этой повести громче хоррорских, что тоже довольно нетипично для Лавкрафта.
Представленная им раса крылатых грибов Ми-Го, что с тибетского переводится как "дикие люди", представляет темную планету Юггот, которую автор идентифицирует с только что открытым Плутоном. Крылатые самодостаточны, они не нуждаются в контактах и сотрудничестве с землянами, в то же время они настоящие конспирологи, беспощадно преследующие всех, кто проявляет к ним повышенный интерес.
Кроме ссылок на открытие Плутона, есть в повести еще одно обращение к новациям современной автору науки - он вступает в полемику с самим Эйнштейном, поставив под сомнение его теорию относительности, наделив Ми-Го возможностью перемещаться со скоростью выше скорости света.
Повесть нашла отражение в творчестве большого количества писателей более поздних периодов, которые рассмотрели разные аспекты происходящих в ней событий и дали разные трактовки, подчас крайне экзотичные.

Читать далее
130
4,9K
MarchCat6 марта 2019 г.
Он написал страх
Является ли Лавкрафт одним из величайших писателей всех времён? Меняют ли его тексты мировоззрение? Удивляют ли сложными и запутанными сюжетами, невероятной стройностью и удобоваримостью слога и повествования? А может в своих рассказах и повестях он пытается донести до читателя какие-то важные мысли и ценности, приняв которые, мы изменим свою жизнь к лучшему? На все эти вопросы я отвечу: «‎Пожалуй, нет. Лавкрафт — самобытен, необычен, крут, но не может претендовать на звание самого умелого автора даже в своём жанре». Но если вы спросите, люблю ли я его творчество, перечитываю ли его рассказы и восхищаюсь ли его фантазией, то ответ конечно же будет утвердительным. И вот почему.
Для меня Лавкрафт в первую очередь не рассказчик, беллетрист и мыслитель, а литературный гипнотизёр, жрец и шаман собой же придуманного культа . Он не пытается угодить читателю, а просто выплёскивает на бумагу скопившиеся внутри него жуткие видения, переживания и страхи. Излишне вычурные словесные обороты, постоянные повторы и всегда плавное, последовательное изложение уже сами по себе нагоняют ощущение торжественности, важности и сакральности происходящего, звучат как некое заклинание или древний миф, много веков передававшийся в устной форме. Складывается впечатление, что автор сам полностью уверен в правдивости своих историй. Они пугают его, не дают покоя, снятся. В конце концов ты начинаешь верить вместе с ним. И не нужно для этого ни подробных описаний чудовищ, ни глубоко прописанных характеров героев, ни конкретных мест на карте — достаточно лишь атмосферы тайны, неизбежной опасности и безумия. Иногда его рассказы, казалось бы, вообще не несут никакого смысла, а являются лишь нахлынувшей на автора эмоцией, оттиском неприятного переживания или кошмара, но при этом они будоражат и пугают даже больше, чем работы, изначально ставящие перед собой задачу нагнать страху на читателя.
А ещё одним из несомненных плюсов творчества Лавкрафта является придуманная им мифология и одна из первых литературных Вселенных, продолжающая жить и развиваться до сих пор, хотя прошло много лет после смерти писателя. Она тоже схематичная, туманная, несистематизированная, основанная на слухах, пересказах древних книг, верованиях тайных культов. О многих вещах из этой Вселенной мы можем только догадываться. Но и это мне нравится у Лавкрафта, потому что оставляет много места для фантазии. В его мире человек не играет решающей роли. По сравнению с силами, сокрытыми в бесконечной тьме космоса, мы всего лишь маленькие, глупые и беззащитные букашки. Рано или поздно настанет миг, когда нам придётся уступить своё место на планете более развитым и жестоким цивилизациям.
Творчество Лавкрафта понравится не всем. Оно не призвано развлекать в прямом смысле этого слова. Часто кажется, что он пишет только для себя. Но вот чего у него не отнять, так это умения вдохновлять. Режиссёры, музыканты, прозаики, поэты, художники, архитекторы, разработчики компьютерных игр до сих пор черпают идеи из его работ. Непризнанный при жизни Лавкрафт уже после своей смерти смог обрести всемирную славу, популярность и почёт среди огромного количества деятелей искусства. А уж это не может не вызывать уважения к нему, потому что проверка временем — один из самых честных и справедливых экзаменов для людей его профессии.
Читать далее
123
3,9K

Все рецензии

Цитаты

Rosio18 февраля 2016 г.
Проявлением наибольшего милосердия в нашем мире является, на мой взгляд, неспособность человеческого разума связать воедино все, что этот мир в себя включает. Мы живем на тихом островке невежества посреди темного моря бесконечности, и нам вовсе не следует плавать на далекие расстояния. Науки, каждая из которых тянет в своем направлении, до сих пор причиняли нам мало вреда; однако настанет день и объединение разрозненных доселе обрывков знания откроет перед нами такие ужасающие виды реальной действительности, что мы либо потеряем рассудок от увиденного, либо постараемся скрыться от этого губительного просветления в покое и безопасности нового средневековья.
Читать далее
97
21,7K
obsolescence19 июня 2013 г.
Восставший может погрузиться в бездну, а погрузившийся в бездну может вновь восстать.
75
54,9K
Kira_books_and_coffee24 сентября 2021 г.
Одно дело - преследовать нечто безымянное, но совсем другое - найти его.
65
28,2K