
Эксклюзивная классика
that_laowai
- 1 386 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
В XIX веке один философ сказал: «Пусть вашей целью будет всегда любить больше, чем любят вас; не будьте в любви вторым».
Каждому, кто хочет завести кошку или собаку, я бы посоветовала прочитать эту книгу. У кого уже имеются четвероногие друзья, те тоже найдут много полезной и интересной информации. Если есть желание узнать подробно о других домашних (и не только) питомцах, для тех есть другие книги писателя.
Конрад Лоренц - выдающийся австрийский учёный, один из основоположников этологии (науки о поведении животных), лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине (1973, совместно с Карлом фон Фришем и Николасом Тинбергеном). Кому, как не ему поведать читателям повадках, характере, особенностях животных. И делает он это доступным языком, приводя в пример собственных многочисленных питомцев, а самое главное - с любовью. Восхищение, умиление, радостное возбуждение, интерес в самых разных проявлениях сопровождает чтение.
Лоренц заставил меня посмотреть на собственного кота новым взглядом.
Начинается повествование рассказом-предположением "Как, вероятно, всё это начиналось", о самых первых одомашненных животных. И была это собака, вернее, сначала это был шакал, который позже стал самым верным другом-собакой. Автор сравнивает гены шакала и волка, которые достались в наследство каждой породе.
Объясняет, почему собаки стоят выше других животных по своему развитию - они умеют играть, притворяться, обманывать, распознавать речь. Приводит в пример некоторые эксперименты, но чаще в качестве наглядных пособий выступают собственные питомцы Лоренца.
Рассказы о собаках занимают в книге чуть больше места, им особое внимание. Хочется побольше о кошках.
Уверена, что каждый любитель животных, добавит книгу в избранное.

Весьма интересная книга, в которой для меня оказалось самым неожиданным то, что у современных собак существует два вида происхождения. Одни ведут свой род от шакала, другие от волка.
Никогда этого не знала, порасспрашивала знакомых и, как оказалось, они тоже об этом не знали. Вот так, полвека живи, полвека учись:-)
Вот на этих отличиях и базируется вся книга.
Хотя автор в предисловии говорит, что книга будет и о собаках и о кошках, на самом деле кошки упомянуты немного. А так как у автора в разное время проживали и другие животные, как-то обезьяны, барсук, лемур, то и о них немного сказано. Однако все животные приведены в сравнении с собаками, так что собачники эта книга для вас.
Рассмотрены разные аспекты собаководства, от того как выбрать собаку и до того как тренировать. Так же много информации о типах собачьих личностей, их настроении, играх, уме и преданности.
Приятная, информативная книга, местами весёлая.

Этология — вовсе не наука «про это», как можно было бы предположить, а раздел биологии, изучающий повадки животных. И то, как они меняются в зависимости от смены среды, — особенно от жизни с человеком, так называемого «приручения». Лишь два таких приручения не ставили перед собой эксплуатационной или гастрономической цели: собака и кошка. Им и посвящена книга одного из отцов-основателей вышеназванной дисциплины, нобелевского лауреата Конрада Лоренца. Однако это не учебник и даже не совсем научно-популярная книга, каковой определяет её сам автор. Это некая система заключений, проиллюстрированная множеством забавных и не слишком примеров из собственного опыта наблюдений, а для пущей наглядности ещё и авторскими рисунками.
Но, хоть кошка и родственница льву, львиная доля материала отдаётся собакам. И начинается всё с фантазии о том, как во время оно началось их приручение, тогда ещё шакалов, следующих за голодным и настороженным племенем гомо ещё не слишком сапиенсов. Собаки шакальего типа как раз и преобладают среди наших домашних любимцев. А ведь есть ещё один тип — волчий, сохранивший большую независимость, и совсем по-другому привязывающийся к хозяину. Правда, в чистом виде эти два типа встречаются не часто, много всего намешано в представителях современных собачьих пород — инбридинг, батенька! И всё же очевидны именно два этих типа, и наличие каждого из них в большей или меньшей мере определяет всё разнообразие собачьих характеров, некую систему врождённых ценностей. Всё это объясняет и нередкое сходство собаки с хозяином, и всё это нужно учитывать при выборе питомца и при его обучении. Само обучение также рассматривается в книге: усвоение важнейших команд, система поощрений и наказаний. Уделено внимание и воспитательному значению контакта собаки с ребёнком, и даже терапевтическое — от «собачьего настроения».
Много говорится о средствах коммуникации (как врождённых, так и благоприобретённых), о том, как они используются при контакте с представителями своего рода, и какие недоразумения могут возникать с теми, чья коммуникационная база отличается. Тут-то на сцене и появляются коты именно с такой отличающейся базой. Всё как с «ложными друзьями переводчика» на нашем межязыковом уровне. Рассматривается и то, как эти средства (и не только они) находят отражение в игре детёнышей, как щенят, так и котят. Хоть это и не словарь языка высших животных, всё же примеров расшифровки различных знаков немало, а примеры их проявления интересны и… узнаваемы каждым собачником или кошатником. Впрочем, сам автор не проводит чёткой границы между ними, ибо:
О любви, кстати, особый разговор. Как и о моральных принципах в их конфликте с природными наклонностями. Вообще само подавление инстинктов трактуется если и не как двигатель прогресса, то как создание для такового наиболее благоприятной почвы. Однако это и наше проклятие:
Так что стоит отринуть сомнения и страхи (в особенности перед болью от потери того, к кому успел привязаться, из-за несоразмерности жизненных сроков) и по завету одного небезызвестного почтальона «обязательно зверушку какую-нибудь завести» — ведь помимо радости вы обретете и возможность лучше познать себя. Возможно, в этом и заключена главная цель этологии!

У дикого животного в естественных условиях не возникает конфликта между его внутренними склонностями и тем, что оно «должно» делать, — вот эту-то райскую гармонию и потерял человек.

В XIX веке один философ сказал: «Пусть вашей целью будет всегда любить больше, чем любят вас; не будьте в любви вторым».

Я уверен, что, если бы мне пришлось самому убивать животных, которых я ем, на мой стол никогда не попадали бы существа, по интеллектуальному уровню стоящие выше рыбы или в крайнем случае лягушки.










Другие издания


