
Электронная
449 ₽360 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Не первая книга Рождественской, которую я прочитала. И если "Девочка с Патриарших" мне понравилась, то "Жили-были..." я начала читать , бросила. Совсем не понравилось и решила не читать больше Рождественскую... о чем благополучно забыла))
И вот склероз подсунул мне "Шуры-муры..."
Интересная книга. И герои книги очень даже узнаваемые, не смотря на то, что имена изменили.
Легкий слог. Приятно было читать( и сама с собой разговариваю, не пойму, почему мне "Жили-были" не понравились?).
В книге описано жизнь семьи известного поэта, песенника в 60-70-ых г.г. и поэтому запросы, конечно, выше, чем у среднестатистического населения. Поэтому местами просто хмыкала. Как говорится, кому-то жрать нечего, а кому-то жемчуг мелкий.
В книге нам расскажут о переезде в новую квартиру на Калининском, о трудностях добычи антикварной мебели и как её, мебель, реставрировали, о трудностях добычи деликатесов для праздничного стола, о том, как гуляя в ресторанах, служащие подворовывали, о спекулянтах и об услугах сумочниц.
А еще и о друзьях семьи Крещенских, на которых сбегалась вся округа посмотреть или автограф взять.
Главным героем книги все же был не Роберт, а Лидка. Лидка, её подруги, Лидкины мужчины и последняя - самая сладкая любовь.
И конечно же не обошлась без еврейской темы.
Уж сколько книг об уездах "насовсем" прочитано и вот только сейчас заметила ,что некоторые евреи бежали в Германию. Евреи! В Германию! Или в Польшу! Туда, где их уничтожали...

Екатерина Рождественская продолжает писать свою Главную книгу. Историю доброты, окружившую её с рождения. Замечательно, что она с нами ею делится. Причём уровень мастерства писателя растёт с каждой новой книгой.
Именно доброты всегда не хватает в любое время. Всего другого в избытке. Когда читаешь каждое новое произведение из истории семьи автора, поневоле поражаешься естественности и доброжелательности взаимоотношений всех её домочадцев и друзей. Казалось бы, так просто - любите и поддерживайте друг друга, создавайте атмосферу радости и тепла в своём доме, не жалейте сил для близких, но … Много ли вы найдёте примеров по-настоящему счастливых семейств?!..
Спасибо автору за возможность знакомиться с замечательными людьми, очень известными всем нам и совсем незнакомыми для большинства читателей. Потому что, если бы она не рассказала о них, мы бы никогда не узнали, какими они были. Да, взгляд этот субъективен, но это неизмеримо лучше, чем совсем не познакомиться с ними. Большинство персонажей произведения уже нет в этом мире, поэтому крайне ценно запечатлеть истории их жизни. Тем более, что рассказы эти неповторимы и весьма занимательны.
Казалось бы, хроника жизни всего одного семейства, но, читаю уже которую книгу, а не надоедает. Наоборот, всё больше подробностей и деталей завораживают и удивляют своеобразием и самобытностью. И, если первая часть «Жили-были, ели-пили» скорее знакомила с самими членами многочисленного семейства, то в дальнейшем пошёл углублённый рассказ о характерах, индивидуальных особенностях, о друзьях и знакомых (причём, весьма популярных и известных), об уже исчезнувшей стране, об очень важных нюансах бытия советских людей …
Но, ещё раз подчеркну, что самым важным является интонация автора – добрая и душевная. Не всем это дано – не лить елей, не источать сладкую патоку, а именно - отражать тот самый свет, что подарили исключительно замечательные индивидуальности, порядочные и большого сердца люди, чтобы донести до нас, читателей изрядную долю доброты. Именно это дорогого стоит.

А вот эта книга , якобы "автобиографическая", Екатерины Рождественской мне почти не понравилась.
Почему такая высокая оценка? Объясню.
Во-первых, читать по-прежнему Екатерину легко и приятно. Да и встреча с её родственниками радует.
Во-вторых, читай "во-первых".
Ну не смогла я сразу предать всех этих милых людей из прежних книг и своих кумиров Советского Союза.
А теперь о том, что не так.
Что Роберт Рождественский превратился в Крещенского, а Кобзон, Магомаев и другие узнаваемые лица также сменили "ники" (имена) я смирилась из прежних книг.
Но почему Катя осталась Катей, Бабушка Лидка Лидкой, а маленькая сестричка вдруг из Ксюши превратилась в Лизу, я не поняла.
Закралось сомнение, что и другие второстепенные персонажи совсем не те, о ком я думаю.
Второе, что мне не понравилось, очень вторичное повествование. Если кто-то не читал раньше автобиографичных книг Екатерины, то будет интересно, а мне практически треть знакома.
Это не честно. Так нельзя.

Само-то слово «счастье» ведь мало кому понятно в привычном его значении. А большинству и вовсе непонятно. Счастье, по-своему решила Лидка, это когда ты понимаешь, не слыша, когда чувствуешь любовь, не открывая глаз, хотя чувство это зачастую печальное, потому что короткое. Но, за которым идет время, помогающее понять и оттенить его. Счастье оседает в памяти, обогащая и подпитывая ее, и даже прекрасные давние воспоминания мгновенно вызывают блаженную улыбку. Глаза туманятся, ладони влажнеют, легкий ветерок идет по всему телу, а сердце, наоборот, теплеет и начинает ухать — что там, в сердце, какой такой механизм?

К новому, 1973 году готовились, как обычно, тщательно. Тщательность заключалась в накоплении продуктов. О продуктах говорили все и постоянно, обменивались телефонами завскладов, директоров магазинов и рядовых продавцов, и это не было признаком какого-то мещанства или приземленности, совсем нет. Это была необходимость, своеобразная охота, стремление доказать, что ты вожак. И еда, даже самая примитивная, не просто так появлялась на праздничном столе, нужно было сперва поработать — и локтями, и звонками, и стоянием в очередях.

Прорубают Арбат.
Напрямик.
Через уйму дворов.
Камни
смачно скрипят
на холодных зубах
скреперов.
Пробивают Арбат!
Стонут черные балки стропил.
Стену
сталью дробят,
и над городом кружится пыль.
Пыль.
Кирпичная тьма…
Свет дрожит в одиноком окне…
(...)
Прогрызают Арбат!
Обращаются хижины
в прах.
Только МАЗы
храпят
и буксуют
на бывших дворах.
Оседает окалина
и вздымается к тучам опять…














Другие издания

